Чтение онлайн

ЧИНАМ АРМЕЙСКИХ ИЛИ ПОЛИЦЕЙСКИХ ФОРМИРОВАНИЙ, ЗАДЕРЖАВШИМ МАЛЛИГАНА ДОНАЛЬДА ВЫПЛАЧИВАЕТСЯ ПРЕМИЯ В РАЗМЕРЕ ОБЪЯВЛЕННОГО ВОЗНАГРАЖДЕНИЯ.

– …да заснули вы там, нет! – орал в ухо Лусии Джонатан Смолк.

– Мистер Смолк, – собрав в единое целое все свое умение разговаривать членораздельно, произнес шериф Лусия. – Высылаю наряд. Вы в опасности? Вы заложник?

Смолк помедлил.

– В общем, да, заложник… А опасность… он спит… пьяный.

– Он вооружен?

– Да был у него иглокол армейский… я его забрал. У меня его иглокол. Но он, должен я вас предупредить, и пьяный, и без оружия – ничего себе парень.

Пальцы Лусии тем временем успели нажать все необходимые тревожные кнопки. Связь Лусия перевел на шлемный коммуникатор, а шлем надел. В дежурке "Братска" шериф находился один, но он знал, что все наличествующие на станции полицейские силы уже спешат, на ходу консолидируясь, бегут, едут, скачут, а также возвращаются к бару "Посиди здесь". Карта "Братска" возникла перед Лусией, Лусиа сунул руки в перчатки управления и опустил на глаза щиток шлема, – карта рывком приблизилась к нему, обрела трехмерность, цвет… режим биолокации… режим отсеивания… показать полицейских…

– Уточните точное местонахождение подозреваемого, мистер Смолк, – сказал Лусия хрипло. Боевое задержание с призом в сто тысяч круглых он проводил впервые. Это вам не кража живых абрикосов с грузовика, не удалая махаловка в предшлюзье Большого Склада, и даже не эвакуация людей из аварийного монтажного модуля после прямого попадания газового метеорита…

– Бытовка за стойкой бара. На диване спит, – сказал Смолк неохотно. – Мне что делать?

– Оставайтесь на месте, Смолк. Когда войдут полицейские – ложитесь немедленно на пол, лицом вниз, руки на затылок.

Так, вот он, бар "Посиди Здесь", укрупнение… а вот и бытовка. Вот они, двое. Второго выхода из бытовки нет… диаметр вентиляционного выхлопа – 25 сантиметров… хорошо… а если газку через вентилятор, вот хотя бы из пятого колена воздуховода?.. он почти под баром… ну-ка, калькулятор… эх, нет, там дальше заслонок нет, все крыло усыпим, а там сварочные работы, опасно…"Не считаясь с потерями", – а как насчет гражданских? Начальнички! Так, теперь, диспетчеру – закрыть порт, отказать всем в старте… всю связь "Братска" – на меня. Телеграммы по паролю "Маллиган" – отправить!

– Смолк, доложите обстановку!

– Спит. На бок перевернулся со спины… Долго вас ждать, легашей доблестных?

– Тише, Смолк. Бар уже блокирован. Я сообщу вам.

– Здесь помощник шерифа Рутенберг, старший тройки. Вошел в бар. Посетитель только один. Опасности не представляет. Отсекаю его, вывожу в коридор. Бармен показывает нам направление. Брать?

– Ждите подкрепления. Рылов, Борски?

– Здесь Борски. Я на подходе.

– Здесь Рылов. Выхожу из лифта на ярус.

– Рутенберг, почему от вас нет картинки ко мне?

– У меня неполный костюм. Выдвинулись прямо с завтрака, по тревоге.

– Непрерывный доклад, Рутенберг.

– Есть, шеф. Действовать по обстановке?

– Подождите. Вот подкрепление. Борски, входите в бар. Рылов, блокировать двери, охранять территорию операции. Рутенберг, Борски, все, слушать меня. В бытовке, за стойкой, двое: подозреваемый и заложник. Подозреваемый, судя по словам заложника, сообщившего о себе, пьян и спит. На диване слева от входа. Однако, информат Главного Управления описывает подозреваемого особо опасным, он способен очнуться и с ходу оказать весьма квалифицированное сопротивление, ему, как я понимаю, терять нечего. Приказ: ни в коем случае не стрелять.

– Ничего себе приказ! – сказал Рутенберг.

– Молчать, слушать. Приказано брать толькоживым. Государственный преступник, ребята. И очень большое вознаграждение. А потеряем парня – трибунал. Подозреваемый числится за военной полицией, поняли? Приказ: задержать подозреваемого, тотчас усыпить, вытащить в зал и охранять до моего прибытия. Гражданских лиц из оперативного пространства изъять, блокировать весь ярус. При малейшем намеке на оказание помощи задержанному со стороны случайных лиц – без предупреждения применять силу, жёстко нейтрализовывать, а при необходимости и подавлять опасные проявления. Флаг, легавые, иду к вам. Операцию начать!

– Есть, шеф!

Проверяя спецкостюм перед выходом из дежурки, шериф Лусиа отметил время: 18.41 среднего и 9.00 по времени "Братска".

Хакер-перехватчик цыган Халява засек пароль "Маллиган" на входе в коммутатор Генерального Штаба Министерства Обороны в 18.42. Халява зашевелил жвалами, застучал по прутьям гнезда всеми восемью костяными ногами и немедленно начал переадресовку трансляции с "Братска" в режиме реального времени на коммуникатор барона-мстителя Тычку Егора. Тычку Егор стартовал в направлении "Братска" в 18.52. Его "Шатер" находился от грузового двора в трехстах минутах полета. Уже при разгоне, следуя договоренности, Тычку Егор позвонил Хонэде и обещал держать его в курсе.

В апартаментах "Блистающего" посреди вечеринки, посвященной величию и доблести Мон Шера Великолепного, посрамившего всех на свете казаков и террористов индейской национальности, а также конкурентов, зазвонил телефон. Мон Шер Великолепный выпутался из множественного объятия, накинул халат и ответил на звонок. Его рьяный и высокооплачиваемый поклонник, некто Тонторино с планеты Столица, имеющий по службе допуск к хранилищам досье в массиве Главного Полицейского Управления, сообщил о проявлении искомого певца и композитора Маллигана, коварно похищенного недобросовестными конкурентами у Антуана Z. Светосранова, с применением Военно-Космических Сил, из-под самого благоуханного носа. "Поворот все вдруг!" – закричал с выражением А.Z.Светосранов, и, в распахивающемся халате, теряя с ног сабо, побежал на мостик "Блистающего", во весь голос призывая к себе пилота и отдавая распоряжения. "Блистающий" так же отправился к "Братску", исходя с бортов огнями, испуская в космос шутихи и волчки.

Баббу Б. очень мягко, но ловко и настойчиво, подхватили под белы – в смысле гигиены – ручки, и вынесли из бара в коридор. В коридоре, изумив Баббу Б. совершенно, оказалась целая дивизия полицейских, незнакомых, не местных, в шлемах, молчаливая и озабоченная дивизия. Баббу прижали к стеночке, показали ему палец, прижатый к черному стеклу боевого шлема, а потом – кулак. Бабба Б. не рискнул протестовать – на него произвела огромное впечатление и неожиданность событий, и тишина, которая окружала непонятное толковище. Если бы брали меня, то я уже встревожился бы, подумал Бабба Б, слишком тихо… И тут до него дошло – кого собираются брать.