Чтение онлайн

Такое мог придумать сам Рамакришна. А если придумал кто-то другой — Рамакришна мог вдвое увеличить ему зарплату. Это была мода, которая охватила деловой мир и реанимировала давно умершую индустрию. Такие ритуалы не создают лишь для того, чтобы дать символическую работу простому сотруднику из исторического отдела в знак признания его заслуг. Но такое вполне могли бы устроить для «человека корпорации». Вернее, он сам мог бы устроить себе такое совмещение приятного с полезным…

Пока Сол размышлял, в эмпаттерне над ним образовался небольшой голубой бурунчик, закрученный в противоположную сторону по отношению к волне Ли. Но этого никто не заметил. Основная картина по-прежнему состояла из девятого вала, под которым ещё проглядывало подводное царство Сола с «эхом радуги».

Но вот со стороны Кобаяси начал снова подниматься песок — на этот раз не в виде пляшущего цветка, а в виде крепкой отмели, над которой волна Ли стала тормозить.

— Ну да, обо всем этом рассказывают в любой бизнес-школе в курсе «Основ имагологии», — заявил Кобаяси. — Внутренние видения вызываются галлюциногенами либо нанозитами. Внешние, то есть наблюдаемые одновременно несколькими людьми видения — либо естественные оптические, как миражи, либо трюки шарлатанов, в основном банальные.

Кобаяси неожиданно схватил себя за уши и оттопырил их, чем вызвал усмешки у всех собеседников. Песчаная отмель росла.

— В прошлом году в Кабуле-2, помните? — продолжал Кобаяси. — Десять тысяч человек во время праздника на вполне открытом месте видели призрак с такими параметрами, что у обычного портативного голопроектора просто не хватило бы питания даже на секундное изображение подобного колосса. А более мощный голопроектор сразу заметили бы. Между тем никакой техники замечено не было, а призрак наблюдали в течение получаса. Некоторые даже как будто общались с ним. Угадайте, как это вышло?

Никто не угадывал, но волна Ли стала скатываться назад с песчаной отмели. А сама отмель стала крепнуть, темнеть и разрастаться в скалу. Кобаяси торжественно помахал в воздухе своей сигарой.

— Во-первых, использовался миниатюрный эмпатрон вроде вот этого…

— И что, десять тысяч человек молились, включившись в эмпаттерн? В Кабуле-2, где запрещены почти все технологии этого века? — улыбнулся Ли.

— Нет конечно! — Кобаяси помахал в воздухе сигарой, продолжая разгонять морской пейзаж Ли. — Такое бы заметили ещё до того, как все началось. Устройство было только одно, и хорошо замаскированное. Но оно было подключено к портативному проектору внешних голограмм. А проектор не просто визуализировал эмпаттерн — он от него питался!

— Это как же? — удивилась Шейла. — Я слышала, что эмпатрон ловит такие… ну, очень тихие сигнальчики. Их ещё надо очень усиливать, чтобы показывать в виде картинок. А тут наоборот получается — эмпаттерн, который сам является батарейкой для проектора… Бред!

— Верно, похоже на бред. Но усилители разные бывают. Третья особенность ситуации: площадь была не простая. То ли архитектура там такая, то ли ещё что. Эмпаттерн получился вроде линзы, с фокусом как раз в центре площади. Ну а в четвёртых — извини, Солли-сан, если тебе это испортит аппетит — устройство представляло собой настоящее чудо биотеха. Оно было вшито в барана.

— Э-э-э… — раздалось со стороны Шейлы. Но Кобаяси был так увлечён, что не заметил этого блеяния и продолжал:

— В простейшем виде схема такая. Всплески эмоций ловятся эмпатроном. А оттуда идут не только на проектор, но и на нервную систему барана. Возбуждённый баран превращается в химический источник питания для проектора. Конечно, источник слабый — до тех пор, пока барана не стали резать…

— Все-все, я дальше не слушаю! — Шейла демонстративно зажала уши.

Однако в эмпаттерне с её стороны, выдавая живейшее любопытство, тонкая неоновая водоросль вовсю карабкалась на огромный металлический айсберг Кобаяси, который почти вытеснил и спиральную волну Ли, и подводное царство Сола.

— Да-да, именно этого барана в честь праздника приносили в жертву посреди этой самой площади в Кабуле-2! — торжествующе воскликнул Кобаяси. — Представляете его чувства, когда его стали резать?! Человек, который держал нож, увидел призрак первым. У него дрогнула рука, и барана он не убил, но ранил очень глубоко. Добавьте к этому толпу, которая при виде призрака тоже начинает помирать от страха. А площадь, как я сказал, концентрирует эмпаттерн в центре, как раз где этот баран со вшитым эмпатроном агонизирует. Проектор, соответственно подзаряжается сильнее, призрак растёт. В общем, система с позитивной обратной связью. Фантом до небес и массовая истерика. Несколько сот человек прямо оттуда увезли в больницы с тяжёлыми нервными расстройствами.

— Кто это устроил, вычислили? — спросил Ли.

— Нет. Говорили, вроде бы ГОБ вышел на «Гринпис». Но по-моему, на них просто хотят все свалить, как обычно. С тех пор, как «ультразеленые» объявлены террористической организацией, им чего только не шили. А с этим, в Кабуле… я думаю, кто-то просто борется за рынок. У них же запрещено изображать животных и людей, поэтому покупать обычные дремли они не могут. А вот если подорвать саму религиозную основу, путём таких массовых трюков с усилением отрицательных эмоций…

— Усилитель? Да, это пожалуй верный подход к объяснению того, как возникают одинаковые мифы, — кивнул Ли. — Бессознательная экстраполяция каких-то черт, присущих самому человеку — и вот уже кажется, возникло что-то новое… Помните старинный стереотип инопланетянина? Огромные чёрные глаза без зрачков, огромная голова, почти отсутствующий нос, зелёная или синяя кожа… Сегодня любой начинающий дремастер знает, что это — всего лишь оживлённый человеческий череп.

— «Маленькие зеленые человечки», — вставил Кобаяси. — Это выражение появилось после распространения светофоров с такими фигурками.

— Вполне естественно. — Ли улыбнулся. — Технологии тоже вносят свой вклад, и это ещё больше запутывает следы происхождения мифов. Видимо, и в формировании видений срабатывают какие-то простые законы… Может быть, настолько простые, что человек о них даже не думает, предпочитая более возвышенные объяснения. Вот и выходит, что известный «свет в конце канала» объясняют не как следствие кислородного голодания мозга в коматозном состоянии, а как свидетельство существования «вселенской оптической сети», или, проще говоря, «того света».