Чтение онлайн

Вначале я слушал Вечного Ребенка с интересом. Но на сороковом мире я понял, что мои мозги уже не успевают «раскладывать по полочкам» поток информации. На шестидесятом мире я не выдержал:

— Все это, конечно, очень здорово, но мне хотелось бы знать, нужны ли мне сведения о двоякодышащих двухжелудочных грибах-рептилиях, которые живут в плотной газовой оболочке мира Уульвууля? Едва ли я когда-нибудь окажусь в этом мире, а если даже и окажусь, то без скафандра даже кровь магов позволит мне прожить там всего несколько минут. Мы уже, наверное, неделю беспрерывно обсуждаем далекие миры, даже в туалет некогда сбегать…

Я осекся. И в самом деле, судя по всему, на острове Маркандеи я провел не меньше недели. По крайней мере, я мог вспомнить, что несколько раз ел и спал. Но во всем огромном роскошном дворце я не видел ни одной туалетной комнаты. Более того, я не испытывал элементарных физиологических потребностей. Что-то здесь было не так!…

…Стоило мне об этом подумать, как в ту же секунду мир вокруг меня заколебался, расплылся, и я обнаружил, что стою под палящими лучами солнца на старой асфальтированной дороге, а передо мной на обочине сидит Маркандея с флейтой.

— Что?… Что это было?!! — воскликнул я.

Нож-бабочка оказался в моей руке раньше, чем я подумал о возможной опасности.

Маркандея улыбнулся:

— Не бойся, Калки, это майя.

Я знал, что «майя» — это иллюзия реального существования. О ней много говорится в индуистских мифах. Многие восточные мудрецы утверждали, что вся наша жизнь — всего лишь иллюзия. Но одно дело читать о майе в книгах, и совсем другое — испытать это ощущение на себе.

— А сейчас майя закончилась? — осторожно спросил я, оглядываясь вокруг и проверяя свои ощущения.

— Ты сам-то как думаешь?

— Не знаю. Смотря что ВЫ называете майей.

— Я больше не поддерживаю созданную мной майю. Тебя окружает только та иллюзия, которую обычно именуют «реальностью».

Я махнул рукой:

— Об этом я читал! Если нас окружает не реальность, а майя, то должен быть кто-то, кто создает иллюзию для всех людей, для всех живых существ. Скажите, что НА САМОМ ДЕЛЕ скрывается за иллюзией?

— Если бы я знал… — вздохнул Маркандея. — Если бы хоть кто-нибудь это знал… А ты молодец, Калки. Ты распознал мою майю быстрее, чем все, кто приходил до тебя. Некоторые проживали в майе целую жизнь, и только после того, как я разрушал иллюзию, возвращались к реальности. Вернее, к тому, что привыкли считать реальностью.

— Меня удивило отсутствие туалетов во дворце. Если бы они были, я никогда не заметил бы подвоха.

— Трудно учесть все тонкости бытия, — усмехнулся Маркандея. — Это еще раз доказывает невозможность создания майи для всего мира и для ВСЕХ миров. Или же доказывает могущество того, кто создал величайшую иллюзию, в которой все мы живем… Но довольно об этом! Я не старался ввести тебя в заблуждение, Калки. Просто я хотел за короткий срок рассказать тебе о многих вещах. Без майи наша беседа продлилась бы много дней, а в иллюзорном мире она продолжалась всего несколько минут.

— Значит, дворца не существует? — разочарованно протянул я.

— У меня есть небольшой домик на острове, но он не идет ни в какое сравнение с иллюзорным дворцом, — Вечный Ребенок улыбнулся. — Зато там имеется все необходимое для жизни.

— Мы отправимся туда?

— Только если ты захочешь стать настоящим магом по крови.

— Я хочу!

— Тогда вначале тебе надо пролететь над горой Меру.

— На колеснице, запряженной драконами?

— Да.

— А другого способа стать магом нет?

— Увы! — Маркандея развел руками. — Я чту древний закон, пусть даже многие маги по крови им и пренебрегают.

