Чтение онлайн

При попытке вынести из зоны поражения сотрудников корпорации «Норднефтегаз» погиб Седов Б.Г. Он направился в пещеру в фильтрующей маске, обратно на поверхность не вышел. Бригада рабочих не пострадала. Наемный персонал находился на некотором удалении от сейсмоустановки, вследствие этого поражения неизвестным газом незначительные. Точнее, все живы, но степень поражения и глубина мутаций – пока не определены. В настоящее время работы над проектом остановлены, руководство бригадой осуществляет Салидзе Г.П.

В шахту, где находится испытательное оборудование, люди входить отказываются, напуганы. Никто из них не умеет пользоваться аппаратами кислородного дыхания, спецподготовку проходили лишь штатные сотрудники корпорации.

Сумев (в отсутствие инженеров) разобраться с настройкой беспроводного оборудования (предположительно, это сделал Клоков Д.А.), они обратились за помощью к кораблю сопровождения. Передача велась открытым текстом, вследствие того, что в живых не осталось ни одного человека, знавшего систему шифрования докладных записок. Сотрудник отдела безопасности, находившийся на борту ледокола, попросил переправить на судно фотографии мертвого Прохорова. Затем отдал Салидзе приказ: любые контакты с судном временно прекратить, ждать подхода корабля сопровождения к острову.

В настоящее время судно находится в согласованной ранее точке (по варианту «Дробь»). Ожидает прибытия группы медэкспертов корпорации с тем, чтобы, приняв на борт специалистов, двинуться к архипелагу.

Совершенно секретно

К немедленному исполнению!

Единств. экз.

(подлежит уничтожению после

ознакомления с документом исполнителей)

Резолюция на документ № 14/57b

Члену совета директоров ЗАО «Норднефтегаз»

Куроводову А.Н.

Начальнику службы безопасности ЗАО «Норднефтегаз»

Феропонтову С.В.

Начальнику аналитической группы ЗАО «Норднефтегаз»

Соколову Ю.П.

– Куроводову А.Н.: подготовиться к вылету в Мурманск, для управления проектом «Шельф» с места событий;

– Феропонтову С.В.: осуществить план прикрытия «Стена» в п. Лиинахамари Мурманской области. Исполнение – текущие сутки;

– Запретить радиообмен между кораблем сопровождения и группой рабочих на архипелаге Земля Франца-Иосифа;

Мой самолет будет в аэропорту Шереметьево в 7.10 утра. На 8.00 назначаю совещание по проекту «Шельф». Все вопросы будут обговорены при личной встрече. Дальнейшую переписку с помощью курьерской экспресс-почты – отменить.

В небольшом поселке Лиинахамари было около двух часов ночи, когда в рубке оперативного дежурного раздался сигнал вызова. Капитан третьего ранга Агеев, только-только сменивший у пульта своего заместителя, потянулся вперед, активировал переговорное устройство.

Его помощник недовольно поморщился, слушая, как неизвестный собеседник горячо, чуть ли не срываясь на истерику, объяснял ситуацию дежурному. Капитан-лейтенант Дьякин и так задержался, докладывая текущую обстановку Агееву. По штатному расписанию помощник оперативного дежурного отдыхает от вахты с двух ночи до шести часов утра. Де-юре. А де-факто? По всему выходило, что теперь не удастся поспать и «трешку». Пока еще разрулят нештатную ситуацию, из-за которой возник горячий диалог…

Однако, уже спустя несколько секунд, когда лицо оперативного дежурного стало смертельно бледным, капитан-лейтенант забыл про сон.

– Тревогу пожарному дивизиону! Все машины – туда! – приказал Агеев.

Капитан третьего ранга переложил трубку к другому уху, вытер испарину со лба.

– Начальника гарнизона на провод! – скосив глаза в сторону помощника, потребовал он.

– Так ведь… – начал было Дьякин, собираясь напомнить старшему товарищу о том, что на дворе третий час ночи.

Пожар – дело неприятное, но не такое уж необычное. Стоит ли ради этого поднимать на ноги всех? Проще и лучше самим устранить проблему. А уж потом докладывать вышестоящему начальству об имевшем место инциденте.

– Быстро! – истерично, чуть ли не по-бабски, взвизгнул оперативный.

Именно эти, нечеловеческие, абсолютно незнакомые интонации, прозвучавшие в голосе капитана третьего ранга, заставили каплея грохнуться в кресло помощника оперативного. Руки легли на панель раннего оповещения. Он готов был продублировать вызов с помощью прямой экстренной связи, а также с помощью матросов-оповестителей – в случае, если бы начальник гарнизона не откликнулся на запрос по внутренней телефонной сети.

– Алло! – ответил сонный голос.

Начальник гарнизона Лиинахамари отреагировал на вызов довольно быстро, несмотря на позднюю ночь. Помощник оперативного тут же передал трубку старшему офицеру.

– На проводе оперативный дежурный, капитан третьего ранга Агеев! – быстро доложил тот. – Авария в дивизионе консервации! Подводная лодка. Пожар на борту! Разгерметизация реактора.

Теперь уже капитан-лейтенант Дьякин побледнел. Даже приподнялся с места, пытаясь услышать, что именно говорит в ответ начальник гарнизона. Помощник оперативного отлично понимал – тут не до шуток.

– Давай на третий причал консервации! – обратившись к Дьякину, потребовал оперативный. – Пулей! Одна нога здесь – другая там! И сразу же обратно. Сам все посмотришь, доложишь. Начгар будет в рубке управления через десять минут. К этому моменту мы должны четко и точно информировать командира о положении дел.

Дьякин вскочил с места. Молча, уже на ходу, кивнул. Проблемы с реакторами – это не та тема, на которую можно шутить. Уж если пожар на атомной подводной лодке, тем более находившейся в режиме консервации, надо действовать сверхбыстро. Это на боевой субмарине – полный комплект экипажа, который тут же начал бы борьбу за живучесть судна. А на «консерве» – лишь несколько дежурных техников и довольно высокая вероятность того, что они пьяны…