Чтение онлайн

– Наступит время и офицеры оденут солдатскую форму. Никто не хочет умирать первым, - ударился в философию Гусев.

– Япошки? Да! Но казак пули не боится!
– атаман посмотрел на Гусева, улыбнулся, - Не поверю, что русские офицеры будут кланяться пулям, а тем более сменят офицерскую форму на солдатскую. Скорее поверю, что пойдут они в полный рост на страшные пулеметы Максим!

– А ты прав!
– засмеялся Гусев, вспомнив фильм "Чапаев".

– С другой стороны мне, как атаману, нужно беречь каждого казака. Я прав?
– хитро улыбнулся Флегонт Силыч.

– Прав! Китайцы откроют огонь уже через час. В случае внезапной атаки - по сигналу красной ракеты. Они отсекут пополнение, задача казаков - положить передовые отряды. Патронов не жалеть!

Атаман ушел проверить опасный участок в центре, ближе к императорскому замку "Кюдзё". Это был скорее дворцовый комплекс, построенный в 1888 году. Сам дворец, обрамленный садами и другими постройками, нисколько не пострадал от пожаров, вызванных ракетными налетами, но сейчас он подвергался постоянному обстрелу со стороны китайского крейсера. Японцы сами спровоцировали обстрел, уничтожив королевский дворец в Гонолулу. Атаману такое решение Гусева было на руку, дворцовый комплекс вдавался в его позиции, рассекая их на две половины. Кроме того, японцы концентрировали в парке свои войска, готовя атаку. Гусев приказал снести дворец с лица земли, но атаман предпочел бы шрапнель по парковой зоне.

Флегонт Силыч отобрал у наблюдателя подзорную трубу. Очередной чемодан упал в десятке метров от дворца, его взрыв заставил вжать голову даже тех солдат, что стояли в сотне метров от взрыва.

"Эти солдаты напуганы до смерти. Стадо баранов. Странно. Не видно пастухов-самураев." - подумал атаман.

– Что-то я не пойму? Наши снайперы, что ли, всех офицеров перестреляли?
– обратился атаман к наблюдателю, отдавая трубу обратно.

– Никак нет. Офицеры залегли. Там, за каменным заборчиком, - показал рукой казак, и улыбнулся, - У них там, в канаве, что-то вроде штаба. Скоро в атаку пойдут, солдат согнали в парк сотен двадцать.

– Красные ракеты наготове?

Казак кивнул помощнику, тот молча снял с колышка башлык. Атаман увидел три ракеты, стоящие наготове, и большую бензиновую зажигалку, лежащую рядом на шелковом платке. Затем, для пущего эффекта, казак вынул из кармана коробок спичек.

– Всё сделано согласно приказа, батька-атаман, - гордо доложил наблюдатель.

Атаман вернулся в штаб, даже не рассчитывая застать там Гусева, но Володя ждал его.

– Что скажешь, атаман? Скоро атака?
– с нетерпением спросил он.

– Японцев уже двадцать сотен! Надо ударить шрапнелью по парку! Дворец ты завтра сровняешь с землей!

– Завтра? Завтра японцы пригонят со всего побережья полдюжины миноносок и свяжут китайские крейсера боем, - недовольно ответил Гусев.

– Ночью?!

– Какой же ты, Флегонт Силыч, упрямый?! Хорошо! Сейчас отдам приказ китайцам перейти на шрапнель, и перенести огонь ближе к нашим позициям.

Гусев покрутил ручку на телефоне, поднял трубку, и приказал открыть огонь по японской пехоте в дворцовом парке.

– Сходим, посмотрим на японскую атаку? А, Флегонт Силыч?
– Гусев двинулся к выходу из штаба.

Приказ Гусева немного запоздал. Артиллерия китайского крейсера успела сделать лишь два залпа, после чего японцы пошли в атаку. Солдатам предстояло пройти сотню метров по голой земле без единого укрытия. Японцы шли ровными рядами, держали шаг. Они выходили из множества ворот замка, растекались вдоль стен, строились, и только затем, по команде офицеров, устремлялись в атаку.

– Флегонт Силыч, полиция и ополчение в других городах вело себя умнее! Мелкими группами бегали от дома к дому, не то, что эти армейские идиоты ровными колоннами идут на убой!

Пулеметы Максим пожирали свою жатву, убивая каждой пулей, зачастую, двух солдат. Японцы быстро перестраивали шеренги, не давая образоваться прорехам.

– Хорошо идут!
– уважительно сказал атаман.

– Для нас - хорошо!
– презрительно отозвался Гусев.

Прозвучала команда, японцы рассыпались, сломав свои ряды, и побежали, ринулись в штыковую атаку.

– Гранаты, - тихо сказал Гусев.

– Далеко, еще метров десять. Вот! Сейчас!
– угадал атаман.

Взрывы сотен гранат отбросили передовые цепи японцев назад. Японцы побежали, подставляя свою спину пулеметному огню, мало кто догадался залечь.

– На левом фланге заклинило пулемет, японцы прорвали оборону. Наши отдали им целый квартал, и отошли на вторую линию обороны. Японцы, несмотря на фланговый огонь двух пулеметов, перебросили в место прорыва двадцать сотен солдат, - доложил вестовой.

– В дворцовом парке японцев было двадцать сотен, мы их пулеметами положили сотен семь, и сейчас там, в парке, еще осталось около десяти сотен. Странно! Арифметика врет!
– возмутился Гусев.

– Проглядели. Ошиблись. Владимир Иванович, пора подтянуть китайцев Болин Сюй, - сказал атаман.

– Да-да! Пора!

* * *

Бои начались по всей линии фронта. Японцы дрались, будто накурились наркотиков, отчаянно, не взирая на потери. К концу дня они прорвались во многих местах, и город напоминал слоеный пирог. Огромные потери японцев уравновесили войска по численности, но наемники и часть китайцев вели себя откровенно трусливо. Еще утром Гусев отправил самые крупные торговые корабли на Гуам, поэтому дезертиры захватывали для бегства мелкие суда, рискуя погибнуть в море. К утру в строю осталось три тысячи казаков и полторы тысячи китайцев. Батальон американских рейнджеров продолжал грабить Йокогаму, изображая невозможность двинуться вперед, в Токио. Американцы, казалось, погрузили и отправили в США все, что только можно. Пять сотен казаков, нанятых атаманом в Шанхае, превратили Йокосука в пустыню, с той только разницей, что бежать они собирались, в основном, в Китай. Жадность заставляла любителей добычи откладывать, и еще раз откладывать свой уход.

Ночью Гусев послал адмиралу письмо с извещением, что он начал выводить войска из Токио. Утром из города уходят последние части. Сколько времени займет у японцев переброска солдат к Йокосука Володя не знал. Во-первых, три ближайших моста через реку Тама он взорвал. Во-вторых, железная дорога разрушена во многих местах. В-третьих, японцам предстоит проделать сорок километров под огнем китайского крейсера, постоянно ожидая засады казаков с пулеметами Максим.

* * *