Чтение онлайн

— Выйдите! Дайте с больной поговорить!

Мать молча встала и вышла, хоть ее и переполняла злость, которую она едва сдерживала.

— Нормально, — уже спокойно ответила я.

— Закрой дверь.

Я прикрыла двери.

— Как спишь? Настроение изменилось?

— Да вроде все нормально.

— Половой жизнью жить еще не начала?

Я покраснела.

Но смущение сменилось на недоумение.

— А какое это имеет отношение к моему самочувствию?

— Эпикриз с Кемерово пришел.

— Вы же сказали моей маме обратное.

— А ты представляешь, какой бы концерт она бы устроила, узнав, что там написано?

— И что там написано?

Татьяна Ивановна перелистнула карточку и расправила лист, приклееный к истории болезни и сложенный вдвое.

– ”…Больная на протяжении всего времени общалась с одним из посетителей старше себя”. Я делаю определенные выводы. Ты нашла себе ухажера и наверняка начала вести с ним интимные отношения.

— И к чему Вы ведете?

Татьяна Ивановна начала крутить свою ручку в руках.

— Как ты себя начала чувствовать, когда в первый раз случилась интимная близость? Вы хоть предохранялись?

— О запрете я помню. Предохранялись.

— Самочувствие изменилось?

Я замолчала, задумавшись.

— Голова не болела? Галлюцинации? Голоса? Да хоть настроение не изменилось?

Я отрицательно покачала головой.

— Вообще ничего?!

— Да нет. Все нормально было. А Вы это к чему?

— Понимаешь, я давно говорила твоей маме выдать тебя замуж…

— Я помню. Вы даже предлагали мне жить с таким же больным, как я.

— Это я предложила, — вмешалась Марина Геннадьевна. — У меня есть знакомые, у которых есть психически больные дети. Их свели вместе. Стерилизовали и купили отдельный дом, а уже потом их расписали. Теперь они ведут совместное хозяйство и вместе получают пенсию. Я предложила такой вариант твоей маме. Ты была с этим не согласна.

— Конечно! Я сама больная, а еще буду терпеть такого же! Я же с ума сойду! Нет, никогда! Хоть убейте! — у меня едва не началась истерика от одной подобной мысли.

Жить с психически больным? Нет, ни за что!

— Смотри, Насть, я предложила подобное не просто так, — попыталась объяснить мне Марина Геннадьевна. — Насчет работы мы с твоей мамой поговорили, и она категорически против. Она уверяет, что тебя никто никогда не возьмет. Насчет обучения тоже, так как ты, окончив девятый класс, попала в больницу. Мы вот и решили, что лучшим выходом из твоей ситуации будет замужество.

— Нет, спасибо! Я лучше буду одной!

— Но ты понимаешь, что останешься на всю жизнь не пристроенной? — воскликнула Татьяна Ивановна. — Ни образования, ни работы, ни семьи, ни детей! Будешь болтаться без дела и никому ненужной! Неужели ты этого хочешь?! Тебе девятнадцать лет! Возьмись за голову! Мы с Мариной Геннадьевной предлагаем тебе вариант, как исправить твою ситуацию! Почему ты с этим не согласна?

— Вы понимаете, на что меня обрекаете? — я внимательно взглянула на врача. — Мужики — то все добрые… До поры, до времени. Зная, что я никому не нужна и никто за меня не вступится, начнут распускать руки. Мне некуда будет пойти, не к кому будет обратиться… Вы этого мне желаете?

— Но не все же такие, — начала спорить со мной Марина Геннадьевна. — Но ты хотя бы будешь под присмотром. Человек, взявший за тебя ответственность, будет тебя останавливать от необдуманных поступков. Содержать… по мере возможностей. Почему нет — то? Ты же нашла себе в Кемерово парня. Почему бы с ним не поговорить насчет этой проблемы? Как он вообще относится к твоему заболеванию?

— Он здесь. Сами с ним поговорите.

— Ну дык позови его!

Я неохотно поднялась и выглянула в коридор.

Сергей с мамой наградили меня любопытствующими взглядами.

— Тебя зовут, — позвала я Сергея. — Поболтать хотят.

И прикрыла двери, возвращаясь обратно на место.

Сергей вошел бесцеремонно, наградив двух женщин пристальным взглядом.

— Садитесь, — сказала Татьяна Ивановна.

По ее взгляду можно было понять, что она слегка в шоке.

Такого мужчину ей точно не приходилось видеть!.. Я про рост, если что. Ну и маленько про внешность.

— Как зовут? Чтобы я могла к Вам обращаться…

— Сергей Сергеевич. Можно на “ты”. Или просто Сергей.

Мне хотелось провалиться сквозь землю от смущения и одновременно стыда.

Все происходящее напоминало комедию. Из одного акта.

— Хорошо. У нас возникли определенные вопросы… — Татьяна Ивановна переглянулась с медсестрой, которая, от удивления, смешанного с любопытством, отложила все свои дела и внимательно прислушивалась к каждому слову. — Нам очень хочется узнать, как ты относишься к Настиному заболеванию и что намереваешься с этим делать. Я у самой Насти спрашивала. Она ничего не ответила.

— Ничего. — Сергей пожал плечами. — А что я должен делать?

— Вы узнавали хоть что — то про данное заболевание? Как оно лечится, что нужно для этого делать, как себя вести с больным… Хоть что — нибудь? — спросила Марина Геннадьевна.

— Конечно. Я в курсе.

— Так. И Ваши дальнейшие действие? — продолжала она в том же духе. — Вы не поймите нас неправильно, просто нужно ответственно к этому относиться. В Вашем случае просто секс не подойдет. Любое Ваше действие может привести к повторной психологической травме. У Анастасии их и так полно, к Вашему сведенью. С такими больными нужно вести себя крайне аккуратно. Понимаете?

— Настя, выйди, пожалуйста. Мы поговорим наедине, — обратилась ко мне Татьяна Ивановна.

Я вышла.

Тяжело вздохнула и присела рядом с мамой.

— Что там у вас за дебаты? — поинтересовалась она.

— Да неважно…

Мы помолчали.

— Теперь твоего жениха пытают?

— Да не жених он мне!.. Мы с ним расстались.

— О как! Судя по тому, как он везде тебя сопровождает, не скажешь, что вы расстались.

— Он сам за мной таскается. Я ему не раз все объясняла. Упертый баран… У нас что, в стране нормальных баб не хватает?