Ты
Шрифт:
Дрожащими руками, возлюбленная вампира оторвала маленькую записку с пятью словами: «Прости за всё, забудь, живи». Подруги ласково обняли, но успокаивать не стали. Просто сидели рядом и держали в объятьях ревущую девушку.
Адреан оценивал письменные работы Милены объективно и справедливо. Не загружая сильно, но и не давая расслабиться. Студентка не видела его вот уже полгода, но сердце, почему-то не хотело забыть. Чем больше тот пытался ей в этом помочь, тем меньше получалось.
Она уже не просто скучала, а тосковала. Вампир, как и прежде, снился по ночам, а разум отчаянно отказывался послушаться и подчинить остальные чувства. Напрасно.
Алеся посоветовала вышибить клин клином и даже привела хорошего, умного парня. Прекрасный молодой человек. Раньше бы Милена, действительно, не осталась равнодушной, но теперь при одной только мысли, что они останутся в кино один на один, её чуть не вытошнило. Не принимала душа никого другого, не могла.
Завтра экзамен, но сидя перед раскрытой книжкой, девушке никак не удавалось сосредоточиться. Подруги вернулись с консультации и сказали, что сегодня он какой-то растерянный. «Почему? Может, что-нибудь случилось?»
За окном стоял июнь, и счастливые парочки допоздна сидели на лавках. Тепло. Хорошо. «Только его нет рядом!» Против воли, вместо психологии, в голове как блохи скакали мечты. Милена отложила книгу, разделась и легла спать. Завтра будет новый день.
Ей снился он. Точнее воспоминание. Зимой после пересдачи художник по просьбе девушки отвёз её напоследок в свою студию.
Первое, что попалось на глаза при входе, — это огромная картина, на которой была нарисована девушка-ангел в лёгкой газовой накидке. Она парила над ярко-красными с золотом закатными облаками, пронизанная вся тёплыми светлыми лучами неизвестно где притаившегося солнца. Небесное создание всё насквозь светилось чистотой, духовностью, умиротворением, оно вселяло в душу странное чувство возвышенности, свободы и невесомости, изгоняло всё грязное и недостойное, пробуждало мысли о вечности и жизни. От холста так и веяло нежностью, лаской и согревающим душу милосердием.
— Что это? — изумлённо спросила она, не в силах оторвать от полотна глаз.
— Моя новая картина, — спокойно ответил мастер.
— Это, это же я! Ты нарисовал меня!
— Да, — улыбнулся он. — Мой ангел-хранитель. Тебе нравится?
— Очень! Она необыкновенная! Такая вся неземная! Я не такая!
— Почему ты так думаешь?
— Потому что знаю! Я плохая, несовершенная и вообще не достойна такой вот чести!
— Это не тебе судить. Я вижу тебя такой.
— Как ты это создал?!
— Догадайся!
— Ты взлетел! — осенило вдруг гостью. — Да, точно! Ты взлетел в небо! Это же твои облака, да?
— Да, — гордо кивнул победитель высот. Она подпрыгнула, радостно взвизгнув, и бросилась, ему на шею:
— Ты молодец! Поздравляю! Чудо! Чудо! Он нежно посмотрел ей в глаза и, подняв подбородок, крепко поцеловал.
В этот момент девушка проснулась и озадаченно посмотрела на пол. Поцелуя и объятий в реальной жизни не было.
Тогда там она стояла и изумлённо смотрела на картину-портрет, когда Адреан тихо сказал:
— Теперь ты всегда будешь со мной, в моём сердце, мой ангел-хранитель.
— Я, — виновато опустила голову Милена, пытаясь подобрать слова. — Прости, мне очень жаль.
— Не стоит, — мягко улыбнулся хозяин мастерской. — Я всё понимаю. Честно. Живи, милая, это твоё право. И будь счастлива. Тебе нравится?
— Очень! Она необыкновенная! Такая вся неземная! Но я не такая!
— Почему ты так думаешь?
— Потому что знаю! Я плохая, несовершенная и вообще не достойна такой вот чести!
— Это не тебе судить. Я вижу тебя такой.
— Мне жаль, что всё так получилось, — вдруг тихо произнесла девушка. Им было хорошо вместе, удивительно хорошо.
— Мне тоже, — признался собеседник.
Девушка чуть не разрыдалась и не кинулась ему на шею, но вовремя подавила себя и негромко спросила:
— Как ты это создал?!
— Догадайся, — уныло хмыкнул художник.
— Ты взлетел! — вдруг осенило гостью. — Да, точно! Ты взлетел в небо! Это же твои облака, да?
— Да, — гордо и удивительно горько хмыкнул он. — Нужно было вдребезги разбиться, чтобы воспарить над землёй! Она грустно улыбнулась, положив руку ему на плечо:
— Поздравляю!
— Потребовалось сотни лет, чтобы я расправил крылья! Сотни лет! Представляешь?
— Для истинного гения время не имеет значения, — улыбнулась Милена.
— Я преклоняюсь перед ними, — указал Адреан на портреты Леонардо да Винчи, Микеланджело, Рафаэля. — Мне понадобились столетия, чтобы совершить то, что они делали ещё при жизни!
— Время не властно над гением, ибо он способен даже маленький миг превратить в вечность.
— Я хочу, чтобы эти мгновения никогда не кончались, — грустно и с какой-то страстью прошептал художник.
— Значит, так тому и быть, — печально улыбнулась девушка, — потому что такова твоя воля.
— Подожди! — схватил её за руку мужчина. — Побудь ещё немного.
— К сожалению, время властно надо мной, — еле слышно прошептала гостья, высвобождая из его ладоней руку. — Прощай.
— Стой! — внезапно окликнул её Адреан у самого порога. — Ответь только на один вопрос. А кто научил летать тебя? Девушка оглянулась, грустно улыбнулась и тихо произнесла:
— Ты. В твоих объятьях я не только стала женщиной, но ещё и обрела крылья. На этом они расстались…