Я колебался. Я всем сердцем желал пойти по пути магии, но понимал, что от сказанного сейчас слова зависит вся моя будущая жизнь… или смерть. Вечный Ребенок, наверняка, почувствовал мои сомнения. Он плавно взмахнул флейтой и произнес:

— Все могло бы быть и так…

…Прозвенел звонок, и сотни детей с воплями вывалились из дверей школы. Мы выходили медленно и солидно. Как-никак, это было наше последнее первое сентября. Начало последнего учебного года. Выпускной класс московской школы. Вообще-то, три года назад нашу школу переименовали в лицей, но мы, те, кто учился тут с первого класса, продолжали называть ее по-прежнему.

— Проводишь? — спросила Маришка.

— Провожу… — я взял ее рюкзак и закинул за спину вместе со своим собственным.

— Ты сердишься на меня из-за того, что я пару раз встретилась с этим студентишкой — маменькиным сынком? — испытующе посмотрела на меня Маришка.

— Ничего я не сержусь, — буркнул я.

— Глупенький, — проворковала Маришка и обняла меня одной рукой. — Кроме тебя, мне никто не нужен!

Эти слова окончательно растопили холодок в моей душе. С этого момента мы с Маришкой были всегда вместе, как Витек и Нася. Мы закончили школу. Я поступил в МГУ, Маришка пошла учиться на дизайнера. Мы сыграли великолепную свадьбу, у нас родились замечательные дети: мальчик и девочка. Мы работали на престижных и высокооплачиваемых должностях. У нас было все, что мы только могли пожелать: огромная квартира в центре, роскошный коттедж, дорогие автомобили. Когда наши дети выросли и вот-вот собирались сделать нас с Маришкой бабушкой и дедушкой, я сказал: «Довольно!»

Майя рассеялась. Я вновь стоял на раскаленном асфальте перед Маркандеей, а в моей руке все еще находился нож-«бабочка».

— На этот раз я распознал иллюзию с первых минут, — сказал я, складывая нож и убирая его в карман. — Просто я ждал, когда начнется что-то интересное. Но ничего не произошло. Кстати, в следующий раз имейте в виду, что на Земле техника постоянно развивается. А у вас в майе всю мою иллюзорную «жизнь» по улицам ездили одни и те же автомобили, в домах стояли такие же телевизоры и телефоны.

— Я взял информацию из твоих же собственных мыслей, — словно оправдываясь, произнес Маркандея.

— Вы читаете мои мысли?

— Нет. Я не совсем правильно выразился. Я не читаю чужие мысли, я лишь обращаю их на сознание самого человека. Именно так создается майя — она более чем наполовину состоит из собственных представлений человека о том, что должно было бы быть и о том, как оно должно было бы выглядеть.

— Наша жизнь с Маришкой получилась слишком похожей на сказку. Красивую, но все-таки сказку. На самом деле так не бывает. На Земле есть и преступления, и болезни, и несчастные случаи. Кстати, как-то раз мы на перемене в школе обсуждали разные ужасные катастрофы. Один говорил, что страшно — это когда ты сидишь дома на своем диване, и в этот момент в твой дом врезается самолет. Другой говорил, что пожар страшнее. Третий считал, что хуже всего землетрясение. Четвертый — падение гигантского метеорита. И тогда я сказал, что на самом деле все это ерунда по сравнению с настоящим ужасом. А ужас заключается в том, что мы вырастем и будем каждый день ходить на работу, в магазины, возвращаться домой, смотреть телевизор и ложиться спать. А наутро все будет повторяться. Работа-дом, работа-дом. И даже развлечения будут казаться нам скучными, а путешествия (кто сумеет заработать на них деньги) — неинтересными. И так всю жизнь. Потом мы состаримся, станем дряхлыми и немощными, а потом умрем. И все. И ничего в нашей жизни не случится. И не упадет на нас метеорит, и нас не завалит обломками после землетрясения. Все согласились со мной и признали, что, действительно, вот это и есть самое страшное — просто жить. Так что ваша майя не добавила ничего нового к моим собственным взглядам.