Чтение онлайн

Ваго осторожно объехал толпу любопытных, собравшихся понаблюдать за тем, как Тормар разделается с торговцем, и что будет делать возница со своей телегой, и опять покачал головой. Несчастные еще не знали, что снежный ком уже пущен, и им лучше уносить ноги по добру по здорову. Да и откуда им было знать легенду о страннике? Легенду, которая была древней, как этот мир…

«Он приходил ниоткуда и уходил в никуда. Он — никто, он — тень на страницах жизни. У него нет лица, нет имени, нет судьбы — нет ничего. Только серый плащ и дорога, которой нет конца. Он появился на свет, когда мир был совсем молодым, и исчезнет, только когда погаснет солнце. Такой была кара… такой будет кара. Потому что он несет воздаяние. Горе тем, кто узнает его, и горе тем, кто его не узнал. Горе всем живущим и дышащим, если он войдет в их дом, если он взглянет в их глаза, если он коснется их тени… Каждый оплатит свой долг, каждый оплатит сторицей, каждый.»

Таков был отрывок древней рукописи, рассказывающей о страннике. Жрец наверняка смог бы прочитать его в Священной Книге, если бы догадался о присутствии «древнего проклятья» в его городе. Но откуда он мог об этом узнать? Да и волновали жреца вовсе не древние загадки, а вещи более приземленные, как, например, куда запропастился его главный помощник Томар, который должен был принести важные известия. Впрочем, он ничем не выдавал своего беспокойства. Слишком хорошую школу в свое время пришлось ему пройти, слишком хорошие учителя попались тогда (и не только в храме). Но Тормар, все-таки, чересчур многое стал себе позволять, если на этот раз у него не будет убедительного оправдания… Придумать достойное наказание для своего помощника жрец не успел, так как вошел служка и доложил о приходе Тормара. Санир повелительно кивнул, и служка пропустил Тормара в покои. Вид у того оказался по-настоящему жалкий. Перепачканная бурыми потеками грязи мантия, растрепанные волосы (похоже, что помощник бежал бегом до самого храма), испуганно-виноватое выражение лица. Степенного Тормара было не узнать.

— Ты выполнил задание? — спросил жрец, казалось, даже не заметив, в каком состоянии его помощник. И вид у того стал еще более жалким.

— Я не смог этого сделать, мой господин, — пробормотал Тормар. — Этот проклятый торговец…

— Ты понимаешь, что это означает? — перебил его Санир.

— Да, господин, — опустил голову провинившийся. — Мы не сможем…

— Нет, — резко бросил жрец, опять перебивая его. — Это означает, что ты немедленно приводишь себя в порядок и так же быстро направляешься к Старой Скале. Посыльный будет ждать там до заката. Все остальные распоряжения остаются в силе. Возьмешь лошадь… И не советую привлекать к себе внимание.

Тормар кивнул, и на его лице появилось выражение облегчения. Значит, наказание пока отменяется, и у него есть шанс. Он поклонился и отправился выполнять приказание. А Санир с досадой смотрел ему в след. И на кого ему теперь приходилось полагаться? Зачем этого олуха только понесло на ту улицу, она же совсем в стороне находится. Окольными путями добирался? Лучше бы он послал Квара, но посвящать в это дело еще одного человека совсем не стоило. Да и Тормар, хоть и вел себя иногда как полный идиот, но все-таки был проверенным человеком. И рисковать не стоило. Особенно когда рядом крутится шпион правителя, да и о наместнике не стоило забывать. В свое время он был слишком небрежен, поэтому и оказался в этой дыре. Но даже здесь Санир не собирался оставлять своих замыслов. Может, поэтому правитель Ирсан и сослал его не слишком далеко, так чтобы не упускать Санира из виду. Но на то, чтобы окончательно от него избавиться сил не хватило. Санир был не настолько глуп, даже если и позволил себе тогда ошибку. И у него остались все его связи, он был недалеко от столицы. Все налаживалось. Вот только иногда случались непредвиденные осложнения, и глупые подручные путали планы. Но с этим жрец поделать ничего не мог. Оставалось надеяться только на то, что Тормар успеет перехватить посланца храма. Иначе, о встрече с патриархом можно будет забыть. Теперь ему не простят малейшей оплошности. Санир терпеть не мог, когда ситуация выходила из-под его контроля. Этот Тормар…

