Чтение онлайн

— Так чего ж ты мозги нам компостировал? — с явной обидой в голосе пробурчал Агеев. — Недорого стоит… прокачу…

Краснохолмский коллега замятинских оперов удивленно покосился на худощавого Агеева.

— Так что же мне вас, по радио, что ли, объявлять прикажете? Приказано было доставить вас в гостиницу, я и доставлю. Кстати, позвольте представиться. Лейтенант Дронов. Александр Сергеевич. Но можно просто Саша.

В машине, когда они подошли к припаркованному у бордюра «вольво», их ждал еще один сюрприз. На заднем сиденье дремал Сергачев, моментально вскинувшийся, едва открылась дверца.

— С прибытием! Думали уж, что не дождемся вас.

Голованов невольно улыбнулся. Все-таки приятно увидеть в чужом городе знакомое лицо, пусть даже это будет капитан, истово стремившийся занять свое собственное, но вполне достойное место под солнцем.

— Может, кофейку желаете? — предложил между тем Дронов. — Я с собой целый термос прихватил. С бутербродами.

— Неплохо бы по стаканчику, — с благодарностью отозвался Голованов, поудобнее размещаясь рядом с Сергачевым. — А то от водицы, что дают нынче в самолетах, в животе бурчит…

Когда машина вырвалась на свободное в этот час шоссе, Сергачев произнес негромко:

— Гостиница почти в самом центре, и довольно неплохая, так что, думаю, будете довольны. Но не в этом дело.

— Да, конечно, — механически отозвался Голованов, невольно прикидывая, о чем мог думать сын Марины Чудецкой, с каким чувством ехал по этому шоссе в город, если, конечно, его бегство из Москвы действительно связано с убийством Валерии Лопатко? Однако тут же повернулся лицом к Сергачеву: — Да, я слушаю вас.

— В этой же гостинице остановились и Вассал с Пианистом, — продолжил Сергачев. — И ваша главная задача — расположить эту парочку к себе и войти с ними в контакт. Они также проживают в двухместном полулюксе, который находится почти напротив вашего номера. Ну а дальше… дальше будем смотреть по обстановке.

— С ними уже работают?

— Естественно. Однако возникли проблемы с наружкой. — Сергачев замолчал и тронул рукой плечо Дронова, который все это время держал на спидометре сто двадцать. — Саша!

— Да, конечно, — кивнул лейтенант и тут же вписался в разговор: — Эти двое, я имею в виду Вассала с Пианистом, гости Похмелкина-младшего, то есть Ника, а он поимел в последнее время привычку пускать за своими подельниками собственную службу безопасности, дабы быть уверенным, что они не притащили за собой хвост. Причем в его службе безопасности довольно толковые мужики из бывших оперов, и есть опасность, что они могут засечь нашу наружку. А это, сами понимаете, может привести к провалу всей операции.

Замолчал было, всматриваясь в стелющееся перед ним черное полотно шоссе, и устало закончил:

— Так что приходится работать едва ли не на лезвии ножа.

Он замолчал — и в салоне иномарки наступила не очень-то комфортная тишина, которую нарушил все тот же лейтенант:

— Однако, несмотря на то что эти двое под постоянным контролем со стороны людей Ника, нам все-таки удалось нащупать их привычки, которые, как мне кажется, можно будет как-то использовать для сближения с ними.

— Та-ак, — заинтересовался Голованов. — И в чем же они проявляются?

— Ну, во-первых, они буквально каждый вечер спускаются в ресторан, в котором после часа ночи начинается дискотека, и выползают оттуда уже под утро. Спят до одиннадцати и поднимаются на третий этаж, в буфет, чтобы уже пивком привести себя в норму.

— Что, и Пианист тоже? — не удержался, чтобы не спросить, Голованов.

Все так же всматриваясь в ночное шоссе, лейтенант утвердительно кивнул, подумал немного и непроизвольно пожал плечами:

— Ну! И он тоже. А чего тут удивительного?

«И действительно, — невольно хмыкнул Голованов, — чего удивительного в том, что, вместо того чтобы ходить по утрам в Гнесинку и совершенствовать технику исполнения фуг Баха, этот вундеркинд тусуется ночами на дискотеке, а по утрам сосет краснохолмское пивко, выводя себя из препаскудного состояния то ли начинающейся ломки, то ли похмелья?»

Однако вслух спросил:

— На дискотеке их тоже пасут?

— Естественно.

— Ну и что, Пианист с наркотой не перебирает?

Лейтенант пожал плечами:

— Проследить, конечно, довольно трудно, но, судя по его состоянию, порой таблеткой экстези заправляется.

— А как насчет травки?

— Эта гадость всегда с ним. «Даже так? — неприятно удивился Голованов, которому впаривали в Москве, будто Дима Чудецкий только изредка, форса ради позволяет себе выкурить сигаретку-другую. И резюмировал сам для себя: — Видать, нервничает вундеркинд, сильно нервничает. И чтобы хоть как-то приглушить эту свою нервозность, днем сосет косячок за косячком, а уже ближе к ночи заправляется таблеткой экстези».

Голованов хотел было спросить, не проявлял ли себя Пианист еще как-нибудь, однако его опередил Сергачев:

— Что, нервничает наш клиент? И снова лейтенант невразумительно пожал плечами:

— Если вы о Пианисте, то я бы не сказал, что он нервничает, и в то же время… Понимаете, скукоженный он весь какой-то. Словно давит его что-то, постоянно что-то грызет. И держится он, как мне показалось, только на травке да на колесах.

«Давит его что-то… — чисто механически зафиксировал Голованов. — Но что?»