Чтение онлайн

— Пятьдесят тысяч десантников погибнут в воздухе, — с горечью проговорил Олесь. — А что останется от эскадры после сражения? Горгов встречать будет уже нечем. Господа, данный план в точности повторяет акцию возмездия древних тасконцев. Все прекрасно знают, как завершилась та компания. Повторять ошибки я не намерен. Работу придется начать заново.

Офицеры удивленно переглянулись. Подобного поворота событий никто не ожидал. Сорвил растерянно смотрел на русича. Решение Храброва застало командующего врасплох. Генерал лично набирал в отдел людей и сейчас чувствовал себя неловко. Лишь на устах Байлота появилась снисходительная улыбка. Старый хитрец предполагал, чем закончится доклад Дастена.

Томительная пауза длилась довольно долго. Землянин внимательно следил за реакцией присутствующих. Раздражение и злости он не заметил. Скорее разочарование и изумление. Собравшись с мыслями, Олесь негромко продолжил:

— Господа, давайте сразу определимся с целями и задачами вторжения. Чего мы собственно, хотим добиться? Захвата планеты? Но какой ценой? Угробить тысячи хороших солдат, уничтожить спутники противника и сжечь в атмосфере крейсера много ума не надо. Задайте себе простой вопрос: почему два с лишним века назад тасконцы отступили? Неужели они обладали меньшей военной мощью? Ответ лежит на поверхности. Никому не нужны мертвые развалины. Могущественное государство осознало бесперспективность подобной победы. В любых действиях должна присутствовать целесообразность. Если маорцы взорвут шахты и металлургические заводы, какой толк от такой войны? Гибель миллионов мирных граждан вызовет у колонистов ненависть. А нам нужны союзники. Против насекомых необходимо объединить все силы человечества. Лобовая атака неприемлема.

— У этой задачи нет решения, — обронил загорелый темноволосый майор.

— Я так не считаю, — возразил русич. — У планеты достаточно слабых мест. И мы обязаны их найти в кратчайшие сроки. Удастся согласовать спорные вопросы мирно — превосходно, нет, тогда придется прибегнуть к жестким мерам. Но жертвовать целыми армиями ради призрачного успеха нельзя. Потери и разрушения должны быть минимальны. Совещание закончено. Подумайте о моих словах. Завтра утром жду ваши предложения. Я рассмотрю даже самые абсурдные и авантюрные идеи. Зерно истины часто глубоко спрятано.

Офицеры неторопливо покинули помещение. Голографическая сфера потускнела и исчезла. Храбров приблизился к столу и оперся на него руками. Перед землянином лежала подробная географическая карта Маоры. Два полушария с горами, лесами и огромными ледниками. Как только дверь закрылась, пришедший в себя Сорвил произнес:

— А ты крут! Парни старались, работали… Мог бы для приличия похвалить.

— Они избрали наиболее легкий путь, — ответил Олесь. — Меня подобное отношение к делу не устраивает. Кроме того, не люблю, когда штабники пренебрегают жизнями солдат.

— Это боевые офицеры, — вставил генерал. — Им еще никогда не доводилось планировать операции.

— Тем более странно, — вымолвил русич. — Пусть на досуге пошевелят мозгами.

— Не слишком ли у тебя завышенные требования? — лукаво поинтересовался Аргус.

— Я хочу, чтобы мои подчиненные понимали важность поставленной задачи, — проговорил Храбров. — В противном случае, зачем вообще было создавать отдел.

— Звучит логично, — согласился командующий. — А вдруг Дастен огласил единственно возможный вариант? Вряд ли стоит обвинять древних тасконцев в глупости. Они не придумали ничего иного.

— Решение есть, — уверенно сказал землянин, отходя от стола.

— И ты его знаешь? — уточнил Сорвил, глядя Олесю в глаза.

— Да, — произнес русич. — Мы преподнесем маорцам неприятный сюрприз.

— Тогда почему ты сегодня промолчал? — удивленно спросил аланец.

— Офицеры бы посчитали, что я давлю на них, не даю высказать собственное мнение, — ответил Храбров — Это сразу отобьет желание проявлять инициативу. Надеюсь, кто-нибудь завтра преложит интересный вариант. Мой ведь тоже не идеален.

— Психолог, — добродушно рассмеялся Байлот. — Не зря тебя учили.

— Для детальной разработки операции нужны точные разведывательные данные, — спокойно проговорил землянин. — Важно абсолютно всё: орбиты станций, маршруты кораблей, места расположения воинских частей, координаты космодромов, шахт и заводов.

— Не волнуйся, — вымолвил тасконец — Получишь самые точные сведения. Несколько специальных судов давно следят за Маорой. Так как нет возможности приблизиться к планете, на них установили аппаратуру дальнего наблюдения. Картину поверхности мы снимаем постоянно. Дешифровщики работают круглосуточно. Основная часть целей уже выявлена.

— Два дня назад крейсера, эсминцы и транспортные челноки начали перегруппировку, — вставил командующий. — Эскадра собирается на орбите Суллы. Туда же перебрасываются десантные полки. По моему приказу прекращены все военные действия на Униме. Если переговоры не увенчаются успехом, армия нападет на Маору через сорок минут.

— По сути дела это ультиматум, — заметил Олесь. — Колонисты прекрасно знают о наших приготовлениях. Информационная атака — лишь прелюдия к вторжению.

— Другого выхода нет, — Аргус неопределенно пожал плечами.

Спустя час Байлот и Сорвил покинули «Янис». У членов Совета Союза много дел на Алане и Тасконе. События последних дней развивались слишком стремительно. Хотят того или нет представители гражданской администрации, а государство перестраивалось на военные рельсы. Сражение с горгами заставило многих людей иначе взглянуть на жизнь. Теперь отсидеться за спинами других не удастся никому. Насекомые безжалостно искоренят человечество, как враждебную расу. Новое столкновение двух цивилизаций неизбежно.

Русич разместился в угловой каюте второго яруса. Она была предназначена именно для руководителя отдела стратегического планирования. Три комнаты, отдельный туалет и душ, большой голограф, вмонтированный в стену. Мебель без особых изысков, но достаточно удобная. Пол покрыт синтетическом ковром светло-коричневого оттенка. В овальном иллюминаторе — бездонная чернота космоса и слабое мерцание далеких звезд. В подобных апартаментах Храброву жить еще не приходилось. Вот что значит, быть начальником. Как бы и вправду от успехов не вскружилась голова.