Время игры
Шрифт:
Надеюсь, впрочем, что не всех.
Нам их, судя по всему, вводить в заблуждение все же моментами удавалось.
Вот я и начал расспрашивать Дайяну, словно находящуюся под воздействием суперпентотала.
А Сашка, внимательно слушая, одновременно принялся варить кофе и выставлять на стол рюмки и бутылки.
Исходящий от броневых листов и от готовящейся к ледоставу реки холод пронизывал до костей. А спускаться в машинное отделение, чтобы завести движки и пустить в грелки горячую воду из системы охлаждения, Шульгин не хотел, опасаясь пропустить что-то интересное.
Оставалось согреваться изнутри.
Узнали мы многое. Кое-что знали и раньше, а другое было откровением.
Прежде всего подтвердилось, что мы наконец достигли уровня, который позволяет воспринимать и удерживать в сознании создаваемые Игроками мыслеформы.
Разумеется, после этого Игра утратила для Игроков интерес. Как теряет интерес и смысл пулька, когда карты прикупа крапленые и все знают, что все об этом знают.
Причем случилось это, по масштабам Сети, буквально мгновение назад. Еще в этом году они испытывали серьезные сомнения в наших способностях и силах, почему и действовали традиционно, через Антона и прежнюю Дайяну. Что говорит отнюдь не в пользу их «всеведения».
Впрочем, достигнув истинного всеведения, им оставалось бы только застрелиться по причине полной бессмысленности дальнейшего существования.
Перелом произошел, как я понял, в момент «удвоения» Сашки, соответственно – Сильвии, и возникновения псевдореальностей, спрогнозировать которые Игроки не смогли.
Потому и решили, после соответствующих консультаций, прекратить партию.
Реальность-5, то есть мир XXI века и Суздалев в нем, возникла в результате изящного хода как раз «черного» Держателя.
Как почти всякий земной аналог, их Игра интересна тем, что ходы в ней должны быть как можно тоньше и неожиданнее.
Как бильярд, как гольф, да и те же пресловутые шахматы. Умение положить нужный шар «от трех бортов в середину», пройти поле с минимальным числом бросков, найти новый поворот в известной двести лет защите Филидора.
Только у них вдобавок ценится умение на ходу придумать и воспользоваться новыми правилами, а на «разборке» убедить партнера, что они не противоречат неким исходным Суперправилам Всеобщей Теории Игры, и в случае чего, можно устроить землетрясение или изменить скорость света, а можно вот так: организовать встречу Новикова с Седовой на мосту в 1976 году, просчитав все ее возможные последствия.
Услышав это, я решил непременно при первой же возможности обсудить с Ириной события того далекого дня, постараться найти «ключевую точку» для нее и для меня. Что в тот день было «как всегда» и что конкретно может выглядеть чуждым вмешательством.
Так вот эта реальность-5 возникла действительно изящно. Не потребовалось Игроку или специально им посланным диверсантам минировать Желтое море, чтобы уничтожить «Микасу» с Того на борту. Он всего лишь снял у Николая во время чтения Послания Серафима Саровского один детский комплекс. Сломавший его волю шок при виде умирающего деда, убитого бомбой террориста.
И за секунду до того, как принять судьбоносное решение, царь стал таким, каким должен был стать по природе, каким его хотел видеть отец, упрямый и решительный Александр Третий Миротворец.
И дальше все покатилось так, как случилось здесь, и невозможно теперь сообразить, во благо это было сделано или во зло. Потому что у нас нет точки отсчета, мы не понимаем и никогда не поймем, что вообще означают эти термины.
Отсутствие Гражданской, Второй мировой войн или холокоста никоим образом не компенсируют те смерти и беды, которые настигнут других конкретных людей в других реальностях.
Пусть Октябрьская революция позволила некоторому числу людей превратиться из отбросов общества в ее элиту, каким-то поручику Тухачевскому, вахмистру Буденному, унтеру Жукову принесла маршальские звезды, но из-за нее же погибли миллионы ни в чем не повинных людей, а еще миллионы навсегда стали несчастными, потеряв Родину, состояние, смысл жизни…
Эта мысль как-то вдруг пришла мне в голову, буквально за минуту до этого я все же рассуждал в категориях какой-то «игры с ненулевым результатом», сравнения суммы и пропорций добра и зла, ценностей «прогресса» как такового.
Я не говорил этого вслух, просто с детства такова была наша психология.
Игроки же исходили из других посылок. Они действительно решили оставить нас навсегда, но им было по-своему жаль своего творения. Этой вот «свитой в жгут двуединой реальности», нашей «Главной исторической последовательности» и нынешнего «мира полудня», используя термин мэтров.
Решение представлялось им оригинальным и красивым. В него изначально были заложены представляющие эстетическую самоценность принципы: пошаговое взаимодействие в точках сопряжения ветвей, теоретически возможный обмен людьми и информацией при целенаправленных и спонтанных «пробоях изоляции», взаимостабилизация реальностей за счет сдвига по фазе аналогичных и прямо противоположных событий и так далее, и тому подобное…
И тут вмешались какие-то придурки, исчезающе малые кванты конгломерата гуманоидов Галактики, короче говоря – наша теплая, веселая и безответственная компания.
Начались безобразия и сбои чудесной самонастраивающейся системы.
В нее внезапно вклинились третья и четвертая составляющие – реальности 20-21-го годов (Крымская) и 1938-го (Шульгинско-Шестаковская). Система резко повысила степень связности и приобрела новые качества.
На наглядных примерах – мы как бы подкинули еще два туза в стандартную колоду или ввели в шахматную табель о рангах фигуры премьер-министра и верховного судьи.
Кого-то это может позабавить, но претендентам на титул «Вельтмейстера» в разгар матча вряд ли понравится.
Стройная, самодостаточная и весьма устойчивая система превратилась в «химеру», странное, искусственное образование, стремящееся при малейшем постороннем воздействии распасться на более простые элементы.
Чтобы она уцелела, не «схлопнулась», подобно карточному домику, нужно постоянное поддерживающее воздействие.
До сих пор все в этих мирах происходило не только в режиме автоколебаний, но в той или иной мере под контролем форзейлей, аггров, иногда самих Игроков напрямую.