1985
Шрифт:
Сьюзи
Да здравствует заграница! Долой родину!
Космополит
Революция — это очень мило, но как я смогу жить без пенсии?
Бывший член внутренней партии
Не сможешь — не живи! А не хватит денег и на это — соберем.
Никогда не бывший членом внутренней партии
Внимание! Потерялся трехмесячный терьер, шерсть рыжая. Нашедшего очень просят подойти завтра в 2 часа ко входу в Букингемский дворец.
Женщина, не интересующаяся политикой
Ищу девушку с широким задом, большими грудями и революционным мировоззрением. Зачем? Догадайтесь! Прошу откликнуться срочно: боюсь, времени у нас осталось немного.
Пессимист
По моему мнению, сознание определяет бытие.
Философ
Как ты ошибаешься!
Другой философ
Советская власть есть форма правления, которая может и должна прийти на смену старой государственной машине.
Владимир Ленин
Хелло, Владимир, оставь адресок — приглашу тебя на бутылку пива «Победа», поговорим.
Студент
Я одинок. Кто спасет меня?
Бывший солдат
Женщина, которую спасешь ты.
Актриса
Кто там ищет широкий зад, большие груди и революционное мировоззрение? Кроме грудей, все имеется. Жду здесь, напротив бакалейной лавки.
Экономист
Любите ближнего своего, как самого себя. Кто хочет побеседовать на эту тему?
Иисус Христос
Эй, Владимир! Если не откликнешься, я пошел с этим Иисусом!
Студент
Во всем виноваты жиды.
Антисемит
Тебя еще не линчевали, дерьмо? Погоди, найду — разотру в порошок.
Гуманист
Щенок нашелся. Спасибо.
Женщина, не интересующаяся политикой
СТАРШИЙ БРАТ ЖИВ!
Верный член партии
Что-то непохоже.
Неверный член партии
Ребята, бегите. Евразийцы идут. Не миновать крови!
Революционер
Да здравствует свобода! Да здравствует свобода! ДА ЗДРАВСТВУЕТ СВО…
58. Декларация Временного правительства Океании
Граждане Океании! После трагических дней, которые будут черными буквами вписаны в нашу историю, мы, простые патриоты Океании, решили создать Временное правительство, чтобы предотвратить грозящий стране хаос. С целью восстановления порядка мы призвали на помощь наших евразийских союзников. Они пошли навстречу нашей просьбе. Ответственные государственные деятели Евразии сообщили нам, что в соответствии с обязательствами, взятыми ими на себя по мирному договору, они гарантируют нашу независимость на случай возможного нападения третьей стороны.
Мы не имеем ничего общего с преступным правлением Старшего Брата и его клики. Мы хотим создать общество, построенное на справедливых принципах ангсоца и конституции 1965 года. В интересах порядка и нормальной работы мы предлагаем следующую программу:
1. Свобода мусульманской религии.
2. Восьмичасовой рабочий день.
3. Хлеб и мясо.
4. Открытие нового еженедельника, посвященного литературе и искусству.
5. Роспуск полиции мыслей и замена ее полицейскими силами.
6. Слияние внутренней и внешней партии.
7. Отмена принудительной телевизионной физзарядки.
8. Интересная пресса.
9. Передача по телекрану только развлекательных программ.
10. Поддержка театральных традиций Старой Англии.
Эта программа должна привлечь на свою сторону общественное мнение, тем более что в наших рядах находятся такие выдающиеся представители подлинного Движения за реформу весны 1985 года, как более чем столетний борец товарищ Поллит, видный специалист по театру товарищ Джулия Миллер и талантливейший экономист товарищ Уайтерс. Все трое пострадали при режиме Старшего Брата, поэтому они никак не могут стремиться вновь оказаться в условиях такого же угнетения. Наоборот, они хотят восстановить в стране порядок и законность в тесном сотрудничестве с честными, умеренными элементами в партии и в бывшей полиции мыслей. При этом условии подразделения армии Евразии, имеющие чисто символическую численность, смогут покинуть территорию нашего отечества.
Глава правительства [84]
59. Смит — о поражении революции
Они пришли в воскресенье утром. Лондон еще спал. Странное жужжание доносилось как будто издалека, хотя оккупанты уже летали над домами и несколько минут спустя начали стучаться в окна. Операция прошла в абсолютной тишине. О сопротивлении почти никто и не думал.
Вооружены они были страшным оружием. Правда, и оно, как и "взлетные ампулы", было прежде всего оружием пропагандистским, но в эти первые дни они добились благодаря ему потрясающих успехов. Это был автоматический пистолет с фотоэлементом — он стрелял, если у человека, в которого целились, рот был недостаточно широко открыт, другими словами, если этот человек не улыбался. Но стоило ему успеть улыбнуться, услышав команду солдата "Стой! Смейся!", — и пистолет не стрелял. Более того, он не мог выстрелить.
84
Прежние законы все еще действовали в Океании даже после подавления революции. Соответственно глава партии и государства не мог быть публично назван по имени, чтобы избежать чрезмерного властолюбия. Поэтому распространились самые различные догадки о том, кто возглавил новое правительство. Думали даже, что это сам Джонс, который якобы так и не был казнен во время больших чисток. Однако остается фактом, что анонимный Номер Первый, руководивший страной на протяжении трех десятилетий после сентября 1985 года, пользовался относительной популярностью. Об этом свидетельствуют его частые выступления по телевидению. Этот толстый, лысый человек небольшого роста говорил с населением весьма откровенно и не забывал в каждой речи подчеркнуть, что Океания — в сущности, малая страна. Это была столь очевидная истина, что с ней соглашались все слои общества, кроме некоторых закоренелых алюминистов, по-прежнему считавших Океанию великой державой. Таким образом, между правительством и народом со временем установилось единомыслие. К концу 90-х годов распространилось мнение, будто репрессии после подавления революции имели место без ведома и одобрения главы правительства. С другой стороны, все благоприятные изменения прямо связывались с его личностью, включая организацию первой туристической поездки из Океании в Гонконг (1993), разрешение игры в бридж (1994) и появление в магазинах сосисок (1995). Благодарное население Океании с добродушным юмором присвоило главе правительства прозвище "Младший Брат". — Примеч. историка.
Граждане Лондона быстро приспособились к новой обстановке. В первые дни оккупации весь город ухмылялся, как будто ошалев от счастья. Вчерашние революционеры стояли по обе стороны площади Победы и, улыбаясь, приветствовали марширующие мимо подразделения евразийской армии. Кое-кто даже махал рукой, хотя это было уже лишнее: евразийская кинохроника снимала только лица, чтобы увековечить небывалый энтузиазм, с которым народ маленькой Океании встречал своего великого союзника.
По некоторым улыбающимся лицам текли слезы; другие отворачивались, чтобы хоть на секунду проявить на лице свои чувства. Даже много месяцев спустя многие не могли сдержать судорожных улыбок, хотя евразийское чудо-оружие, названное в лондонском просторечии "пистолетом-хохотунчиком", уже давно не применялось.