Чтение онлайн

– Посмотрите на меня, – спокойно сказал Алекс. Пенелопа повиновалась. Он посмотрел в ее глаза. Такие же, как у Лили. Только вместо ее живого ума и искрящегося веселья в них отражались робость и невинность. – Успокойтесь. Я вас не обижу.

– Да, милорд, – прошептала она.

– Зовите меня Алекс, – он и раньше просил об этом, но она никак не могла себя перебороть.

– О… Я… я не могу.

Сделав над собой усилие, он сдержал раздражение.

– Попробуйте.

– Алекс, – прошептала Пенелопа.

– Вот и хорошо.

Он наклонился и коснулся губами ее губ. Пенелопа не двинулась с места, только положила ему руку на плечо. Алекс снова поцеловал ее, на этот раз настойчивее. Впервые он хотел от нее большего, чем покорность. Ее губы оставались неподвижными. Алекс вдруг разозлился, поняв, что для нее его ласки – обязанность, которую она считает своим долгом выполнить.

Он взглянул в ее безмятежное лицо. Она была похожа на ребенка, который только что принял горькое лекарство и во рту у него еще сохранялся неприятный вкус. Никогда раньше женщины не считали его поцелуи неприятной обязанностью! Его брови сошлись на переносице.

– Черт побери, я не хочу, чтобы меня терпели!

Пенелопа замерла.

– Простите, милорд?

Алекс знал, что ему следует вести себя по-джентльменски, с почтительной нежностью, но его горячий нрав требовал ответа.

– Поцелуйте меня, – потребовал он и с силой прижал ее к себе.

С изумленным возгласом Пенелопа вырвалась из его объятий и со слезами на глазах проговорила:

– Милорд, чем я заслужила подобное отношение?

Алекс долго смотрел на нее. Его лицо оставалось бесстрастным. Конечно, он вел себя неразумно. Она не обязана давать ему то, чего не хочет или не может. Он проклинал себя и удивлялся, что привело его в такое странное расположение духа.

– Прошу простить меня.

Пенелопа неуверенно кивнула.

– Думаю, вы все еще в возбуждении от охоты.

Он язвительно улыбнулся.

– Да, возможно.

– А теперь прошу меня извинить.

Жестом он позволил ей уйти. Но Пенелопа помедлила у двери.

– Милорд, прошу вас, не думайте дурно о Лили. Она необыкновенная женщина, смелая и умная. Когда я была маленькой, она всегда меня защищала, если мне было страшно.

Такая непривычно длинная речь удивила Алекса.

– Она раньше была близка с кем-нибудь в семье?

– Только с тетей Салли. Салли тоже была такая же… эксцентричная, всегда искала приключения и вела себя… не как принято. Она умерла несколько лет назад и все состояние оставила Лили.

Значит, вот откуда у Лили средства к существованию, подумал Алекс. Скорее всего, она охотилась за состоянием тетки, а потом, получив наследство, радостно отплясывала на ее могиле.

– Почему она не вышла замуж?

– Лили всегда говорила, что брак – это институт, придуманный для блага мужчин, а не женщин. – Пенелопа деликатно откашлялась. – Честно говоря, она невысокого мнения о мужчинах. Хотя она любит находиться в их обществе… охота, карты и так далее.

– И так далее, – язвительно повторил Алекс. – У вашей сестры есть близкие друзья среди мужчин?

Вопрос вызвал смятение. Хотя вряд ли она полностью поняла его смысл.

– Близкие? Ну… Лили часто бывает с мужчиной по имени Дерек Крейвен. Она упоминала о нем в письмах.

– Крейвен?!

Теперь картина ее падения совершенно очевидна. Его рот презрительно искривился. Он и сам был членом клуба Крейвена. Алекс встречался с ним дважды. Совершенно естественно, что Лили выбрала именно такого мужчину. В приличном обществе Крейвена называли выскочкой. Несомненно, Лили проститутка. Что еще могла значить «дружба» с Крейвеном? Как могла женщина из приличной семьи, с образованием, с положением в обществе пасть так низко? Очевидно, что Лили сама выбрала свою дорогу, она порочна от природы.

– Просто Лили слишком эмоциональна для обычной жизни, – сказала Пенелопа, как будто читая его мысли. – Может быть, все вышло бы по-другому, если бы ее не бросил жених. Его предательство толкнуло ее к безрассудным поступкам. Так, по крайней мере, говорит мама.

– Почему она не… – Алекс запнулся и посмотрел в окно. Его внимание привлек шум подъезжающего экипажа. – Ваша мать ожидает гостей?

Пенелопа покачала головой.

– Нет, милорд. Может быть, это портниха приехала делать примерку. Нет, кажется, примерка назначена на завтра.

Алекс не смог бы объяснить причину своего внезапного волнения. Его нервы были напряжены в предчувствии опасности.

– Давайте посмотрим, кто там.

Он распахнул дверь библиотеки. Стремительно спустившись в мраморный вестибюль, он отстранил пожилого дворецкого.

– Я сам открою, – сказал он и направился к входной двери. Пенелопа спешила за ним.

Дворецкий неодобрительно покачал головой при виде столь неприличного поведения его милости, но не осмелился возражать.

Великолепный черный с позолотой экипаж без фамильных гербов остановился у входа. Пенелопа догнала Алекса и встала рядом, поеживаясь на ветру. День был прохладный, и свежий весенний ветер гнал по небу белые облака.

– Я не узнаю этот экипаж, – пробормотала Пенелопа.

Лакей в роскошной черно-голубой ливрее распахнул дверь экипажа. Он картинно подставил к выходу маленькую ступеньку, чтобы пассажиру было удобнее.

И появилась она.

Алекс застыл в изумлении.

– Лили! – С радостным возгласом Пенелопа бросилась к сестре.

Счастливо смеясь, Лили выбралась из кареты.

– Пенни! – Она обняла сестру и прижала к себе, а потом отстранилась, чтобы рассмотреть. – Какая же ты красавица! Просто чудо! Сколько лет я тебя не видела – ты была совсем крохой, а теперь посмотри-ка – первая красавица в Англии!

– Нет-нет, первая красавица – это ты!

Лили рассмеялась и снова обняла ее.

– Как это мило – сделать комплимент бедной старой деве!

– Ты совсем не похожа на старую деву, – возразила Пенелопа.

Алекс был готов немедленно вступить в бой. Но как он ни был зол, он вынужден был признать, что Лили выглядит прекрасно. Она была одета в элегантное темно-зеленое платье с бархатной накидкой, отороченной горностаем. Ее рыжие волосы, украшенные лентой, локонами спускались вдоль нежного лица. Невозможно представить, что эта элегантная дама ездит в мужском седле, напялив малиновые бриджи. Улыбающаяся, румяная, она выглядела как молодая дама, явившаяся со светским визитом. Или как куртизанка.