Шрифт:
Людмила Стефановна Петрушевская
Счастливые кошки
Жила-была одна девочка, которая как-то сказала:
– Счастливые эти кошки! Гуляют, в школу не ходят! Я бы тоже так хотела!
И она решила найти колдуна, чтобы он превратил ее в кошку.
А колдун как раз проходил мимо и мигом выполнил желание девочки.
Тут же она оказалась на полу и зашипела.
А колдун превратился в саму девочку, топнул ногой и сказал:
– Я не хочу эту кошку, фу, она противная.
Родители удивились, они думали, что это девочка тайно принесла в дом кошку.
Но девочка-колдун взяла и выкинула девочку-кошку на лестницу, а потом и из подъезда.
Долго слышалось на улице жалобное мяуканье (был мороз), но девочка-колдун упорно сидела перед телевизором и ела конфеты, и съела все конфеты, какие были в доме, а родители ничего не могли с ней поделать, потому что поздно опомнились.
Но самая большая неожиданность случилась назавтра к вечеру, когда папа с мамой вернулись с работы.
Дело в том, что колдун в образе девочки очень заскучал и пригласил к себе в гости друзей, которые тоже пришли не одни.
Короче, когда родители вошли в дом, дым стоял коромыслом, дочка пьяная сидела за столом и пела песню, обнявшись с какой-то некрасивой, немолодой красномордой тетенькой с очень черными бровями, а по квартире там и сям расположились живописными группами мужики и тетки с папиными бутылками в руках и мамиными сигаретами в зубах.
Папа с большим трудом выгнал этих людей, дочка визжала и топала ногами, кричала, что у каждого должны быть свои друзья и что родители жадные и так далее, особенно же дочка ни за что не хотела отпускать свою старую толстую подругу, вопя, что без нее не заснет и нельзя выталкивать людей на мороз!
Дочь плакала, мама стала ей мерить температуру, папа собирал побитую посуду, короче, ночь прошла в хлопотах.
В школу девочка не пошла, мама на работу тоже не пошла, но дочь стала утром настойчиво посылать ее за бутылкой, предлагала распить это дело совместно и просила подымить.
Что касается кошки, то она провела эту ночь на улице под занесенной снегом машиной, а утром прорвалась в подъезд вслед за почтальоншей и стала мяукать у родной двери, но там работало радио, гремел телевизор, играл магнитофон и кто-то еще вдобавок громко визжал.
Кошка, голодная как волк, выбежала на улицу опять за почтальоншей и полезла в близлежащую помойку, но там хозяйничали жуткие вороны с огромными, как ножницы, клювами, и пришлось опять сидеть под машиной в ожидании ночи.
Ночью же кошка была побита своими же кошками, когда пыталась схватить кусочек мерзлого хлеба из помойки.
"Ну и ну, - думала кошка, сидя в задумчивости под машиной (кошки вообще задумчивые существа), - ну и ну".
На рассвете она увидела чьи-то стариковские ноги, топтавшиеся у помойки.
У ног на бумажке лежали два рыбьих хребта.
Одна кошка, самая драчливая из ночной смены, уже присела над хребтами и трясла головой, завязнув зубами в косточке.
Наша киска мигом выскочила и тоже взяла себе рыбий позвоночник, соленый и невкусный.
Та кошка, не отрываясь от еды, с полным ртом, завыла, как милицейская машина.
Над ними стоял добрый старик с большой кошелкой через плечо.
"Кормит, - думала наша киса, так и сяк угрызая сухие и соленые косточки, есть же люди! Ура!"
Старик бросил на снег еще что-то вонючее и мягкое, и обе кошчонки зарычали друг на друга, не выпуская предыдущее из зубов.
Тем временем старик, не зевая, схватил обеих за шкирки и сунул их себе в суму.
И пошел восвояси, шаркая и больно прижимая кошурок локтем.
Обе несчастные ничего не могли понять, ослепли, задохнулись и замерли.
Затем старик пришел куда надо и выпустил кошек на пол уже в собственной квартире, а сам отправился на кухню и загремел там посудой.
Наша киска огляделась и увидела висящие кое-где по стенам на гвоздях новенькие меховые шапки, серые в полосочку (под тигра), бело-черные, рыженькие...
Что-то очень знакомое было в этих шапках.
На полу валялись обрезки меха, и чем-то ужасно воняло.
Под кроватью сидело еще три кошки, они сидели пригнувшись, и глаза их смотрели как-то врозь, задумчиво - мы уже говорили, что кошки много думают о своей судьбе.
Наша страдалица решила бежать при первой же возможности, найти колдуна и сорвать с него маску девочки.
И она стала вспоминать, как превращалась в кошку, как, это было утром, не хотелось вставать и идти в школу, мама позвала папу, и они вдвоем уговаривали доченьку, а она капризничала, плакала, укрывалась с головой, залезала под кровать, цеплялась там за ножки и вдруг сказала от всего сердца: "Счастливые кошки! Как я вам завидую!"
И стукнулась два раза лбом об пол, думая при этом о колдуне.
И тут, стоя на четвереньках на полу под кроватью в виде кошки, девочка сказала от всего сердца: - Счастливые эти люди! (имея в виду колдуна).
И два раза несчастная кошка приложилась лбом об пол.
Разумеется, ничего не произошло.
На квартире у девочки тоже было довольно позднее утро, мама срочно умчалась на работу, делать было нечего, она оставила свою явно больную дочь спать после бурной ночки, а больная девочка тут же закурила, выпила из спрятанной папочкой бутылки последний коньяк, все, что осталось от его коллекции, и свалилась досыпать у себя в кровати с сигаретой в зубах.
И, как это часто бывает (нельзя спать с зажженной сигаретой), пепел, упав, прожег простыню, задымило, поползло, а бедная больная девочка все спала, крепко держа бутылку за горлышко.