Чтение онлайн

— Солидная у тебя подготовка.

— А стихи и песни ты знаешь? — спросила секретарша.

— Знаю! — уже поборов смущение, радостно гаркнул Мишка. — С выражением читать или быстро?

— Если умеешь, конечно, с выражением.

громко и выразительно прочел Мишка.

— Только не давайте ему петь! — предупредил Олег. — Он будет так стараться, что вы оглохнете.

— Почему же? — сказала секретарша. — Можно петь тихо.

— Тихо нельзя, — возразил Мишка. — Я буду петь про революцию и Красную Армию.

— Ну и что же? Спой тихо, — посоветовал заведующий.

— Тихо нельзя! — настойчиво повторил Мишка. — Про революцию и Красную Армию нужно петь во весь голос, чтобы враги слышали и боялись!

— Это кто же тебе сказал? — удивился Илья Андреевич.

— Это сказал бригадный комиссар дядя Федя. Он с нашим папой воевал в Первой Конной армии товарища Буденного!

— Ну, раз дядя Федя, значит, все правильно, — успокоил его Илья Андреевич. — Так ты что хотел, Курганов?

— Я вот принес справку из поликлиники и метрическую выпись Мишки, а какие еще документы надо — не знаю.

— Заявление родителей, — подсказала секретарша.

— А можно, я сам заявление напишу? Ведь мама прийти не сможет. Она в это время на работе. А уже скоро занятия.

Заведующий внимательно посмотрел на Олега и разрешил:

— Хорошо. Напиши сам.

Примостившись на уголке стола, Олег тут же написал:

Мишка был на седьмом небе от счастья. Сначала он по очереди рассказал всем своим друзьям, каждый раз добавляя все новые подробности, как «заведующий всеми учителями» устроил ему экзамен и как он, Мишка, здорово ему отвечал.

Часа через два не осталось ни одного мальчишки в квартале, включая трехлетних близнецов Илюшку и Леньку, кто бы не слышал этой удивительной истории.

Тогда он стал охотиться за редкими прохожими. Пристроиться сбоку, бежит, подпрыгивая, и говорит:

— Меня в школу уже записали! В первую группу «А»… Теперь я с братом вместе буду учиться!..

А с трех часов Мишка уже дежурил на углу Гимназической и Богатяновского, поджидая маму, чтобы никто не опередил и он сам сообщил ей эту радостную весть.

Часов в десять утра к Олегу зашел Феодал. Поболтал о всякой ерунде. Выпросил почитать «Бунт на «Эльсиноре» Джека Лондона и, уже уходя, вдруг вспомнил:

— Да. Я же вечером встретил этого… ну, секретаря ячейки. Он сказал: «Пусть Курганов утречком заскочит».

— Так чего ж ты молчал?! — возмутился Олег. — Мог и вчера сказать. А сейчас уже одиннадцать.

— Что я, обо всем помнить должен? Вспомнил и сказал…

Олег быстренько выпроводил Феодала и побежал к заводу.

— Поздно спишь! — увидев его, сказал Женя Стрельников.

— Я спал?.. Да я позже шести не встаю!

— Не лезь в пузырь. Шучу, — улыбнулся Стрельников. — Ты своего вожатого не забыл? Повидаться хочешь?

— Васю?! Да мы каждый день… А где он?

— В краевой больнице. За вами скучает. Сходи. Передай вот письмо. Ну и на словах: пусть, мол, держит хвост морковкой да поживей выздоравливает. Дел у нас по самые ноздри…

Олег забежал домой, отобрал три журнала «Вокруг света», где печаталась с продолжением приключенческая повесть «Сказание о граде Ново-Китеже» и по Сенной мимо горводопровода, мимо Софиевской церкви заторопился к Четырнадцатой линии, где находилась краевая больница.

Олег познакомился с Васей пять лет назад. Тревожное было время. Продавцы газет на Большой Садовой чуть не каждую неделю выкрикивали новые сообщения: «Англия заявила о разрыве дипломатических и торговых сношений с СССР…», «Экстренное сообщение! Вчера в Варшаве убит посол СССР товарищ Войков!..», «Бандитский налет на советское полпредство в Пекине!..», «Английские шпионы в Ленинграде!.. В партийный клуб брошены бомбы!.. Тридцать человек раненых!..»

Олег и его сверстники не разбирались в тонкостях мировой политики. Но твердо знали одно: богатеи всех стран точат зубы на СССР. Ребята ненавидели этих пузатых империалистов, которые сидят на мешках с золотом, обжираются, а их, советских, хотят сделать своими рабами.

Мальчишки бегали на митинги то к заводу «Жесть-Вестен», то к гвоздильному, то к заводу имени Октябрьской революции. Слушали выступления рабочих, кричали: «Долой провокаторов!». Пели со всеми «Наш паровоз, вперед лети…» А потом, потрясая деревянными саблями и ружьями, мчались в атаку на «белогвардейцев», громили маньчжурских бандитов-хунгузов…

Олег с Ленькой Семиным ремонтировали сломанные в дневном бою сабли, когда в калитку влетел взъерошенный Толька:

— На Крепостном сейчас манифестация будет!..

Что такое манифестация, не знал никто. Но разве можно пропустить такое! И они помчались к Крепостному. Народу тьма-тьмущая. Запрудили тротуары. Со всех дворов и прилегающих улиц высыпали. А но дороге идут комсомольцы с кимовскими значками на груди, пионеры в зеленых рубашках, молодые рабочие, фэзэушники. Над их головами знамена, надписи на кумаче: «Долой поджигателей войны!», «Да здравствует мировая революция!». Едва смолкнет оркестр, тотчас рассыпают четкую дробь пионерские барабаны, взмывают песни.