Вариант единорога
Шрифт:
Землянин навел на него пистолет:
– Нет, я убью тебя первым.
Ян проскрипел – видимо, смеялся:
– Только Время может убить Яна. Землянин выстрелил три раза. Ян безудержно веселился. Человек выпустил в него всю обойму.
– А теперь ты заберешься в эту дыру, и я отниму у тебя жизнь.
Землянин что-то булькнул в ответ.
– Залезай в могилу!
Сам того не желая, человек двинулся в сторону четвертой могилы. Спрыгнул и поднял голову.
– Прощай, Земля, – проскрипел Ян.
– Подожди! – крикнул человек. – Дай мне, пожалуйста, одну минутку – я хочу помолиться!
– Я не знаю, что такое "помолиться", – ответил Ян. – Валяй, а я за тобой понаблюдаю. Только не долго.
Человек наклонил голову. Положил руки на край ямы.
– Ты закончил? – спросил Ян.
– Да, – ответил человек, выпрямившись и сжав руки в кулаки.
И снова посмотрел на Яна.
А потом бросил две пригоршни песка прямо в фиолетовые глаза.
Ян возмущенно взвыл и отшатнулся.
Собрав всю свою силу, человек выскочил из ямы и, схватив лопату, ударил Яна по голове.
Темная липкая жидкость потекла по лезвию.
Ян неподвижно лежал на земле.
Землянин засунул его в могилу, а затем засыпал песком. Бросил лопату и, спотыкаясь, направился в сторону жилища.
– Ты был прав, – пробормотал он, – потребовалось некоторое время.
Путь Земли полыхал у него над головой.
Последний человек на Марсе сидел в одиночестве в полной темноте.
В дверь кто-то постучал.
– Времени не осталось, – проскрипел знакомый голос.
Желязны Роджер
Ибо это есть царствие мое
Роджер Желязны
Ибо это есть царствие мое
АКТ I
"Как далеки чертоги тьмы…"
"На расстоянии звезд, – подумал он, – и в десяти шагах отсюда".
"Как далеки теперь люди…"
Он молча согласился.
"Но нелюди рядом с тобой".
Он кивнул.
"Ты все еще на Земле и поэтому смешон".
– Да, – прошептал он.
"Ты наполовину безумен и все время льешь".
– Безумен полностью, а пью лишь половину времени, – поправил он.
"Ты должен войти в машину, нажать на кнопку и присоединиться к своему народу в местах смеха и радости…"
– Ой! – икнул он. – А мне и сейчас смешно. Покачав головой, он сел и осмотрелся. Рука прикоснулась к бобовому стеблю желтого луча. Он подождал всего лишь долю секунды.
– Вид услуг? – спросила подушка.
– Меня уже достала болтовня дутиков, – с возмущением ответил он. Найди точку входа, поставь экран и блокируй их контакты. Неужели нельзя запомнить, что, когда я пью, мне необходимы А-режим и чуткая забота?
Подушка зажужжала.
– А-режим задействован. Проникновений нет. Он едва не вскочил с кушетки:
– Кто же тогда сейчас говорил со мной?
– Ну уж точно не я, – ответила подушка. – Возможно, это твое воображение, взвинченное алкоголем, который ты употребляешь как…
Фраза немного обидела его.
– Ладно, прости, – извинился он перед невидимыми спиралями проводников. – Смешай мне еще один коктейль.
Он улегся на кушетке, сунул в рот соломинку и невнятно проворчал:
– Только на этот раз не добавляй воды.
– Я никогда не разбавляю твои напитки.
– Но они стали слабее на вкус.
– Значит, твои вкусовые пупырышки теряют чувствительность.
– В таком случае отключайся! Хотя подожди! Почитай для меня.
– Что почитать?
– Что-нибудь.
– "Все утро крот настойчиво прочищал себе путь…"
– Только не Грэхема!
– Может быть, Врэдмера?
– Нет.
– Гелдена?
– Нет. Что-нибудь постарше. Вот как у того же Грэхема.
– Крина? Клала? Старца Венеры?
– Еще старше.
– Флоуна? Трина? Хэмингуэя? Пруста?
– Древнее.
– "В начале было Слово…"
– Но языческое.
– Как у Пиндара?
– Пожалуй, да – как у Пиндара. Отпив добрый глоток, он откинулся на подушку и закрыл глаза.
"Почему ты убил дутика?"
Пауза безмолвия.
– Я никого не трогал.
"Дутики не убивают друг друга, а один из них мертв. Ты последний человек на Земле. У тебя безграничная власть. Почему ты используешь ее для убийств?"
Еще более длинная пауза.
– А кто такие дутики?
"Им нужна Земля. Ты встречался с ними. Неужели не помнишь?"
– Не знаю… Наверное, в тот момент я был пьян. Ладно, уходи!
"А почему бы не уйти тебе?"
– Рад бы, да не могу!
"Можешь. Тебе надо только войти в машину, нажать на кнопку, и ты присоединишься к своему народу в местах смеха и радости…"
– Да брось ты. Нет никаких мест смеха!
"Тогда поговори с дутиками".
Ладонь коснулась края кушетки, и в его вену вошла игла со снотворным.
Он провалился в бездны забытья.
Грязно-тусклое солнце опускалось на мокрый бетон. Он смотрел на него, щурясь и мигая.
– Да, бывали времена, когда мы тратили на тебя массу слов, прошептал он, осознавая, что проснулся. – Однако все приходит к концу и теряет свой смысл.
Он перекатился на правый бок, чувствуя себя печальным и величественным.
Подушка спросила, что ему хотелось бы на завтрак. Он попытался придумать достойный ответ, но сдался и попросил то немногое, что устроило бы его желудок.