Чтение онлайн

Под конец жизни счастье изменило Протагору: это случилось после того, как один из учеников обвинил его в вольнодумстве.

Поводом послужила «Книга о богах», в начале которой философ написал: «Относительно богов я не могу знать — есть они или их нет. Многое препятствует этому — неясность предмета и краткость человеческой жизни». От таких слов жрецы пришли в негодование, и Протагору тоже пришлось спасаться от преследований. Не надеясь на оправдание, в 411 году до нашей эры 70-летний философ отправился на корабле в Сицилию, а в это время на одной из афинских площадей жгли его книги. По пути во время бури философ погиб…

Трудная судьба выпала и на долю древнегреческого поэта и философа Ксенофана Колофонского, который учил о единстве, вечности и неизменяемости сущего. Странствующий певец, он с кифарой бродил по городам Древней Эллады и пел о том, что не боги создали людей по своему подобию, а люди создали богов по своему образу. Он говорил: «Не от начала все открыли боги бессмертные, но постепенно, ища, люди находят лучшее». Ксенофана тоже изгнали из родного города, и он вынужден был всю жизнь скитаться по греческой земле, нигде подолгу не задерживаясь, чтобы избежать расправы за свои богохульные мысли.

В 476 году прекратила свое существование Западная Римская империя, и власть в Италии захватил Одоакр, предводитель одного из германских наемных отрядов, состоявших на римской службе. Однако его правление было прервано вторжением остготов, которые в 493 году образовали на территории Апеннинского полуострова свое государство со столицей в Равенне, во главе которого встал король Теодорих. В новом государстве политическая власть главным образом сосредотачивалась в руках готов, однако представители римско-италийской знати тоже играли довольно значительную роль в управлении. Интеллектуальное же господство сохраняли римляне по происхождению и воспитанию, хотя следует отметить, что ряды образованных людей пополнялись и варварами. Сам Теодорих, хотя и не отличался особой образованностью, но в панегириках изображался как покровитель наук и искусств. При нем были восстановлены многие древние сооружения (в частности, знаменитый театр Помпея в Риме, водопровод в Равенне и т. д.), города стали вновь украшаться старинными статуями, возродились массовые театральные и цирковые представления, при дворе Теодориха процветало музыкальное искусство. Покровительствовал он и школьному образованию, поэтому в государстве создавались трактаты по различным учебным дисциплинам, служившие учебниками в течение всего Средневековья. Наиболее значительными из них являются сочинения по арифметике, геометрии, астрономии и музыке Аниция Боэция — одного из видных политических деятелей и философов того времени.

В наше время, наверное, лишь специалисты знают имя Боэция — философа, авторитет которого в период раннего Средневековья уступал разве что лишь авторитету Блаженного Августина. Аниций Манлий Северин Торквай Боэций (таково его полное имя) родился в Риме около 480 года в семье родовитого римского сенатора. Мальчик рано лишился отца, и его взял на воспитание Квинт Аврелий Меммий Симмах — глава Сената и префект Рима, один из самых образованных людей своего времени, оказавший на юного Боэция значительное влияние.

В 510 году Боэция отправили консулом в Рим, а в 522 году король Теодорих назначил его наставником должностей — фактически первым министром в правительстве. Однако современники знали и почитали Боэция не только как выдающегося государственного деятеля, еще больше восхищались они его образованностью и философскими трактатами. Он был знаком с трудами греческих и латинских авторов, а также с сочинениями античных римских писателей и поэтов, математиков и ученых. И не только знал эти сочинения, но, прекрасно владея греческим языком, сделал классические переводы их. Писатель, теолог и историк Кассиодор, современник Боэция, говорил о нем:

Благодаря твоим переводам, италийцы читают музыканта Пифагора и астронома Птолемея, сыны Авзания внимают знатоку арифметики Никомаху и геометру Евклиду, теолог Платон и логик Аристотель спорят на языках Квирина, и механика Архимеда ты вернул сицилийцам в обличии римлянина. Какие бы науки и искусства ни создала силами своих мужей красноречивая Греция, все их от тебя одного Рим принял на родном своем наречии.