А Тормар точно следовал указаниям своего господина. Он не мог подвести его еще раз. Потому что Санир никогда не прощал ошибок. И даже если все пройдет благополучно, ему потом придется заплатить за этот свой провал. Пусть всему и помешала нелепая случайность. Сначала этот торговец с его гнилыми овощами, пока Тормар безуспешно пытался спасти свою мантию, вокруг собралась огромная толпа зевак, так что даже если бы раньше он и рискнул явиться на встречу, не смотря на свой вид, теперь, когда вокруг столпилось столько свидетелей, это становилось совсем невозможным. Потом причитающий торговец с такой силой вцепился в его рукав, что оторвать его удалось далеко не сразу. В другое время Тормар бы обязательно его отчитал, но сегодня он слишком спешил, так что пришлось отказаться даже от этого маленького удовольствия. Так что уходил он со злополучной улицы под плохо скрытые смешки зевак. Смеяться над первым помощником жреца в открытую никто не посмел бы. Но лучше от этого не становилось. А потом неприятности стали просто преследовать его. Сначала к нему пристала сумасшедшая нищенка, она выкрикивала какой-то бред про кары небесные, которые падут на виновные головы. Ее выкрики до сих пор отдавались у него в голове. Впрочем, учитывая сегодняшние события, она оказалась не так уж неправа. Потом почтенному помощнику жреца пришлось отбиваться от злобной собаки. И как назло, рядом не оказалось ни одного прохожего, чтобы избавить его от этой напасти. Потом оказалось, что пола его мантии после встречи с собакой почти полностью оторвана. И под конец пришлось терпеть еще и насмешливые взгляды храмовых слуг. Казалось, злой рок преследует его. Хорошо еще, что господин все продумывает наперед, и предусмотрел возможность того, что встреча сорвется. Быстро переодевшись и наскоро приведя себя в порядок, Тормар направился к конюшне. На этот раз, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания горожан, он оделся в обычную крестьянскую одежду, которую не носил давным-давно, с тех самых пор как на него обратил внимание подающий надежды младший жрец Высшего храма столицы господин Санир. Слуги провожали его удивленными взглядами, но о них Тормар не беспокоился, эти будут держать язык за зубами. Знал бы он, сколько внимательных глаз обратили внимание на его скоропалительный отъезд, и дело при этом было вовсе не в том, как он одет. Как не догадывался Тормар и том, что только что совершил еще одну огромную ошибку. И теперь чьи-то ловкие руки исследовали небрежно брошенную им хламиду. Исследовали и могли найти кое-что интересное. У помощника жреца просто не было времени об этом вспомнить, он слишком торопился.

Тормар был хорошим наездником. И даже то, что ему уже давненько не приходилось ездить верхом, не помешало ему справиться с норовистой лошадью. Она оказалась самой быстрой из тех, какие могли предоставить конюшни храма. А значит, он не мог выбрать другую. Не прошло и часа после происшествия на улице, как Тормар уже покинул город. Его конь летел как выпущенная из лука стрела. Хорошо, что дорога оказалась почти пустой. Ему встретились только несколько пеших крестьян и всего лишь один воз, скорее всего, какого-то фермера. Тормар не обратил на них внимания.

Ваго проводил одинокого всадника задумчивым взглядом. Он не мог не узнать часто виденного им помощника главного жреца, даже в этой крестьянской одежде. И почему-то ему показалось, что Саниру совсем не стоило сегодня куда-либо отсылать своего помощника. Может быть, потому, что странник тоже обратил внимание на этого всадника. Пусть при этом его глаза ничего и не выражали.

Лошадь Ваго бежала довольно споро, так что часа через полтора они должны были добраться на место. Ехали молча. Да и о чем можно было разговаривать с тем, кто и так может узнать о тебе больше, чем ты сам, если ему этого захочется, кого и человеком-то можно назвать с большой натяжкой. Страннику же, казалось, все было безразлично. Ваго исподтишка рассматривал его. Хотя, он видел его очень давно, и плохо тогда запомнил, но ему казалось, что с тех пор, хозяин серого плаща нисколько не изменился. По виду ему было около двадцати двух — двадцати трех, не старше. Правильный нос, узкие губы, кожа на его лице сильно обветрилась и загорела почти до черноты. В принципе ничего необычного. Один из многих, такой же, как и все. Если бы не глаза. Глаза пророка или безумца, они были мудрыми и пустыми одновременно и казались чужими на этом молодом лице. Словно, этот человек знал столь многое, что успел забыть о том, кто он сам. Он был невысокого роста. Длинные полы плаща полностью скрывали его фигуру, но многое повидавший за свою жизнь Ваго, не мог не обратить внимания на плавные уверенные движения, сильные руки, придерживающие котомку на плече. Наверное, он мог бы быть воином. Но внимательнее посмотрев на длинные тонкие пальцы, Ваго задумался. Скорее всего, эти руки умели держать не только меч. Неожиданно раздавшиеся слова заставили его вздрогнуть:

— Зачем ты остановил меня.

