Чтение онлайн

Эстебан ворвался в спальню к своей супруге, даже не обратив внимания на то, что ее лицо опухло от слез.

– Скажите мне, Элиссия, - немедленно потребовал он.
– Вы действительно считаете меня рыбой?

Девушка вскинула на него изумленные глаза.

– Ви пьяны, ваше величество?
– осторожно спросила она, отползая вглубь постели. При волнении она начинала говорить с явным франкским акцентом.
– Может, доктора позвать?

– Я не пьян! Просто скажите мне - я в постели рыба?

– Нуу... вам сказать честно или приятно?

– Я понял, - пробормотал король, стаскивая сапоги.
– Я не очень хороший любовник, да?

– Иногда хороший, - нахмурила тонкие брови девушка.
– Но я не понимаю...

– Я похож на мужеложца?
– прямо спросил он жену, догадываясь, что этим вопросом ее не смутит.
– Вот скажи, похож?

Элиссия смотрела на него, удивленно приоткрыв рот. Она даже не предполагала, что ее зашоренный супруг знал такие слова и, более того, мог их примерять на себя.

– Ви похожи на сумасшедшего, Эстьебан, - твердо ответила она, не зная, что этого ему говорить совсем не следовало.
– Придите в себя.

Ей было даже лестно, что муж так переживает из-за скандала. Не такой уж он, оказывается, и равнодушный, вон как переживает! На миг королеву даже охватило раскаяние. Не стоило ей поддаваться слабости. Она считала, что действительно ничего дурного не сделала - подумаешь, поцеловалась с красивым мужчиной! Это была даже не ее инициатива - она лишь уступила страсти и натиску, но ее супруг так сильно волнуется, что девушка готова его простить за безобразную сцену, которую он устроил, доведя ее до слез.

– Подите сюда, Эстьебан, - прошептала она, протягивая к нему руки.
– И докажите мне, что вы вовсе не рыба!

Королю больше ничего не требовалось. Он немедленно стащил с себя одежду и принялся доказывать всему миру (который по большому счёту заключался в нем самом), что он мужчина с нормальными инстинктами, в конце концов, оборотень, причем оборотень сильный, а значит, никак не склонный к подчинению.

Да и вообще: Кирьян - рысь, а Эстебан - волк. Никакой склонности друг к другу между ними быть просто не может - виды-то разные.

9

Эстебан умел быть собранным - жизнь научила. И трусом он тоже себя никогда не считал, и оттого не стал избегать разговора по душам с Кирьяном.

– Что вообще вчера было?
– спокойно и даже с любопытством спросил он человека, на которого не мог смотреть, как на врага.

– Что было?
– переспросил Браенг, весело глядя на Эстебана, развалившегося в кресле и лениво листавшего какие-то бумаги.
– Ты едва не устроил дикий скандал из-за глупой ревности, а потом выяснилось, что ты паршиво дерешься.

– А потом?

– Понятия не имею, что было потом. Судя по тому, что твоя хорошенькая жена с утра щебечет как птичка, ты решил ее простить.

– Я не об этом, и ты всё понимаешь, умник. Я про...
– Эстебан задумался, не зная, как мягче выразиться, но махнул рукой на приличия.
– Ты меня поцеловал. Я не мужеложец, Кир, уж ты должен знать. Спасибо, конечно, что ты привел меня в разум, но постарайся впредь так не делать.

Кирьян оперся на стену, повел плечами и посмотрел на своего короля почти с ненавистью. Как его бесила в Эстебане эта непогрешимость, эта снисходительность к человеческим слабостям, этот его гадкий всепрощаюший взгляд!

– А ты уверен, что ты не мужеложец?
– насмешливо спросил Браенг.
– Я вообще не встречал ни одного человека, который так бы нуждался в том, чтобы его поимели.

– Кир, - мягко улыбнулся король.
– Мне, пожалуй, лестно, что я являюсь объектом твоего вожделения, но избавь меня от своих проблем! Я уверен, что ты достаточно силен, чтобы разобраться со своей личной жизнью самостоятельно. И да, если Бри что-то узнает, я тебя убью.

– Сомневаюсь, - неожиданно заявил Кирьян.
– Убить меня сложно. Ты хоть понимаешь, в каком ты сейчас положении?

– В каком?
– поинтересовался Эстебан с холодком в голосе.

– Скажем так, если я приложу немного усилий, тебе быстро придет конец. В моих руках почти все знатные роды. Оберлинги едят с моих ладоней. Стерлинги, Венги, Цанги, даже Лейны и Иллионги - либо мои должники, либо считают меня лучшим другом и благодетелем. И вообще - если я захочу, то даже жену твою затащу в постель, потому что с таким дурным мужем, как ты, в этом нет ничего сложного! Я могу уничтожить тебя в любой момент!

– Как интересно, - криво улыбнулся король.
– Значит, это правда.

– Что правда?

– Систематическая растрата казны, подделка документов, шантаж... Ты аферист, Кирьян.

– Где ты это взял?
– невозмутимый Браенг, наконец, побледнел.

– Ты не забыл, что я не совсем уж дурак? Я давно на тобой слежу.

– И что теперь? Казнишь?
– Кирьян прекрасно понимал, что то, что лежит сейчас на столе у короля, легко можно трактовать, как государственную измену, а за это одно наказание - смерть.

– Ммм, заманчивое предложение, - протянул Эстебан.
– Подумай сам: ты женат на принцессе, подмял под себя высшую знать, тебя любит народ - еще бы, трудяга, поборник справедливости, борец с преступностью. Случись что со мной - к примеру, отравление несвежей рыбой, кого назначат регентом моего сына? Даже и не знаю... лорда Максимилиана Оберлинга?

– Почему Макса?
– замороченно спросил Кирьян.

– Потому что я так распорядился. Макс - самый далекий от политики человек.

– А зачем ты мне это сейчас рассказал?