Шрифт:
Джордж Оливер Смит
В безвыходном положении
Пол Уоллак вошел в мой кабинет. Вид у него был взволнованный.
По иронии судьбы только два человека у нас не имели за своей фамилией цепочки букв, означающих ученые степени и звания, - одним был Пол Уоллак, руководитель "Проекта туннель", а вторым - я.
– Что нибудь случилось, Пол?
– спросил я.
Он кивнул и сказал:
– Туннельная капсула действует.
– Еще бы ей не действовать. Сколько раз мы ее проверяли.
– Холли Картер не повезло.
– А...
– начал было я и сразу осекся, как только до меня дошел скрытый смысл его слов.
– Она не... не...
– Холли вполне благополучно достигла Венеры, - ответил он.
– Беда в том, что мы не можем вернуть ее обратно.
– Вернуть ее обратно?
Он снова кивнул.
– Мы ведь ничего толком не знали об атмосфере Венеры.
– Да.
– Ну вот. Перед тем как Холли потеряла сознание, кое-что прояснилось, а именно, оказывается, атмосфера Венеры содержит цианистые соединения в концентрации, достаточной для того, чтобы вызвать паралич нервной системы.
– И что же?
– А то, - уныло протянул Пол, - что, открыв люк, Холли Картер перестала дышать. Минутой позже остановилось и сердце.
– Холли умерла?!
– Нет еще, Том. Если мы сумеем доставить ее сюда в течение ближайших пятнадцати-двадцати минут, наши врачи будут еще в силах вернуть ей жизнь.
– Но необратимые изменения в мозгу?
– О, возможны некоторые временные нарушения. Но излечимые. Задача в том, чтобы вернуть ее назад.
– Нам следовало бы построить две туннельные капсулы.
– Нам следовало бы сделать очень многое. Но когда ракета с аппаратурой опустилась на Венеру, все только и думали, как бы поскорее испробовать капсулу. Бог свидетель, я старался удержать вас от опрометчивых шагов, но приказывать вам - это только попусту тратить время и бумагу.
Я посмотрел на него.
– Профессор, - сказал я, машинально присваивая ему эту степень. Отсюда до Венеры не один десяток миллионов километров. Второй туннельной капсулы нет и никакая ракета не долетит за необходимое время. Как же вы надеетесь спасти Холли?
– В том-то и дело, - сказал Уоллак, - оказывается, Венера обитаема.
– Неужели?!
– Из-за этого Холли и забыла про осторожность. Она совершила посадку и увидела, что к капсуле приближается какое-то существо. Уверенная, что никакая жизнь невозможна в ядовитой атмосфере, Холли открыла люк и... убедилась в обратном.
– И что же теперь?
– Теперь нам нужно только одно: найти способ растолковать венерианцу, в чем состоит различие между правым и левым. Я решил, что тут нам можете помочь вы.
– Но ведь я всего только программист!
– Вот именно. У вас есть опыт общения с вашей машиной. Что до остальных, то, как вы знаете, они с трудом общаются даже друг с другом, не говоря уж о неспециалистах. Каждый изъясняется на своем собственном жаргоне. Ясно, что произойдет, если выпустить любого из них на связь с венерианцем.
– Хорошо, попробую, - сказал я.
"Проект туннель" - это заключительный этап программы исследований, начатой много лет назад, когда кто-то принял всерьез случайную шутку.
Кто-то из ученых, объясняя, как работает туннельный диод, заметил, что если бы можно было привести электрон в состояние абсолютного покоя, то, согласно "соотношению неопределенности" Гейзенберга, положение этого электрона в пространстве было бы совершенно безразличным. Другими словами, с одинаковой степенью вероятности такой электрон мог бы оказаться на Земле, на Венере или в любом другом месте. Так вот, именно этот эффект и используется в туннельном диоде. Когда к переходу туннельного диода прикладывается напряжение смещения и величина этого напряжения выбирается в заданных пределах, неопределенность, следующая из соотношения Гейзенберга, нарушается. В результате создаются условия, при которых электрон со значительно большей вероятностью оказывается с одной стороны перехода и со значительно меньший вероятностью - с другой.
Нельзя отрицать, что туннельный диод действует. "Проект туннель" и явился серьезной попыткой использовать туннельный эффект в крупных масштабах. В ракете, упомянутой Уоллаком, находилась аппаратура, необходимая для создания между Венерой и Землей напряжения смещения.
И вот теперь "Проект туннель" похитил у Земли самую замечательную девушку в мире.
Поскольку последнее - это мое личное глубокое убеждение, то до лаборатории я летел, как настоящий спринтер.
Лаборатория напоминала сумасшедший дом. Все яростно спорили, разбившись на кучки. Те, кто молчал, неистово мотали головами в знак отрицания.
Спокойной казалась только Тереза Дуайт - наша телепатка. И здесь я должен исправить одну неточность. Говоря, что только Пол Уоллак и я не имели ученых званий, я забыл про Терезу Дуайт. Но меня можно извинить. Тереза была совершенно бесцветным существом, не интересным ни внутренне, ни внешне. Ей было только четырнадцать лет. Но она уже обнаружила, что ее телепатические способности могут обеспечить ей удовлетворение любых желаний. А при таких условиях человек, как правило, ничего не хочет, и Тереза не была исключением. Поэтому вы простите мою забывчивость.
Теперь, однако, мне пришлось заметить Терезу. В тот момент, когда я вошел, она подняла голову и сказала:
– Харла хочет знать, почему ему нельзя сделать попытку.
Уоллак стал белым как полотно.
– Скажи этой венерианской твари: "Ни в коем случае!" - и как можно громче.
Тереза сосредоточилась, затем спросила:
– Но почему?
– Этот Харла понимает сущность соотношения Гейзенберга?
Она ответила через несколько секунд.
– Харла говорит, что ему известна подобная теория. Но для него это абстрактное физическое понятие и ему трудно воспринять его по-другому.