Чтение онлайн

— Издеваешься? Если полностью лишить кожу возможности осязания, то как реагировать на изменения в окружающем мире? Температура, допустим, поднимется до критического уровня, грозя поджарить тебя, или что-нибудь другое.

— Не подумал об этом, — пришлось признать мне. — Ладно, одевайся, да пойдем в мою комнату. Перекусим чего-нибудь. Я из столовой принес еды, которой нам должно хватить на пару дней.

— Выходить из комнаты не планируешь?

— Нет, — ответил на последний вопрос, уже выйдя из комнаты в коридор.

У входа в здание, на самом его пороге, стоял молодой человек, невысокого роста и щуплого телосложения, одетого по последнему писку моды. Любой, обративший внимание на него, безошибочно определил бы в нем столичного франта, непонятно зачем явившегося к зданию серьезного ведомства. Обычно такие обитали в многочисленных салонах, открытых во всех аристократических домах. И лишь единицы, да и то — из числа сотрудников этого самого Ведомства, на пороге которого он стоял, узнали бы в нем главу аналитического отдела Канцелярии Императорских Дел.

Молодой человек вскинул голову, заметив выезжавшую на площадь, что была перед зданием ведомства, карету.

— Герцог не спешит на работу, — прошептал он, глядя, как карета неспешно подъехала к крыльцу и остановилась. Дверцы изнутри открылись, не дожидаясь, пока это сделает лакей, соскочивший с козлов, и из кареты вышел герцог Санчийский, сразу направившийся к "молодому" человеку, которого успел не только заприметить, но и опознать.

— Приветствую, граф, — подойдя, первым поздоровался герцог. — Чем обязан Вашему неожиданному визиту?

— Здравствуйте, герцог, — учтиво поклонился "молодой" человек, являвшийся ровесником собеседника. — Служебная необходимость заставила меня покинуть дворец.

— Пройдемте в мой кабинет, — предложил герцог. — Там и поговорим, — и открыл дверь, пригласив графа пройти первым, что тот и сделал.

В молчании прошествовав по коридорам здания, парочка достигла рабочего кабинета герцога. При их появлении секретарша вскочила со своего места, держа в руках пачку бумаг, и тут же опустилась обратно, повинуясь жесту своего начальника.

— Гернул, что случилось? — не удержался герцог от прямого вопроса, едва успев прикрыть дверь.

— Беда, Тремор, беда, — тяжко вздохнул тот, опустившись в кресло перед столом герцога. — Есть что-нибудь попить?

— Покрепче?

— Нет. Хотя, давай! — махнул рукой Гернул. — Вино есть?

— Обижаешь? — Тремор достал из шкафчика, стоявшего в углу кабинета, небольшую бутыль дорогого белого вина, припасенную для дорогих гостей. — Рассказывай.

— Вчера вечером Киркул упомянул про эрцгерцога Элорно.

— В каком плане? — насторожился Тремор.

— Собирается сделать того советником через четыре декады.

— Твою… — вырвалось у герцога ругательство. — Кто тебе рассказал?

— В том-то все и дело, что никто! Император завел разговор при мне, когда мы с начальником зашли на доклад.

— При тебе? Он же не может не знать о нашей дружбе! Стало быть… — Тремор уставился на графа, и в глазах у него застыл немой вопрос.

— Правильно, — догадавшись о его сути, ответил Гернул. — Императору надоела наша возня, давно вышедшая за рамки обыкновенных дворцовых интриг. Он поставил вопрос таким образом, что наше противостояние будет решено по истечении шести декад.

— Согласен, — кивнул герцог. — Если мы не сможем за четыре декады избавиться от Элорно, то ему, в рамках новой должности, с лихвой хватит двадцати дней, чтобы изжить со свету нас.

— Ты собирался привлечь Лес, — припомнил граф. — Как обстоят дела?

— Никак, — скривился герцог. — Я рассчитывал на гораздо больший временной запас, и не торопил события.

— Зря, — констатировал Гернул. — Есть возможность ускорить процесс?

— Иного выхода я не вижу. С эрцгерцогом нам в одиночку не справится. Он уже знает об этой новости?

— Скорее всего, да, — кивнул собеседник. — Существует вариант, что Элорно затаиться, дожидаясь своего назначения, и не станет в эти четыре декады предпринимать активных действий, направленный на твое устранение.

— Спасибо, учту, — герцог прикрыл глаза, лихорадочно соображая, как ему выйти из создавшегося положения.

Утром следующего дня мы быстро позавтракали, и Седрик активировал портал, отказавшись от моей помощи в виде энергии, после чего махнул рукой в сторону появившейся воронки — мол, проходи.

— Мы на месте, — через несколько секунд произнес он, глядя на волны прибоя. — Во-о-он, — он махнул рукой в сторону нескольких каменных зубцов, едва видневшихся вдалеке, на самой грани видимости, — начинаются рифы.

Оглядевшись по сторонам, я обнаружил за спиной сплошную стену местных тропических деревьев, среди которых то и дело взлетали и опускались довольно крупные птицы, справа простирался ровный песчаный пляж, на берег которого обрушивались высокие волны. Слева тоже шла линия пляжа, но вдали, где широкая полоса песка сливалась с океанской гладью — волны на таком расстоянии становились неразличимы, резко вздымались вверх громадные скалы Каменного Хребта. Они не ограничивались сушей, уходя далеко в океан, постепенно становясь все ниже и ниже, по мере того, как опускалось дно. Как понимаю, наиболее высокие из скал, высовываясь из воды самыми верхушками, назывались здесь Рифами Удачи.