Средневековая философия обязана Боэцию детально разработанной терминологией, причем принесенной не только из произведений Аристотеля и Цицерона, но и оригинальной: «вид», «универсалии», «разделение» и другие понятия впервые встречаются именно у него. Боэций предложил также разграничить сферы разума и веры (философии и теологии), которые отличаются друг от друга не только предметом изучения, но и способом мышления. Он считал, что истины веры должны быть подкреплены доказательствами разума, и сформулировал эту идею в своем трактате «О троичности». Прославился Боэций и как поэт, и как прекрасный стилист, и даже как механик-изобретатель.

Казалось, не было таких даров, которыми бы судьба не наградила Боэция. Но люди удачливые, особенно если они талантливы, всегда имеют завистников и недоброжелателей. Те, воспользовавшись напряженностью отношений между Равенной и Константинополем, сочинили политический донос, и в один момент судьба устремила на Боэция свой «леденящий взор». В 594 году прославленный философ был обвинен Сенатом в государственной измене. Причиной для привлечения Боэция к суду стали подозрительные для варваров контакты с Византией — если и не его самого, то близких к нему людей. Он обвинялся в подготовке провизантийского заговора, целью которого было свержение в Италии с помощью византийской армии власти остготов. Сейчас уже трудно с достоверностью говорить о «заговоре сенаторов», так как сохранилось очень мало исторических данных по этому вопросу. Но тогда Боэций с горечью узнал, сколь ненадежными могут быть вчерашние сторонники. От королевского рефендария Киприана поступил донос о тайных письмах, которые якобы отправил императору Восточной Римской империи Юстиниану близкий Боэцию сенатор Альбин. Донос был оглашен на заседании Сената в присутствии короля, но в отсутствие Боэция. За доносом последовал суд «священного консистория», который состоялся не в Равенне, а в Вероне, куда и поспешил Боэций.

Полагаясь на свой авторитет, ученый встал на защиту друга и выступил с заявлением, что донос ложен; а если Альбин виновен, то и он, как глава Сената, тоже может быть обвинен. Однако выступление Боэция только подтвердило подозрения Теодориха в измене подданных, и Киприан после заявления Боэция, «немного поколебавшись», распространил свое обвинение и на него, представив лжесвидетелей. Обоих обвинили в желании восстановить утраченное единство Римской империи и освободить ее от готов. Боэция обвинили еще в оскорблении святынь и даже в занятиях философией, которые и привели его к государственной измене. За философа ходатайствовал только один римлянин — его тесть Симмах, но другие сенаторы побоялись выступить против короля, поддержали выдвинутые против Боэция и Альбина обвинения, и тех взяли под стражу.

Из Вероны философа отправили в заключение в город Тичин (современная Павия). Несколько месяцев перед казнью Боэций провел в крепости Кальвенцано, где и написал свое знаменитое сочинение «Об утешении философией». Высшую истину Боэций ищет за пределами земного существования — в сфере совершенного бытия, от которого все сущее находится в прямой зависимости и которое в то же время является высшим и абсолютным благом.

Две первые книги «Об утешении философией» носят характер исповеди. Прозаический текст написан в форме диалога между узником и философией: все сочинение насыщено художественными образами, автор часто обращается к античной мифологии (например, к образу страдающего Орфея, исторгавшего своими песнями слезы даже у камней).

Основная тема сочинения — вечное противоборство и неразрывность судьбы и мудрости, тайну которых пытались постичь многие ученые в разные исторические эпохи. В блеске своей земной славы Боэций слыл образованнейшим и умнейшим человеком, перед лицом смерти он показал себя мудрецом. В величайших страданиях он не стал взывать о пощаде ни к земному правителю Теодориху, ни к владыке небесному — Иисусу Христу, о котором он даже не упоминает в своем сочинении, как не ссылается и на Священное Писание. Это было необычно, так как христианство уже два века являлось господствующей религией. Утешительницей Боэция становится Философия, которая заново проводит узника по лабиринтам его судьбы, сопрягая ее с судьбой мира и вечностью.