Чтение онлайн

Тем временем на тележке привезли горячее. Парень шустро расставил перед нами горшочки, водрузил посреди стола блюдо с рыбой и укатил.

– Так вот, о моей новой работе. Я сейчас работаю в отделе охраны компании, которая занимается экспортом электроэнергии. Видели же небось, опоры ЛЭП ставят? Вот их, подстанции и прочее хозяйство охранять будем. Кроме того, босс, Гольдман (большая орденская шишка, кстати!), договорился о вхождении в совместное русско-бразильское предприятие по выработке энергии. Он протолкнул проводку через ворота тех турбин, которые хранились в Питере на складах, и купил еще четыре новых агрегата. Короче, через два года станция выйдет на полную мощность. Энергии хватит на Бразилию, Россию и на Форт-Ли с его промзоной. А в Форте-Ли производства, которые принадлежат хозяину. Ладно, давай еще по одной, и поедим спокойно. – Борис открыл свой горшочек с картошкой.

После горячего принесли кофе и пирожные, и я продолжил расспросы:

– Давай рассказывай, почему перевелся? – Я отпил глоток обжигающего кофе. Сколько уже кофе здесь выпил и все равно наслаждался каждой чашкой. – И если ты ударил офицера, почему тебя не посадили? Пойми правильно, я этому очень рад, но ведь Патруль создан по образу и подобию армии США, а там с этим очень строго.

– Ты помнишь, я рассказывал, что в Порто-Франко скопилось много кавказцев? Причем не армян или грузин, а чечен, дагестанцев и так далее? – Я кивнул. – Так вот, к сезону дождей перешла еще одна большая группа из Екатеринбурга. Одна молодежь, лет по шестнадцать – двадцать пять. Без старших, без семей. Как потом узнали, таким образом общины спасли их от судов, ну и сами избавились от особо проблемных особей.

Так вот, эти орлы сразу начали грузить остальных. Мол, женщинам нужно платок носить, юбки длинные и прочее. Кроме того, денег у них не было, а спермотоксикоз давил.

Они было в бордели сунулись, а там платить нужно. Но платить нечем. Пара скандалов, и их перестали пускать в дома терпимости. Подмять заведения сил не хватило, да и Патруль помешал. Мы хоть и не одобряли бордели, но если женщина там по своей воле, то это ее решение.

В общем, изнасиловали одну полячку. Та в суд подала. Ее с мужем начали запугивать, а потом бросили в окно бутылку с бензином. Обгорели оба, муж в больницу попал в тяжелом состоянии.

Ну и у народа терпение кончилось. Все за автоматы схватились, и в Сеттлерс-Куотер рванули. Знаешь, где это? – повернулся ко мне Борис.

– Борь, откуда? Я хоть и жил неделю в Порто-Франко, но город толком не знаю. Мы же шабашили у армян, забыл?

– А, точно. Так вот, это лагерь для тех, кто не успел перебраться, а с деньгами туго. Бараки по-американски, но обустроены неплохо. Началась перестрелка, эту шантрапу загнали в два блока, они отстреливались, но у парней ни оружия нормального, ни патронов. А людей разозлили, те прижали их автоматами, приволокли пару станкачей, один наш – СГМ, другой американский – М1919.

Тут этот капитанчик прибыл. Это тот толераст, который на мой рапорт меня нетолерастом обозвал.

Начал народ разгонять, его послали. Капитан обозлился, стал идиотские приказы отдавать. Чуть ли не огонь по людям открыть приказывал. Ну я его и приложил. Потом связали бедолагу, оставили в сторонке.

Со мной во взводе трое парней из полиции Нью-Йорка служили, мы сумели с людьми договориться, арестовали всех боевиков. Сейчас самых крутых судить будут, а остальных вывезли к границам Имамата и высадили там без права появления в землях северней Имамата и на индийских территориях.

А я сразу после окончания операции написал рапорт. Ты же помнишь, я мент, умение обезопасить свою задницу (извините, дамы!) – одно из важнейших умений омоновца. А то стукнешь кого-то не так и неправильно отпишешься, потом хлопот огребешь.

В общем, отделался выговором и устным предложением покинуть Патруль. А заодно рекомендацией к Гольдману, ему нужны были опытные русские люди. – Борис потянулся на стуле. – Пойдемте прогуляемся? А то засиделись.

– Давай. Только объясни, с чего ты взял, что протектораты объединятся? – Интересно, такого я еще не слышал.

– Ты знаешь, Коршунова в том году сильно подставили местные русские чиновнички. Причем верхнего звена, с самой верхушки. Коршунов по их рекомендациям принял в ряды своих формирований несколько десятков офицеров, которых осудили за разные преступления в том мире. Их прямо с зоны, как я слышал, вытащили и звания восстановили. А они его кинуть решили, вроде по наводке сверху.

Был такой зам у Коршунова, Силаев, так он продал маршрут движения конвоя. Совместного, РА и ОМОНа. А армейцы везли что-то архиважное и жутко секретное.

В общем, им засаду устроили. Я толком не знаю кто, но кто-то из армейцев ушел вперед и обнаружил эту засаду, а в результате засадили самим засадчикам. Положили всех бандитов, чуть ли не полсотни рыл.

У наших омоновец погиб, пару бойцов ранило. Короче, по возвращении доложили Коршунову, тот землю рыть начал. И выяснил, что это под него специально копали. Если бы засада удалась, его зама сдали бы армейцам. Но дохлого и с компроматом на Коршунова. А у армейцев разговор короткий и диверсанты хорошие. Похоже, хотели прибрать ВВ и ОМОН к рукам, ну и хозяйства Коршунова здесь многих слюну заставляют пускать.

Короче, наш министр сказал, что он в терки руководств протекторатов сам не лезет и своих бойцов не пустит. А без него и ВВ у московской администрации нет никаких шансов. Найдут Аверьян и армейцы какой-либо повод, и вуаля, объединят протектораты в одну страну. И никто из населения против не будет. Я так думаю, что Коршунову пост министра внутренних дел всех русских земель предложат и армейских комендачей под него переведут. Не дело армии своей землей руководить. Ладно, пошли погуляем, Москву вам покажу. – Борис встал, помог встать своей жене, подождал нас, и мы пошли к машине Эйприл.

Тут нас ожидал небольшой сюрприз, так как к машине с противоположной стороны улицы подошел нахмуренный охранник. Но увидел человека в форме, узнал, что машина его, и тут же ушел.

– Вы чем сегодня планируете заняться? – поинтересовалась Эйприл.

– Пока не знаем. Основное дело сделали, а сейчас думали по магазинам пройтись, – ответила Олеся и многозначительно посмотрела на меня.

А что, я ниче. Время есть, у жены найдется что потратить, так что пожалуйста. Другое дело, что я обычно супругу где-нибудь в книжном жду или рыболовно-оружейном, пока она по тряпочным отделам бегает.