Вот так, не пригласил, не позвал, а именно остановил. Сейчас Ваго очень остро ощущал разницу между этими понятиями. И эта фраза вовсе не была вопросом. Казалось, что странник разговаривает сам с собой, и Ваго решил, что лучше ничего не говорить в ответ. Все оставшееся время они ехали молча. И у каждого нашлось то, о чем стоило поразмышлять. Но кто мог знать, о чем думал странник? Зато мысли Ваго были вполне понятны. Он вспоминал тот самый день, когда он впервые увидел странника.

Ему тогда едва исполнилось четырнадцать лет, и он был младшим сыном в крестьянской семье, в которой кроме него было еще восемь детей. Родители и старшие братья и сестры постоянно тяжело работали, впрочем, и самому Ваго вечно находили занятие. Просто так никто никогда не сидел. В общем, в их семье не было ничего необычного. Такая же, каких было множество. Они жили в крестьянском поселке, расположенном на землях господина Иллора. Но правителя Ваго не видел ни разу в жизни. Что было и к лучшему. Чем меньше посторонние вмешивались в их жизнь, тем было лучше. А налог они всегда платили исправно. Их поселок лежал неподалеку от тракта, которым пользовались караванщики, так что периодическое появление у них чужаков никого не удивляло. Наоборот, приносило разнообразие в жизнь, и позволяло получать дополнительный приработок, кроме поездок на торжок в ближайший городок. Это устраивало всех: и крестьян, и караванщиков. И все, вроде бы, было у них благополучно, пока однажды не случилось непоправимое. О шайках, грабящих караваны и селения, всегда многое рассказывали, но никто не предполагал, что эта беда доберется и до их мест. Тем более, что рядом находился город Варх, в котором располагался гарнизон солдат правителя, основная задача которых и состояла в борьбе с этими бандами. Всем казалось, что все обойдется. Не обошлось.

Они налетели внезапно, и никто не успел ничего предпринять. Да и что могли обыкновенные крестьяне противопоставить хорошо обученным бандитам. А те действовали очень быстро. Они и так сильно рисковали напороться на отряд солдат, поэтому и действовали очень жестоко, не оставляя ни одного свидетеля. В ту ночь целый поселок просто исчез с лица земли. Ваго тогда очень повезло. Его просто не было дома. Мать отправила его к дальним родственникам в соседний поселок с каким-то поручением. Теперь он уже и не помнил с каким. Но его лошадь тогда потеряла подкову, и ему пришлось задержаться, чтобы переговорить с кузнецом. Он обо всем с ним договорился, но в обратный путь смог отправиться только на следующее утро. Ваго хорошо помнил то утро, а картина, которую он преследовал, потом еще долго являлась ему в кошмарах. Как во сне он шел по улице, то и дело натыкаясь на тела людей, которых он знал с самого детства. А потом он увидел и свой дом. Бандиты не стали ничего жечь, чтобы не привлекать внимание столбами дыма, так что все осталось в том же виде, как они его оставили. Ваго нашел погибшего отца и двух старших братьев во дворе. Должно быть, они пытались оказать сопротивление, но им это не удалось. Тела матери и сестер лежали поодаль. Наверное, они хотели бежать, но им тоже этого не удалось. Ваго даже не хотел представлять того, что с ними творили, когда поймали. Он просто стоял на коленях перед телом отца, все еще сжимающего в мертвой руке рогатину (откуда у крестьян могло взяться настоящее оружие, среди них не было воинов). И бессвязно клялся всем известным ему богам, клялся отомстить так страшно… Он не знал, как этого добьется, и на что пойдет, но тогда это не имело никакого значения. Сколько он простоял там тогда, Ваго и сам не знал. Но нужно было что-то делать. Мальчик подошел к месту, где лежал его старший брат и подобрал кинжал, который валялся рядом с ним. Этот кинжал отцу когда-то подарил один знакомый купец за оказанную услугу. А потом он направился к оставленной у обочины лошади. Нужно было добраться до ближайшего поселка, чтобы они помогли похоронить мертвецов и передали сообщение в город солдатам гарнизона. Ваго и сам собирался присоединиться к ним, правда, не знал, как, но этого он точно добьется. Убийцы его семьи должны заплатить за то, что они совершили.