Чтение онлайн

– Бедный Понго, пора его сюда позвать, – сказала миссис Душечка.

Прекрасный Ветеринар на это заметил, что обычно собачьи мамы не любят, чтобы собачьи папы присутствовали при рождении щенков. Однако в эту минуту раздался топот собачьих ног, и Понго, промчавшись по натертому полу прихожей, быстро ринулся вверх по лестнице, одолевая по четыре ступеньки зараз. Это Нанни Повар, спустившаяся в кухню, чтобы приготовить чай Прекрасному Ветеринару, на секунду оставила дверь открытой, и тут-то изнервничавшийся отец и вырвался на свободу.

– Осторожнее, Понго, – сказал Прекрасный Ветеринар. – Это может ей не понравиться.

Но Миссис только слабо застучала хвостом. «Ступайте все вниз, позавтракайте, а потом хорошенько выспитесь», – сказала она, хотя никто, кроме Понго, ее не понял.

Собаки поговорили – глазами и хвостами, и Понго рассказал обо всем, что чувствовал в эту ночь, и еще добавил, что очень любит и ее, и этих восьмерых малышей, которые приступили к первому в жизни завтраку, и тех, других, которые ждут своей очереди в корзинке… Кстати, сколько же их всего?

– Жаль, что собаки не умеют считать, – сказала миссис Душечка.

Однако Понго считал отлично. Вниз он спускался с гордо поднятой головой, и темные прекрасные его глаза светились по-новому. Это он гордился женой, и собой, и тем, что они произвели на свет пятнадцать прекрасных щенков.

А теперь, – сказал Прекрасный Ветеринар, – вам придется искать кормилицу. И объяснил, что если Миссис станет сама кормить всех щенков, то исхудает и быстро переутомится. К тому же сильные щенки будут всегда отталкивать слабых, и в результате те ослабеют еще больше. А тем, и тем более малышу, которого вернул к жизни мистер Душечка, требуются дополнительные уход и кормежка.

Самый крупный в семействе щенок родился с черным пятном на ухе. Для далматинцев, которые – как и сказал Круэлле мистер Душечка – должны появляться на свет без пятен, это непростительный недостаток. Некоторые хозяева и впрямь утопили бы такого щенка, потому что тут явно проявился брак породы. Но Душечки пожалели щенка за невезучесть и немедленно полюбили. (К тому же им даже понравилось, что щенок отличается от остальных. Щенки, кроме слабенького двенадцатого, были все на одну мордашку, как это и бывает у далматинцев, и в первые три недели их невозможно отличить друг от друга.)

Прекрасный Ветеринар сказал, что в кормилицы нужно взять какую-нибудь бедную собачку, которая лишилась детей. Он думал, что сможет помочь им найти ее. Однако был не уверен и потому посоветовал на всякий случай позвонить в Приют потерянных собак. А до тех пор, пока кормилицы нет, самим кормить щенков, которых не сможет накормить Миссис, – либо из кукольной бутылочки, либо из баллончика для заправки автоматических ручек.

Потом Прекрасный Ветеринар ушел домой, чтобы успеть до начала нового рабочего дня хоть часок поспать.

Нанни Повар занялась завтраком, а Нанни Мажордом собралась вывести Понго. Вместе они уговорили и Миссис, ненадолго оставив детей, присоединиться к компании. Пока их не было, миссис Душечка успела навести порядок в шкафу. Миссис, вернувшись, покормила на чистой подстилке вторую партию, и потом все они там дружно и крепко уснули. Понго, переставший наконец волноваться за свое семейство, улегся в кухне тоже спокойно.

Потом миссис Душечка, дождавшись начала рабочего дня, пошла в магазин, где купила бутылочки и баллончики. Мистер Душечка вместе с обеими Нанни принялись кормить малышей по очереди. Миссис Душечке тоже хотелось повозиться со щенками, но ее отправили дозваниваться в приюты, искать кормилицу. Старые Нанни оказались чересчур толсты для сидения в шкафу и долго не просидели, так что вскоре мистер Душечка остался там в полном одиночестве, но дело пошло, и ему даже понравилось. О работе, конечно, пришлось забыть, что было не очень кстати, так как в этот день у него было важное дело.

Хорошо, что у Душечек в спальне стоял еще один телефонный аппарат, да еще с длинным шнуром, так что мистер Душечка мог хоть звонить в контору. Так он и просидел весь день в темном шкафу вместе с Миссис, пятнадцатью ее малышами и телефонным аппаратом. Правда, именно свое важное дело едва не испортил, потому что все перепутал и попытался было напоить из баллончика телефонную трубку, а к уху поднес щенка.

К счастью, он вовремя их распутал и разговор состоялся, а потом позвонил Прекрасный Ветеринар и сказал, что кормилицы нет. Не нашлось ее и ни в одном лондонском приюте, так что после обеда миссис Душечка принялась обзванивать пригороды, а потом деревни. Ближе к вечеру она нашла одно место, почти в тридцати милях от Лондона, куда как раз привели собаку, какая была им нужна. Однако прежде, чем ее забрать, по правилам полагалось несколько дней подождать на случай, если вдруг потерявшуюся бродяжку станут искать хозяева.

Мистер Душечка высунул голову из шкафа. После бессонной ночи и трудного дня он изрядно устал, однако Миссис одну без помощи не оставил и не собирался этого делать.

– Почему бы тебе не съездить, не попытаться уговорить их дать нам собаку не навсегда, а на время? – сказал он. – Пообещай, что, если вдруг найдутся хозяева, мы вернем ее немедленно.

Потому вскоре миссис Душечка вывела машину из старого каретного сарая, который находился за домом, и, полная надежд, направилась за город. Однако пока она добиралась, собаку успели и найти, и забрать. За нее миссис Душечка порадовалась, а за себя очень огорчилась: она испугалась за бедную Миссис, которой грозили истощение и переутомление, и за бедного мистера Душечку, которому грозила еще как минимум одна бессонная ночь, и ей стало страшно, вдруг кормилицы так и не будет.

К тому времени наступил мокрый, мрачный октябрьский вечер и почти стемнело. Дождь в тот день шел с самого обеда, однако по дороге из города окрыленная миссис Душечка его не замечала. Но теперь, когда надежды оказались напрасны, он нагонял на нее страшную тоску. К тому же дождь вскоре перешел в ливень, дворники почти перестали справляться, и ветровое стекло заливало потоком воды.

Дорога в город из той деревни проходила вдоль пустынного луга, и на ней не было ни людей, ни машин. Вдруг миссис Душечка заметила впереди на асфальте какой-то брошенный узел или мешок. Она сбавила скорость, а подъехав поближе, разглядела, что это собака. Сначала она, конечно, подумала, будто собака попала под машину. Заранее ужаснувшись, миссис Душечка вышла из машины.

Собака лежала будто мертвая, но когда миссис Душечка наклонилась, та попыталась встать и оказалась вовсе не ранена. Вся она с ног до головы была в грязи, так что породы миссис Душечка не разобрала. Но даже сквозь комья грязи и в темноте, при слабом свете фар видно было, насколько та истощена. Миссис Душечка тихо заговорила с бедняжкой. Собачий хвост слабо шевельнулся в ответ.

«Ее нельзя оставить на дороге, – подумала миссис Душечка. – Она, конечно, не ранена, но погибнет от голода. Ах ты боже мой!»