Триэн
Шрифт:
Под Ватшиным простиралась жёлто-оранжевая равнина с редкими возвышенностями и холмами. Но плотная атмосфера планеты, напоминавшая серовато-сиреневую дымку, не помешала разглядеть ландшафт, далёкий от всего, что раньше видел Константин.
Он ожидал увидеть моря песка и пыли, вулканы и кратеры, а увидел растительный покров красного и бордового цвета, золотые зеркала озёр, похожие на чаши с расплавленным металлом, и серебристые извилистые ленты рек, соединявшие озёра и более крупные водоёмы. А на берегах водоёмов…
Ватшин нырнул еще глубже.
Берега озёр поросли странным лишайником… который оказался системой строений, не построенных из блоков и кирпичей, а скорее выращенных с помощью биотехнологий.
Вспомнился роман приятеля Ватшина, известного фантаста Вани Головача «Консервный кинжал», где была выписана идея цивилизации, свернувшей с технологического пути на путь биологического развития. Носители разума в романе достигли очень больших высот воздействия на себя и на природу, хотя обошлись и без космических кораблей, и без термоядерных реакторов, и без каких-либо машин вообще. Но при этом смогли изучить и свою звёздную систему, и родную галактику, и чуть ли не всю Вселенную.
Возможно, жизнь на Венере пошла именно таким путём.
Гладь ближайшего озера внезапно покрылась интерференционной рябью, в его центре вырос сверкающий шпиль, с него в небо сорвалась яркая синяя молния, пробившая облака. Затем шпиль ушёл под воду, и всё успокоилось. Летающие над берегами озера ворсистые пушинки – местные птицы даже не остановили свой полёт. Для них ничего особенного не произошло, кто-то послал куда-то энергетический импульс или электронное письмо.
Ватшин невольно усмехнулся, поймав себя на мысли, что пытается объяснить происходящее с помощью привычных схем и понятий. Молния могла означать что угодно, абсолютно отличное от того, что знал человек, но присущее здешней жизни.
Полетав над равниной ещё какое-то время, Константин «вернулся назад», в родное сознание, хотя вовсе не покидал своего тела и никуда не перемещался. Вместо него это делала психосоматическая система или, привычно говоря, душа.
О своём походе в будущее Венеры он решил пока никому не говорить, боясь, что руководители «Триэн» осудят его за «самоволку». Задачи, поставленные ими, ещё не были решены в полной мере. Хотя после рейда на Венеру пришла идея посмотреть и на Землю, какой она будет через миллион лет. Если за это время жизнь появилась на Венере, то что стало с жизнью на Земле?
«Схожу!» – решил он.
Утро началось как обычно.
Жена уехала на работу, пообещав вернуться пораньше; её, естественно, сопровождали. Ватшин начал бодрствование с зарядки, умылся, съел приготовленную Люсей рисовую кашу, щедро сдобрив её маслом и полив малиновым вареньем, запил молоком и сел за стол, собираясь дописать роман. Но мысль о подаренной визитке снова начала сверлить голову, надо было что-то решать, либо звонить по указанному на визитке номеру, либо признаваться Гордееву о необычном подарке.
Чашка боливианского кофе взбодрила. Ватшин почувствовал себя увереннее и достал визитку. Подумал: позвоню, а там будет видно, стоит вести с ними разговор или нет.
Под «ними» он не имел в виду конкретных лиц, однако перед глазами почему-то всё время маячило лицо учителя истории в школе по фамилии Зыськин. Учитель был хорошим человеком, но его не зря за глаза прозвали Банный Лист.
Мобильный показался куском льда.
Ватшин глубоко вздохнул и набрал номер.
Несколько секунд в наушнике взбулькивали гудочки вызова. Затем раздался безликий «машинный» голос:
– Вы не ошиблись номером?
– Что? – растерялся Константин, но тут же сообразил, что номер его телефона может быть неизвестен абоненту. – Это Ватшин… писатель… вы мне дали этот номер.
Голос изменился, в нём появились человеческие нотки:
– Константин Венедиктович?
– Да, он. Я бы хотел…
– Извините, у нас есть предложение: давайте встретимся на нейтральной территории и обсудим ситуацию.
– Какую ситуацию?
– Вас устраивает положение узника?
– С чего вы взяли, что я… узник?
– А разве нет? За вами всюду ходят телохранители, вы не имеете права пойти куда-то без разрешения, с вас требуют выполнения определённых заданий, разве не так?
Ватшин смешался, лихорадочно соображая, откуда неизвестному абоненту известны подробности его нынешней жизни.
– Мне самому интересно… работать.
– Бросьте, Константин Венедиктович, вы всё равно узник чужих решений. Зато мы предоставим вам совсем другие условия, а главное – свободу, и вы сможете решать любые свои проблемы самостоятельно. Они ведь у вас имеются?
– Проблем нет только у мёртвых, – пробормотал Константин. – Кто вы? Драгоны? Или герпы?
Собеседник бархатно рассмеялся.
– Ну что вы, ни те, ни другие. Ящеры изжили своё, хотя продолжают считать себя пастухами человеческого стада. Герпы посообразительнее, но и их время прошло.
– Так кто вы?
– Один ваш приятель предложил назвать нас джокерами. Это лестно, однако мы предпочли бы другое название – инолы.
– Как?!
– Инолы – то есть инолюди. Это если говорить по-русски, по-английски этот термин звучит иначе – people unusual или короче – пианы, по-китайски – биеде. Что предпочтёте?
– Значит, вы не люди всё-таки?
– Люди, в отличие от ваших друзей ксенотов, но иные, у нас с вами одна и та же база, однако улучшены многие характеристики. – Собеседник снова рассмеялся, очень естественно и открыто. – Мы лучше. Если захотите, мы об этом ещё побеседуем. Итак, вы решительно отказываетесь встречаться с нами?
– Да!.. Н-нет… но лучше по скайпу… к тому же я не выхожу один.
– Хорошо, давайте свой е-мейл, мы сбросим пароли и номер для связи. Ждите звонка. Только ради бога – не делитесь своими тайнами с руководством «Заставы», это может очень сильно и непредсказуемо отразиться на вашем здоровье и на судьбах ваших близких.