Шрифт:
Я подошел к дому и, уже открывая дверь к себе, вдруг увидел, что выхожу из дома. Озадаченный, я решил последовать за собой. Незнакомец — я совершенно сознательно употребляю это слово — сошел по лестнице, распахнул дверь и вышел на улицу. Я хотел догнать его, но он ускорил шаг как раз настолько, насколько я ускорил свой, так что расстояние меж нами нисколько не сократилось. Спустя немного он остановился у маленького бара и скрылся за красной дверью. Через несколько секунд я уже сидел рядом с ним у стойки. Я попросил чего-нибудь выпить, краем глаза разглядывая шеренги бутылок, вылинявший ковер, желтые столики и тихо беседовавшую парочку. Внезапно я резко обернулся и пристально посмотрел на него. Он смутился и покраснел. Я смотрел на него и думал: «Ей-богу, он прекрасно слышит все, что я в эту минуту о нем думаю: "У вас нет никакого права. Я пришел раньше. Я был первым. При чем тут сходство, речь ведь не о нем, а о подмене. Полагаю, впрочем, это вам надлежит объясниться…"»
Он вымученно улыбнулся. Казалось, он не понимает. Он завел разговор с соседом. Я превозмог раздражение и, слегка прикоснувшись к его плечу, воззвал к нему:
— Нечего делать вид, что вы меня не знаете. Не стройте из себя дурачка.
— Прошу прощения, сеньор, мне кажется, мы незнакомы.
Я решил воспользоваться его растерянностью и расставить все по своим местам:
— Будьте мужчиной, друг мой. За свои действия надо отвечать. Я вас научу не соваться, куда не просят…
Он резко прервал меня:
— Вы ошибаетесь. Я понятия не имею, о чем речь.
Вмешался один из посетителей:
— Вероятно, тут какая-то ошибка. К тому же так себя не ведут. Я знаю сеньора, он никогда…
Он удовлетворенно улыбался и даже осмелился похлопать меня по плечу.
— Забавно, кажется, я вас где-то раньше видел. Только не могу припомнить где.
Он принялся расспрашивать меня о детстве, откуда я родом и что там было да как… Но нет, ничто из рассказанного мной ему ни о чем не говорило. Я через силу улыбнулся. Он всем нравился. Мы выпили несколько рюмок. Он смотрел на меня с явным расположением.
— Вы не здешний, сеньор, не возражайте, я знаю. Я беру вас под опеку. Я покажу вам Мехико, весь Федеральный округ!
Его тупость вывела меня из себя. Чуть не со слезами на глазах я прокричал ему, ухватившись за лацканы его пиджака:
— Так ты в самом деле меня не знаешь? Не понимаешь, кто я такой?
Он грубо оттолкнул меня:
— Не лезьте ко мне с вашим вздором! Не нарывайтесь на ссору!
Все неодобрительно смотрели на меня. Я встал и сказал им:
— Сейчас я объясню вам, в чем дело. Этот сеньор вам лжет. Этот сеньор самозванец…
— А вы дурак и ненормальный! — закричал он.
Я кинулся на него. К несчастью, я поскользнулся. И пока я пытался, опершись на стойку, встать, он молотил меня кулаками по лицу. Он бил меня молча, с холодным ожесточением. Но тут вмешался бармен:
— Ладно, оставь его, он пьян.
Нас разняли. Меня взяли за шиворот и выбросили в канаву.
— А если вам вздумается вернуться, мы позовем полицию.
Костюм у меня был порван, рот распух, в горле саднило. Я с трудом сплевывал. Все тело ныло. Некоторое время я лежал неподвижно, выжидая. Потом пошарил, не найдется ли камня или какой-нибудь палки. Но ничего не нашел. А там внутри пели и смеялись. Вышла парочка, женщина нагло воззрилась на меня и расхохоталась. Я почувствовал, что я один на целом свете, что меня вышвырнули из мира людей. Гнев прошел, мне стало стыдно. Нет, лучше возвратиться домой и подождать до другого раза. Я медленно побрел к дому. По дороге мне пришло в голову то, что мучит до сих пор: а если это был не он, а я?..