Чтение онлайн

Все это были плюсы. А минусом являлось то, что данная разборка ничуть не приблизила меня к выполнению порученного мне Лепилиным-старшим задания: найти Вислову живой или мертвой. Хотя необходимо признать, что наше возвращение в Тарасов заметно облегчило мою двойную работу. Находясь в городе, мне не нужно было разрываться между поиском Екатерины и охраной Лепилина-младшего.

Я по-прежнему должна была нести двойную нагрузку, потому что Валерий Николаевич своего задания не отменил, посчитав доведение расследования до конца делом принципа.

Решив провести сегодняшний вечер с отцом в его загородном особняке, Олег милостиво отпустил меня до утра следующего дня, чем я не преминула воспользоваться в интересах расследования.

Памятуя о том, что сказала мне Эльза, я решила навестить ее прямо на рабочем месте, то есть в ресторане «Русь».

Эльза встретила меня печальная и опухшая — и от слез, и от водки. По ее пустому рассеянному взгляду я поняла, что находится она далеко не в форме, а проще говоря, основательно выбита из колеи.

Время подходило к восьми, и клиентура ресторана стала потихоньку подтягиваться. В основном это была солидная денежная публика, состоявшая из напыщенных пузатых богачей под ручку с декольтированными дамочками и размалеванных сомнительного вида девиц, явившихся поохотиться на одиноких толстосумов.

На Эльзе было узкое черное платье, почти до ягодиц открывавшее чуть порозовевшую от чардымского солнца спину, и туфли на высоких каблуках, благодаря которым Эльза «подросла» на десять-двенадцать сантиметров и достигла отметки «метр девяносто».

Весть о трагической смерти Купера уже распространилась среди «своих», поэтому Эльза была не на шутку удивлена и испугана моим появлением в ресторане. Вначале ее распухшее, но по-прежнему смазливое лицо, на которое в спешном порядке был нанесен яркий вечерний макияж, выражало только недоброжелательность и беспокойство. Мне даже показалось, что в ее светлых, густо накрашенных глазах мелькнула тень настороженной ненависти.

— Привет, — беззаботно поздоровалась я, подойдя к стойке, возле которой статная заплаканная Эльза лениво и рассеянно давала указания маленькой хрупкой брюнетке в синей мини-юбке и белом переднике, — ты занята?

Я поймала на себе ее напряженно-вопросительный взгляд и добавила:

— Мне хотелось бы с тобой поговорить.

Беспокойным взглядом оглянувшись по сторонам и поняв, что меня здесь никто, кроме нее, не знает, она наконец разжала свои ярко-красные губы:

— Садись за столик, я сейчас подойду.

— О'кей, — я едва заметно улыбнулась и отошла кокну.

Устроившись за столом, накрытым белой скатертью, я наблюдала за Эльзой, которая то и дело искоса бросала на меня быстрые и тревожные взгляды.

Прежде чем подойти ко мне, она склонилась к сидевшему в полуметре от меня жадно пожиравшему пельмени бритоголовому детине с вялыми коровьими глазами и широким кривым носом.

— Еще? — услужливо поинтересовалась она, приторно улыбнувшись.

Парень отрицательно мотнул головой и ответил ей хищным оскалом.

— Давайте пересядем вон за тот столик, — как-то боязливо предложила она, приблизившись ко мне.

Я равнодушно пожала плечами, поскольку мне было все равно. Меня неприятно поразило Эльзино обращение ко мне на «вы». Когда наконец мы расположились за столиком в углу, она, понизив сухой хриплый голос, сказала:

— Я не думала, что после такого ты придешь сюда.

«Ну вот, снова „ты“. Может, с испуга?» — усмехнулась я про себя.

— Ты знаешь о гибели Купера? — спокойно спросила я.

— Естественно, и знаю даже, как он умер, — Эльза испуганно оглянулась.

— Сам виноват — нечего было приставать к порядочным людям, — с оттенком самодовольства парировала я.

— К поря-я-я-дочным?! — с возмущением воскликнула она, но тут же осеклась и понизила голос:

— Это Лепилины-то порядочные люди?

Она вытаращила глаза и, пожирая враждебным взглядом, с ненавистью уставилась на меня.

— А чем они тебе не угодили?

Во мне тоже кипело возмущение, но на волю ему не давало выбраться мое всепобеждающее чувство юмора.

Ну подумайте сами, не комично ли звучит слово «порядочный» из уст ресторанной шлюхи, стелющейся то под одного, то под другого бизнесмена-мафиози? Выдающаяся отдающаяся!

— А кто, по-твоему, Автандила грохнул? — она смерила меня торжествующим взглядом, давая понять, что хорошо осведомлена об обстоятельствах гибели своего любовника.

— Ты считаешь, что Лепилины приложили руку к гибели Автандила? — удивленно спросила я.

— А то кто ж? — глаза Эльзы горели праведным гневом. С этим, скажу честно, эффектным блеском смешно контрастировал ее хриплый сдавленный шепот. Создавалось впечатление, что присутствуешь на некоем комедийном представлении.

— Купер, — отрезала я, наблюдая за выражением ее перекошенного от злобы лица.

— Что-о?! — ее глаза просто вылезли из орбит. — Для чего это ему было нужно?

— Чтобы компанию Лепилиных прибрать к рукам, — сказала я, не отрывая от возбужденной Эльзы глаз — ее апатию как рукой сняло. — Купер женат, вернее, был женат на сестре Автандила. Убрав Варази, Купер автоматически становился владельцем его акций, а там путем шантажа, угроз и нажима…

— Так ведь и Лепилины хотели избавиться от Дила! — вскрикнула Эльза и, всхлипнув, пустила слезу.

— Купер сам признался, что порешил Дила, — со смаком сказала я, ловя себя на мысли, что этот разговор с Эльзой напоминает Мне дежурные эффектные диалоги из разряда киношных. — Поверь мне, я ведь все-таки присутствовала при бесславной кончине Купера.

— Ты так говоришь, потому что сама убила Купера и теперь хочешь свалить всю вину на него! — заверещала Эльза.

— Зачем мне это? — невозмутимо отозвалась я. — И потом, запомни — я никогда не вру и тебе не советую.