Шрифт:
Стеклобетонный стержень «SAAB-KAMAЗ» заслонял бы полнеба, если бы полнеба и так не были заслонены небоскребами во втором, третьем и последующих рядах. В результате ближайший небоскреб заслонял остальные — только и всего.
— Ну что? — спросил Шамрай сосредоточенно. — Готов, Паша?
— Готов, Витя, — уже традиционно отозвался Потехин. — Двинули.
И они двинули. Прямо ко входу в центральный офис «SAAB-КАМАЗа».
Стандартная рамка общегражданского идентификатора дважды пискнула. Ну, тут заминки быть и не должно — иначе ни один, ни второй не смогли бы покинуть с утра своих холостяцких квартирок на окраине Клина. Да и в метро хрен бы их кто пустил. Не заплатил налоги? Просрочил кредит? Забил на штраф? Вот и сиди дома, жди полицию. Все равно на улице двух шагов не ступишь, засекут не в магазине, так в подземном переходе.
Второй детектор был корпоративный, камазовский. Но и Шамрай, и Потехин еще вчера получили официальные приглашения на нынешнее утро, на десять тридцать. Так что и тут заминок не предвиделось.
Зато на третьем, антитеррористическом, предсказуемо встали — с собой у компаньонов ничего возбраненного не имелось, только по персональному кому, да еще ай-борд у Шамрая (презентация все-таки). Но у Потехина с некоторых пор было титановое запястье на левой руке. Ну и билуминовая кожа в нагрузку. Пока один охранник держал их на прицеле, второй сверялся с личной картой москвича на медицинском сервере. Протез был вполне легальный, поэтому ни Потехин, ни Шамрай не волновались.
— Порядок, — буркнул второй охранник. Первый с нескрываемым облегчением опустил тускло отблескивающий «Морж», сунул его в кобуру на поясе и демонстративно отвернулся.
— Вам на тридцатый этаж, — сообщил второй, видимо более общительный. — Сектор «Альфа», вон к тем лифтам.
— Спасибо, — кивнул Шамрай и улыбнулся. Потехин просто кивнул.
Они уже вошли в термошлюз, когда первый охранник все-таки соизволил подать голос:
— Прямиком в правление, фу-ты ну-ты! Тьху! Технарьё недоделанное!
Потехин напрягся.
— Не надо, Паша, — попросил Шамрай тихо. — Двенадцать миллионов. По шесть на брата. Не надо.
Потехин вздохнул и примирительно буркнул:
— Шагай давай, чего встал? Шамрая не нужно было уговаривать.
На тридцатый этаж, оказывается, ходил отдельный лифт. Местный офисный планктон почтительно именовал его «господским». На Шамрая с Потехиным все встречные сначала глядели как на пустое место, но, когда они миновали вестибюль с общественными лифтами и направились к господскому, спины аж засвербели.
«А вот знай наших!» — подумал Шамрай весело.
В лифте дежурил живой лифтер. В ливрее. Или как там этот попугайский наряд с галунами и позументами зовется? В общем, ни дать ни взять «человек» из московского кабака позапрошлого века.
— Прошу, господа! — хорошо поставленным баритоном пригласил лифтер и величественно сделал ручкой.
— У, шайтан! — тихо сказал Шамрай и качнул головой. Потехин просто с легким щелчком подобрал челюсть.
В лифте наличествовали: кожаный диван на три персоны, пара аутентичных кресел, шикарный персидский ковер из Китая, плоская блямба кондиционера под потолком и настоящий аквариум. Шамрай сначала решил было — голограмма. Но нет, действительно настоящий. Сквозь толщу голубоватой воды виднелась гротескно увеличенная рожа гавайского лангуста.
— Присаживайтесь, господа!
Пока компаньоны не уселись, лифтер даже двери не соизволил закрыть. Что ж, пришлось подчиниться. Шамрай выбрал кресло, Потехин — диван.
Ехали аж целых четыре секунды. Закрывание и открывание дверей и то больше времени заняло.
— С прибытием, господа! — торжественно объявил лифтер и опять сделал ручкой.
— Благодарю, — царственно кивнул ему Потехин и вышел. Он умел когда надо — царственно.
Шамрай молча шмыгнул следом, с трудом сдерживая неуместный смех.
У лифта ожидал очередной халдей. Видимо, тут было так заведено. В «Ростов Текникз» помнится, на каждом шагу были понатыканы всевозможные автоматы, а местное начальство, по всей видимости, западало на показушный российский шик, в народе уже прочно подзабытый.
Но тут не народ, тут центральный офис «SААВ-КАМАЗа».
— Господин Потехин? — осведомился халдей.
Паша расщедрился на еще один царственный кивок.
— Господин Шамрай?
— Доброго утра! — улыбнулся Виктор, справедливо решив, что лучшим средством от нежелательного смеха будет обыкновенная улыбка. Ну и вежливость соблюдена заодно.
— Правление уже собралось, ожидают вас и генерального. Прошу за мной.
На третьей минуте ходьбы Потехин сокрушенно вздохнул и подумал: «Богато тут у них…»
И действительно, богато было. В любом зале, через который они проходили, легко можно было оборудовать бассейн, запустить туда бегемота, и все это в итоге не бросалось бы в глаза.
Правление, как выяснилось, состояло из шести молодых людей в дорогих костюмах. Старше Потехина с Шамраем точно никого не было, а ведь Шамраю едва стукнуло тридцать пять. Потехину — тридцать семь. По большому счету, они смело могли именовать присутствующих соплячнёй, поскольку разница лет в десять-двенадцать легко это позволяла.
С интервалом в минуту явился генеральный. Этому, пожалуй, тридцатник светил вот-вот. Да и взгляд был поумнее. Потому, видимо, и генеральный…
Здороваться здесь, похоже, считали излишним.
— Пяти минут вам хватит? — осведомился генеральный, усаживаясь в необъятное ортокресло и исчезая в нем. Шамрай с Потехиным переглянулись.
— Разве только… в общих чертах, — осторожно сказал Шамрай. — Теорию в пять минут не впихнешь.
Правление безмолвно внимало голове генерального, торчащей из ортокресла.
— А вы постарайтесь. И не забывайте, кстати, что в Кембридже и Гарварде тоже преподают физику.
Шамрай выразительно взглянул на Потехина и решительно начал:
— Хорошо. Я буду краток. Действие нашего двигателя основывается на синхронизации квантовых переходов…
Потехин тем временем установил на ближнем столике ай-борд и вывел в объем 3D-кyбa презентационную модель.
Шамрай был о-о-очень краток и сумел уложиться в семь с половиной минут. Как ни странно, его никто не перебивал, и слушали золотые мальчики внимательно. Они, черт возьми, даже кое-что понимали, Шамрай это чувствовал спинным мозгом бывшего преподавателя.