Жить!
Шрифт:
– Куда ты собрался?! – По первым нотам тона его голоса стало ясно – он отпустит меня только через свой труп.
– А что в этом такого? – Я как можно более невинно округлил глаза. – Мне надоело изо дня в день сидеть в четырёх стенах… К тому же, я пойду не один – с друзьями.
– Этого я и боюсь. – Голос Рида стал ледяным.
– Рид, а в чём проблема? – Вступился за меня Тери, в то время, как Джонс предпочёл промолчать, втянув голову в плечи. – Ладно, напиваться не будем, домой доставим вовремя – во сколько скажешь. Пусть Джоэл пойдёт с нами – хоть повеселится.
Гранлиит смотрел на меня так, будто хотел огреть меня взглядом. Во мне вскипело банальное упрямство – и уступать я не собирался.
– Ты никуда не пойдёшь. – Чеканя каждое слово, проговорил он.
– Пойду! Или можешь сразу посадить меня за решётку! Я не твоя собственность, Рид, в конце концов!
Я вдруг осознал, что перегнул палку. Я не должен был грубить ему, не при всех, никак и никогда. И, самое страшное, мои слова его, казалось, ранили.
– Прости. – Спохватился я. – Прости, Рид, я не хотел…
– Иди. – Коротко бросил он. – Парни, допивайте чай, пора возвращаться.
Он ушёл переодеваться. Все остальные облегчённо выдохнули и расслабились.
– Джонси, в нашей стае прибыло! – Радостно объявил Тери. – Только будь добр, Джоэл, если уж решил связаться с нами – веди себя прилично: пей наравне со всеми и дерись как все, если что…
– Мне кажется, Рид обиделся. – Понуро промямлил я.
– К завтрашнему дню с ним пройдётся. – Заверил меня Лорен. – Он и меня пытается вечно контролировать… Ну не терпеть же вечно!
Глава 32. Ада. Часть 1.
Договорившись обо всём, мы расстались до вечера. Лорен обещал подбросить меня до места встречи, и это уже было хорошо – собираясь на тусовку, парни не брали свой транспорт. Мне было интересно.
Я ни разу в жизни не был на молодёжных вечеринках. Закрытые официальные празднования, напичканные охраной и пропитанные скукой, верх лицемерного приличия и невозможность что-то сдвинуть с места в многовековой иерархии порядка… Сейчас же, даже не взирая на возражения Рида, я мог позволить себе немного больше.
К полуночи Мила-Гросс оживал по-особенному. Улицы, днём тихие и безлюдные, в темноте становились таинственными и опасными. Пьяная от алкоголя и ощущения свободы молодёжь собиралась в стайки, тут и там рисовались влюблённые парочки, не стеснявшиеся выражения бурных чувств на виду у посторонних глаз – здесь относились к этому ровно и, казалось, кроме меня никто не обращал на них внимания.
Конечно же, всё это происходило за пределами спальных районов города – громкая музыка ночных клубов и из окон полуночных психов. На драки никто не обращал внимания. Нецензурная лексика становилась нормой, алкоголь и сигареты – самым прибыльным товаром круглосуточных магазинов. Парни вели себя более развязано, девушки позволяли себе то, что при свете дня было бы слишком вульгарным. Юбки укорачивались, каблуки увеличивались в той же пропорции. В принципе, не менялось абсолютно ничего. Просто ночью солнечный свет не мешал так откровенно упиваться обычной человеческой жизнью.
Я чувствовал надвигающуюся СВОБОДУ кончиками пальцев. Откровенно говоря, я не знал, в чём она всё-таки заключалась, и потому жадно глотал новые ощущения, знакомые простым людям лет с тринадцати-четырнадцати. В свои почти девятнадцать я уже казался себе староватым для науки улицы, но понятия не имел, что она может так затянуть. Я не мог, я не хотел останавливаться.
Мчась с приличной скоростью на мотоцикле с Лореном, я буквально впитывал всё это в себя и сразу – темнота, опасность, предвкушение, с в о б о д а!
Мне не нужно было объяснять, где находится «Найтдрим» - излюбленный ночной клуб моих друзей, это можно было понять за километры, ощущая мощь световых спецэффектов и силу децибелов, исходящих от этого заведения. Но Лорен настоял на своём – он доставил меня прямиком ко входу в «гостевую зону», после чего махнул рукой и умчал прочь, в секунды растворившись во тьме ночи.
Вот здесь-то я и оказался не в своей тарелке. Не желая сходить с места, словно сросшись с полом у самого входа – разинутой пасти, сверкающей всеми огнями огромного дискоклуба, в толпе, перемещавшейся хаотично туда и обратно, я вдруг осознал, насколько я одинок. Мои друзья явно задерживались, и мне стало не по себе от мысли, что они, возможно, забыли о нашей договорённости и не придут совсем, а мне всю ночь придётся искать дорогу к дому Рида.
В какой-то момент я оказался в замесе потока людей, окруживших меня со всех сторон. Я попытался удержаться на месте, но это оказалось просто невозможно, и я кое-как продираясь сквозь оживший хаос тел, внезапно задел кого-то…
Девушка вскрикнула, и через секунду я встретился с ней взглядом, полным возмущённой обиды. Её тёмные, не слишком длинные волосы смешно рассыпались по лицу, и я не сразу сообразил, что испортил ей причёску.
– Простите, я не нарочно. – Начал оправдываться я. – Я не хотел…
Она демонстративно отошла в сторону, чтобы новая волна потока людей не захлестнула и её, и я машинально скользнул следом. Девчонка какое-то время пронзала меня большими чёрными глазами, вероятно решая, как же всё-таки отреагировать: казнить меня или помиловать, но мои глупые извинения и виноватый вид, видимо, смягчили её. Она достала из крошечной сумочки-клатча расчёску и небольшое зеркальце, неспешно причесалась, после чего одарила меня сдержанной улыбкой и произнесла:
– А ты милый…
И, развернувшись на высоких каблуках, поспешила прежним маршрутом – в клуб.
Её дерзость насторожила меня. От неё невыносимо несло дешёвыми духами, но сейчас мне это даже нравилось. Она была явно не ангелом добродетели, скорее, наоборот… Но это был как раз тот случай, когда в девушке тебя притягивает и отталкивает один и тот же нюанс. Я смотрел ей вслед, на её миниатюрную стройную удаляющуюся фигурку – и всё, о чём я сейчас думал – это её ноги, её грудь и её зад. Она завела меня – вот так просто, не приложив к этому ни грамма усилий. Я чувствовал, что это не конец нашей истории, и уже жаждал продолжения.