Чтение онлайн

До пятачка, где останавливался транспорт, она дойти не смогла. Рыжий перевёл, что она поедет с братом, а потом два амбала затащили в стоящий неподалёку автомобиль.

— Женщина должна слушаться мужа, брата и отца. Мужа у тебя пока нет, отец умер, значит, я для тебя главный. Дома поговорим, — рыкнул Султан, а рыжий тут же перевёл.

Машина поехала вперёд, и, как Арсения ни доказывала, что её ждёт малыш, всё было бесполезно.

— Сейчас пойдём в магазин. Купи всё что нужно. Готовить будешь ты, значит, и продукты покупать тебе, — улыбнулся переводчик, произнося эти слова.

— Весело ему. Ну-ну, — Арсения скрестила руки на груди.

Она была зла, взволнована и боялась за мальчика. Нашёлся какой-то брат и теперь командует ей, как хочет. К тому же к Максимке не отпускает. Арсения подумала, что сбежит из магазина. Пусть сам себе щи варит, узурпатор!

Вот только убежать не удалось. Когда припарковались у супермаркета, все разделились. Шульц вызвал такси, чтобы уехать отдыхать в гостиницу. Какой-то белобрысый парень и водитель тоже вызвали такси. Султан крепко взял её под руку и повёл в магазин вместе с двумя амбалами и переводчиком. Арсения попыталась дёрнуться, но брат держал так, что не вырвешься, поэтому пришлось молча идти за тележкой и кидать в неё продукты. Внезапно пришла в голову мелкая месть. На полках с тушёнкой стояли банки с надписью «Свинина», хотя морды хрюшки, как обычно, не наблюдалась. «Вот я вам устрою, узурпаторы. Всё равно читать не умеете», — подумала она, глядя, как переводчик ушёл немного вперёд. Арсения потянулась за банкой, но её руку перехватили.

— Не шали, Сана, не стоит, я всё вижу, — сказал на ломаном русском Султан прямо на ухо, и она вздрогнула от неожиданности.

Оказалось, брат говорит и читает на русском языке, только притворяется, таская за собой переводчика. Таким образом, насолить не удалось, а уж сбежать тем более. Охрана на кассе ловко упаковала пакеты и понесла. Султан довёл её до дверей и без особых церемоний впихнул в салон. Потом дал рыжему денег и отпустил. За руль сел один из охранников, второй на переднее сидение. Они с братом умостились позади.

— Послушайте, Султан, я вам благодарна за моё спасение, но так нельзя. Да, возможно, вы мой брат, но я свободный человек. Вы должны меня отпустить, — смело сказала она, когда машина поехала.

— Давай поговорим о твоих правах дома, Сана, — улыбнулся Султан и, скрестив руки на груди, прикрыл глаза.

— Узурпатор, — буркнула Арсения, надув губы от обиды.

— Думай как хочешь, но от меня ты не отойдёшь ни на шаг, пока мы на родину в Эмираты не улетим. Забудь о семье Полонских, с этой минуты они для тебя никто, — сказал будто отрезал Султан, даже не открыв глаз.

Арсения подумала, что сейчас с ним спорить бесполезно, но по приезде туда, где он остановился, Сеня ему докажет, что он не прав.

— Ты обалдела? Что ты вытворяешь? Подставила служанку. Со мной сейчас следователь общался, эту Калинину нашёл какой-то брат иностранец. Оказалось, девица потерялась в раннем детстве, и её долго искали. У меня выборы на носу. Если скандал всплывёт, сама знаешь, что мой рейтинг упадёт. Немедленно в машину и в полицию. Следователь Эммануил Вахромейцев. Забери заявление, — гневным голосом отчитывал дядя в трубку телефона.

— Не ори на меня, сейчас съезжу и заберу, — недовольно сказала Люба и сбросила вызов.

Пришлось спешно одеваться и тащится в машину. Она плюхнулась на сидение и ударила руками по рулю. Злости не было предела. Всё шло хорошо. Противная нянька посидела бы в камере до завтра, а потом Люба планировала приехать и выступить благодетельницей. Она бы попросила выпустить болезную под подписку о невыезде, потом подставила бы под кражу ребёнка и засадила надолго. Теперь всё может пойти прахом. Откуда-то взялся этот иностранец, который рушил с таким трудом продуманный план. С Катькиным выкидышем нужно действовать как можно быстрее, а пока она заберёт заявление. «Дядя весь мозг выест своими выборами. Ладно, сейчас заберу заявление, пусть подавится. Но я всё равно засажу няньку за решётку. Никто не смеет Зарится на моего Вовку», — думала она, выруливая на трассу, ведущую к городу.

В полиции её действительно ждал следователь. Он объяснил, что она может забрать заявление, но раз дело зарегистрировано и открыто, то производство по нему не прекратится. Если только не будет доказано, что состава преступления нет.

— И что теперь будет? — недовольно спросила Люба, сидя на стуле словно на троне.

— То, что вы забрали заявление, будет смягчающим обстоятельством для Калининой, если дело дойдёт до суда. А вообще, вы можете написать повинную. Что специально всё затеяли. К примеру, разыграли Арсению Романовну из ревности. Хотели просто выгнать её из дома, а потом забрать заявление. Цели подставить и посадить в тюрьму не было, — вкрадчивым тоном разъяснил Вахромейцев.

— Я должна повинную писать?! — удивилась Люба, ткнув себя пальцем в грудь, — Я и повинную?! Бред какой-то.

— Вы хоть понимаете, что на вашу, так скажем, шалость, я могу закрыть глаза. Просто закрою дело из-за отсутствия состава преступления и всё. А если дело передать в суд, адвокат Шульц разделает обвинителя под орех. Потом подаст встречный иск о моральной компенсации с вашей стороны. Или затребует вместе с этим возбуждение уголовного дела за клевету. Признайтесь честно, ведь вы подставили Калинину из ревности к мужу?

Люба задумалась. Если адвокат докажет факт подставы, Вовка точно разведётся.

— Ладно, признаю, попросила сама шкатулку передать, а на следующий день полицию вызвала. Что писать нужно? Я всё сделаю. Только мужу моему не сообщайте.

— Мне наплевать на ваши семейные разборки. Пишите, — Вахромейцев положил перед ней ручку и листок.

Люба под диктовку записала нужный текст. Следователь объявил, что завтра закроет дело окончательно, затем достал из сейфа шкатулку и передал под роспись.

Люба забрала драгоценности и ушла. Уже в машине позвонила супругу.

— Вовик, я забрала заявление из полиции. Маша сказала, что у Арсении сердце больное. Жалко мне её стало. Ну оступилась девушка, надеюсь, ей будет урок. Следователь её отпустил, завтра дело закроют. Только знаешь что, брать воровку назад я не стала. Другую няню найдём, — слащавым тоном проворковала она, изображая защитницу бедных больных сироток.

Володя поблагодарил, сказал, что ему нехорошо и он лёг отдыхать. И Вообще, он на днях приедет. Люба пожелала ему здоровья и отключилась.