Шрифт:
Шарлотте
1
Перевод Г. Кружкова. – Здесь и далее примеч. пер.
Greg Buchanan
Sixteen Horses
Исключительные права на публикацию книги на русском языке принадлежат издательству AST Publishers. Любое использование материала данной книги, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается.
1
Перед рассветом рваные тучи в небе почернели, горизонт был усеян обломками старых ржавых силуэтов. Вокруг ни души.
– Химиотрассы, – бросил фермер Алеку, как только они встретились, и остаток пути молчал.
Свет фонариков выхватил край берега и пенистую воду – через осушенные болота фермы протекал мелкий ручей. В камышах звенела жизнь: тут были и мухи, и сверчки, и овсянки.
– Ну и где они? – вздрогнув, спросил Алек.
Время без пяти семь. Куртку он оставил в патрульной машине.
– Овец не было, – сказал фермер, не обращая внимания на вопрос собеседника. Он перепрыгнул через ручей, сапоги заскользили по наклонному бережку. – А вообще они любят сюда приходить.
Алек нерешительно осматривал илистую землю, и фермер ухмыльнулся, отчего его щеки запылали под грязно-белой бородой. В прорезиненной куртке, с огромным животом и низким голосом он смахивал на безумного Санта-Клауса.
– Смелее, сержант Николс. Неужто боитесь замараться?
– Нет. Вообще-то да… Надеюсь, вы не зря тратите мое время. Здесь столько мух… – Алек отогнал с закатанного рукава пугающих размеров насекомое.
– В следующий раз одевайтесь подобающе, – посоветовал фермер.
Скривившись, Алек отошел назад, перепрыгнул через ручей и с глухим звуком приземлился прямиком в густую студенистую грязь, забрызгав и свои черные брюки, и джинсы старика.
Тот недовольно цокнул, затем улыбнулся.
– Что ж такое, а?
Алек попытался отряхнуть брюки, но лишь сильнее размазал грязь и испачкал руки.
Фермер пошел дальше и указал на громадный полупустой бак, стоящий в паре сотен футов. Полупрозрачный пластик от времени покрылся пятнами, а след от воды, которая когда-то там была, походил на смазанную улыбку.
– Там мы их и нашли, – мрачно сообщил фермер.
Алек посмотрел на часы: 7:06. Скоро взойдет солнце.
Они двинулись дальше. Тишину нарушало только жужжание мух и отдаленное блеяние овец в полумраке.
– Джин уезжает, вы в курсе?
– Кто-кто? – переспросил Алек.
– Джин, соседка. Продает ферму.
– А, Джин… – Его голос затих. – Да, видел табличку.
По дороге сюда Алек проезжал мимо той фермы: земли там в два раза больше, чем у этого старика, а животные и угодья очень ухоженные, не то что здесь. Имени хозяйки он не знал, да и вообще почти ни с кем из местных не общался. Еще одно доказательство, что он до сих пор тут чужой.
– Сказала, переезжают к родным.
– Кажется, пару раз я видел ее с мужем в городе, – отозвался Алек, подходя к «улыбающемуся» баку с водой. – Они ведь раньше пекли такие вкусные мясные рулеты. Пробовали?
Алек отогнал от лица еще одну муху.
– Нет, – ответил фермер. – Я вегетарианец.
– Серьезно? Моя жена как-то пыталась отказаться от мяса, но…
– Нет, – повторил фермер, явно не желая обсуждать эту тему.
Мир еще какое-то время будет погружен в темноту, но скоро солнце выйдет на свободу. День почти начался.
Футов через пятьдесят поле сменилось свежераспаханной бурой почвой. Повсюду комья земли и белесые камни. Под ногами по-прежнему грязно и сыро.
Край угодий был обозначен тонкой металлической сеткой; там, где сквозь проволоку пытались выбраться наружу овцы, торчали клочки шерсти. Впрочем, никаких животных вокруг не было.
– И где же…
– Вон там, – перебил фермер. – В земле.
Алек посмотрел под ноги, но не увидел ничего, кроме грязи.
– Я не…
Что-то у самой поверхности почвы пошевелилось на ветру, и Алек замолчал на полуслове.
Он сделал шаг вперед и посветил фонариком. Прямо перед ним, почти сливаясь с грязью, лежала грива черных волос, густых шелковистых завитков.
Алек подошел ближе, опустился на колени, вытер руки о штаны и достал из кармана латексные перчатки. Хотел надеть их одним легким движением, но влажные пальцы сразу прилипли к материалу. Медленно натягивая перчатки, он не сводил глаз с темных спиралей волос.
Приподнял один локон – на удивление тяжелый и жесткий. Провел рукой вдоль прядей, осторожно их ощупывая. У основания завитка, рядом с остальной массой волос, Алек почувствовал твердую плоть.
Солнце поднималось все выше. Он аккуратно опустил волосы и заметил кое-что еще.
Что-то черное, блестящее, как пластик, с полумесяцем тускло-белого цвета по краю.
Из земли торчал глаз, большой грустный глаз, смотрящий ввысь.
Алек отшатнулся.
– Их нашла моя дочь, – сказал фермер. – И зачем она вообще сюда забрела…