Железный век

Святослав ЛОГИНОВ

ЖЕЛЕЗНЫЙ ВЕК

Маркграф Раймунд Второй может быть более всех коронованных особ приблизился к светлому образу платоновского "Государя". История о двух алхимиках, которая сейчас будет рассказана, как нельзя лучше подтверждает это. Взят сей анекдот из мемуаров достопамятного Николя Пфальца, прозванного за мудрость и нелицемерие Феррариусом, и потому заслуживает полного доверия, чего нельзя сказать о многих иных измышлениях досужих историков.

Великий Раймунд, пишет Феррариус, один день в году посвящал нелишнему занятию выслушивать всякого, кто придет сообщить ему нечто важное. Строго запрещалось в тот день являться с доносом, жалобой и наветом, ослушникам грозили плети, и, надо сказать, природа человеческая такова, что немалое число просителей бывало изрядно бито.

В такой день явились ко двору двое алхимиков: Якоб Септимус и Петр Берг. Более непохожих людей трудно было вообразить. Первый из проходимцев был низок ростом и лыс, отвисшие щеки и дряблый подбородок совершенно скрывали шею, опускаясь прямо на плечи, и старая мантия, в которую был облачен алхимик, вечно оказывалась засаленной от этого неприятного соседства. Второй проситель был высок жилист и угрюм. Даже отправившись во дворец, он не снял прожженного рабочего фартука, может быть, для того лишь, чтобы хоть немного прикрыть то, что было под ним.

И вот эти-то жалкие существа, более напоминающие некрофагов, нежели благородный людской род, объявили, что владеют древним секретом извлекать из земли небесный металл, и в подтверждение сего подали государю некий слиток, в котором графский ювелир тотчас же признал истинное и неподдельное железо.

История старая как мир, и одинаково печально кончавшаяся во все времена! Но когда государь спросил, что желают алхимики получить за свой секрет и почему, раз они теперь самые богатые люди в мире, они не приобрели этого без его помощи, то получил ответ, заставивший некоторых близких власти людей усомниться, действительно ли мошенники стоят перед ними.

– Нам нужно спокойно работать, - сказал Септимус.
– Мы ищем покровительства великого Раймунда, дабы бежать тревожных хлопот и скрыться от угроз иных сильных завистников. Обратиться же к тебе, пресветлый государь, нам посоветовала молва, называющая тебя мудрейшим из князей.

– Нам нужно место на берегу реки, разрешение жечь уголь, нужны камни, глина и право брать руды во всех реках и болотах графства, - пробасил Берг.

– А много ли нужно вам изумрудов и бериллов, ведь, как известно, железо можно получить, только перенасытив бронзу самоцветными камнями? вкрадчиво спросил граф.

– Изумруды нам не нужны вовсе, - отрезал Берг, и тогда плети, уже приготовленные, были убраны, а все просимое предоставлено.

– Эти двое либо очень опытные мошенники, либо благородные безумцы, пояснил Раймунд своему сыну, которого уже в те годы обучал государственной мудрости, - и в том и в другом случае будет небезынтересно посмотреть, что они предпримут.

Много недель кряду на берегу речки, протекавшей неподалеку от Маркенбурга, слышался стук и скрежет, поднимались к сияющему небу черные столбы дыма. Великан Берг на плечах таскал камни, калил их в костре, бракуя негодные, а из оставшихся складывал печь. Септимус, словно сказочная жаба, шнырял по самым зловонным болотам, черпал грязь из бездонных трясин, сушил ее и прокаливал в ювелирном тигле.

Опытный в своем деле шпион, приставленный к алхимикам, доносил Раймунду, что поступки их лишены всякого смысла и что несчастных следует признать бесноватыми и запереть в клетку.

Но государь медлил и ждал. По прошествии некоторого времени алхимики представили ему еще один драгоценный слиток и предложили приехать и осмотреть печи. Государь благодарил, поздравлял с удачей, советовал продолжить дело, столь счастливо начатое, но никуда не поехал.

Прибыл же он в логово алхимиков неожиданно и не предупредив никого, даже ближайших советников. Картина, открывшаяся перед ним, давно была знакома ему по обстоятельным доносам. Небо застилал дым, Септимус, в мантии, еще более грязной, чем всегда вертелся вокруг печи, что-то подбрасывал в узкое отверстие, над которым колыхался дымный султан, и в то же время ногой нажимал на большой мех, пристроенный сбоку, и при каждом качании султан плавно вздрагивал. Берг, стоя неподалеку, страшными ударами огромного молота плющил на обугленной колоде серый бесформенный кусок. Звон разносился далеко окрест.

Все это было бы очень похоже на печи для выплавки меди, но, когда граф, сопровождаемый всего лишь двумя телохранителями, подъехал и спешился, он увидел такое, что удивление его граничило с ужасом. Молот в руках Берга был не из меди и не из тугого камня. То не была и плотничья киянка из переплетенной северной березы. В руках оборванца благородно сиял железный молот. Он мерно поднимался и опускался, и при каждом ударе из-под него летели искры.

А рядом, прямо на голой земле, валялось несколько тяжеловесных слитков, и Раймунду не нужен был ювелир, чтобы понять, что лежит перед ним. Как завороженный смотрел он на могучие размахи драгоценного инструмента.

Подошел, вытирая грязные руки краем мантии, Септимус.

– Довольны ли ваше величество нашим усердием?
– тихо спросил он.

– О-о!..
– протянул граф, не зная, что сказать, а бряцающий удар прервал его, выручив растерявшуюся мысль.

Пораженный маркграф молчал, а молот в руках Берга звучал все тише, наконец он стукнул последний раз, уже не громыхая, а протяжной певучей нотой, и Берг, столкнув в пыль очередной кусок железа, стер со лба пот и тоже приблизился к правителю.

– Много ли металла успели изготовить вы?
– спросил маркграф, стараясь не произносить рокового названия.

– Мало!
– буркнул Берг.

– Мы получили всего двадцать два куска весом от пяти до семи фунтов каждый, - ответил Септимус.
– Теперь нам нужны помощники и подмастерья, чтобы выполнять простую работу и учиться мастерству. Мы же хотели бы продолжить поиски и исследования болотных руд...

– Я рассмотрю вашу просьбу, - бросил граф, вскакивая в седло, - а вы пока передайте весь металл казначею и приготовьте инструмент к отправке во дворец. Не исключено, что вам придется переехать туда.

Вернувшись во дворец, государь отдал некоторые приказания. Воля же великого Раймунда исполнялась столь быстро и точно, что порой бывала выполнена прежде, нежели высказана. Не удивляйся тому, простодушный читатель, но знай, что предки наши были мудрее своих потомков.

Так что уже через два часа, спустившись по винтовой лестнице в подземные казематы, маркграф нашел там и выкованные куски железа, и инструмент, и самих алхимиков, связанных по рукам и ногам, с кляпами, вбитыми в растянутые рты.