Чтение онлайн

— Нет… Мой папа красный командир.

Олег растерялся. Его папа тоже был красным командиром. Отвернулся. Сунул руки в карманы и сразу наткнулся на брошку, которую нашел вчера около аптеки.

— Возьми, если хочешь, — и протянул девочке маленькую брошку.

На тонкой серебристой веточке-булавке сидела крохотная птичка, разукрашенная цветной эмалью.

— Ласточка! — вскрикнула девочка. — Какая хорошенькая! Грудка беленькая, а сама синяя-синяя, аж зеленая!.. Спасибо. Меня Нина зовут. Хочешь, я с тобой сидеть буду?..

Она переложила ранец бывшей соседки Олега на свою парту, а сама села с ним рядом…

За одной партой с Ниной они просидели три года. Вместе играли, читали книжки. В один день им первым из всей группы на пионерской базе при заводе имени Октябрьской революции повязали красные галстуки.

Олегу очень нравился отец Нины, громадный мужчина, затянутый в военную форму, с наголо обритой головой, чернобровый, белозубый. Он чем-то напоминал Олегу его отца.

Едва завидев Олега на пороге, он звал его громким, привыкшим к командам голосом:

— Курганчик прибыл! А ну, ко мне. Ры-ы-сью — ма-а-арш!

Сажал его на одно колено, Нину — на другое и требовал:

— Докладывай, чем живут молодые казаки в городе Ростове-на-Дону? Не притупились ли казачьи шашки?

Олег с увлечением рассказывал о пацаничьих делах, играх и сражениях. Если приключения были веселыми, отец Нины от души смеялся и поддразнивал дочку:

— Видишь, как пацаны интересно живут! Не жизнь, а водоворот! Не то что у некоторых: бантики, фантики. Аж зевать хочется. И почему ты, Нинка, не родилась мальчишкой?!

Нина терпеть не могла ни кукол, ни бантиков, поэтому сердилась. А отец тормошил ее, смеялся и оправдывался:

— Ну-ну! Кто сказал, что Нинка плохая дочка? Нинка у меня храбрая! Нинка у меня верный товарищ! Правда?.. Да такую Нинку мы на десять пацанов не променяем!..

Ох и обиделся же Олег, когда, возвратясь из пионерского лагеря, узнал, что отца Нины перевели на Дальний Восток. А она уехала вместе с отцом, так и не попрощавшись…

Вскоре из газет узнали, что войска Чжан Сюэ-ляна напали на нашу Китайско-Восточную железную дорогу, а потом и на границу СССР. Но Красная Армия так им дала, что чанкайшистские бандиты бежали без оглядки чуть не до самого Харбина. Мальчишки распевали:

Ясно же, что Нинкин отец участвовал в этих боях. Для чего же его вызвали на ДВК? Ведь он комдив! Хоть бы написала, как это было… Ну и пусть!.. Постепенно и Олег забыл о ней…

А вчера, едва он вошел в школу, Феодал сообщил, ухмыляясь:

— Курган! Твоя Нинка с ДВК приехала! Фу-ты, ну-ты!

Олег почувствовал, что щекам вдруг стало жарко. Отвернулся от Феодала, сказал безразличным тоном:

— Приехала, ну и аллах с ней! Нам-то что?.. Хочешь, дам перекатать вчерашнюю задачку по геометрии?

— Решил?! — обрадовался Толька. — Давай скорей! А то Илья сегодня меня обязательно спросит. Печенкой чувствую…

На переменах Нину все время окружали девчонки, и поговорить не пришлось. А сегодня… Когда Олега вели по Богатяновскому, он шел, не поднимая головы. Обходя очередь у продуктового магазина, поскользнулся, чуть не сбил кого-то. Вскинул глаза и прямо перед собой увидел Нину…

Как же он будет говорить с ней, учиться в одном классе?..

Как он посмотрит в глаза папиному другу — дяде Феде?..

А что скажет маме?.. Да она умрет, если узнает!..

— Курганов! К начальнику!

Олег очнулся. Вскочил с нар. Пошел за милиционером, но уже не в дежурку у выхода, а на второй этаж.

За столом сидел пожилой человек в штатском. Он долго смотрел на Олега темными усталыми глазами и, словно уже поняв и решив что-то, спросил:

— Ты сегодня что-нибудь ел?

Олег нахмурил брови, пытаясь вспомнить, ел он или нет.

— Ну так я тебе скажу. Не ел! — Начальник подошел к двери и сказал кому-то: — Принесите чаю. Покрепче… Да. Пожалуйста, поскорей, — и уже обращаясь к Олегу: — Садись вот сюда, поближе. И расскажи мне, что ты есть за человек. Как ты сам о себе понимаешь. И о родителях желательно.

Олег сел и стал рассказывать. Об отце и маме, о себе и Мишке, о том, как им сейчас живется.

Начальник время от времени задавал вопросы.

Молодая женщина принесла на подносике два стакана чаю и вышла. Начальник вынул из стола жестяную коробочку с сахаром и небольшой сверток. В нем оказались два куска пайкового хлеба, намазанные маргарином и прикрытые сверху тонкими кусочками колбасы. Бросил в стаканы по паре кусочков сахару, придвинул один стакан и бутерброд Олегу:

— Пей и ешь. Я тоже сегодня забыл позавтракать.

Олег хлебнул раз, другой, и вдруг все поплыло перед глазами, потемнело… Откуда-то издалека донесся голос:

— Э-э, брат, так нельзя… Ну ничего. Откинься на спинку и посиди спокойно. Сейчас пройдет.

И действительно, все прошло. Только руки и ноги все еще казались слабыми, непослушными, будто чужими…

В дверь постучали. Вошел молодой дежурный, который допрашивал Олега, и доложил:

— Товарищ начальник! Доставить в отделение мать задержанного Курганова не представляется возможным. Она постельно больная, что лично проверено мной на дому и подтверждается справкой поликлиники. Вот, — и протянул серый листок.