Чтение онлайн

— Вы знаете, о ком я.

Эрик подался чуть ближе — Джеймс слегка отступил.

— Я не понимаю.

— Вы все понимаете, — сказал Эрик, подступая еще ближе, с шорохом проводя по стене ладонью. — Я тоже все понимаю. Я знаю о вас кое-что. Сэр.

Джеймс покраснел. У него на носу проступили мелкие веснушки, глаза в полумраке коридора, казалось, слегка заблестели.

— И что же?

Эрик нарочито медленно подался вперед грудью, потянулся к его уху.

— Ваш секрет, — выдохнул он.

Джеймс со вздохом прижался к стене, невольно опустил глаза — потом резко вскинул. Майкл вдруг понял, что мог бы сейчас поцеловать его. И тот бы ответил. Обязательно ответил бы. Эрик посмотрел на губы Джеймса, слегка усмехнулся. Тот сдерживал глубокое дыхание, чтобы не выдать себя — но выдавал, с головой.

Это было так странно. Здесь, в темном коридоре, куда с улицы доносился какой-то шум и голоса людей, куда легко мог завернуть кто угодно и увидеть их, Майкл чувствовал прежний огонь. Живой, настоящий. Ему самому стало жарко. Он ясно видел, что ничего не кончилось. Что бы Джеймс ни говорил, их игра продолжалась.

— Я знаю, кто настоящий мистер Эксфорт, — низким голосом прошептал Эрик, и Джеймс на мгновение прикрыл глаза, плотнее прижался к стене, будто искал опору. От его щеки явственно тянуло жаром, так она полыхала. Майкл позволил себе скользнуть по ней лицом, уколов утренней щетиной. Сам внутри вздрогнул от этого соприкосновения. Джеймс прикусывал губы, стараясь восстановить дыхание, глаз не поднимал. Кажется, его основательно проняла эта встреча.

Майкл отстранился, одернул Эрика, который был недоволен тем, что пришлось прерваться.

Джеймс поднял на него мутный взгляд. Майкл ухмыльнулся в ответ — и протиснулся мимо, грудью прижавшись к Джеймсу чуть плотнее, чем было нужно, чтобы пройти.

Голоса снаружи были взволнованными. Майкл вышел из дома, щурясь на белый свет, и поначалу подумал, что с пьяных глаз ему померещилось. Потом вспомнил, что не пил, а голова кругом — это все был эффект встречи с Джеймсом.

Как оказалось, на площадку забрел олень. Он бродил среди декораций — здоровенный, красивый и флегматичный. Судя по всему, его привлекли запахи из конюшни — он постоянно разворачивал морду в ту сторону и принюхивался. Народ доставал телефоны, фотографировал, рассылал фотографии по фейсбукам и инстаграмам. Майкл, независимый от соцсетей, привалился спиной к стене дома, скрестил ноги, благодушно наблюдая на суетой вокруг неожиданного визита. Олень был красивый и, кажется, молодой. Из дверей поместья вышел, зевая, заспанный Питер, встал рядом. Будто между ними ничего и не произошло этой ночью. Хотя, можно было сказать, между ними — и не произошло. Майкл все равно держал ухо востро, но, кажется, Питер бросил морочить себе голову проблемами своей ориентации.

— Смотри, — Майкл кивнул на оленя.

Питер глянул совершенно незаинтересованно.

— А. Ага. Ты идешь завтракать? Умираю — кофе хочу. Думаешь, там еще что-нибудь осталось?.. Время уже — обед скоро.

Он так заразительно зевнул еще раз, что у Майкла свело челюсть.

— Прекрати, — потребовал он. — Ты сейчас всех зара… зишь, — он все же не удержался, прикрыл рот ладонью. Равнодушие Питера по отношению к оленю было загадочным, так что Майкл полюбопытствовал: — Тоже будешь его снимать, пока не убежал?

— Я из Вайоминга, — отозвался Питер. — У нас такие на заднем дворе паслись. Мы с отцом на них на охоту ходили, я на них насмотрелся.

— На охоту? — удивленно переспросил Майкл. Питер совершенно не вязался у него с охотой — разве что с ловлей бабочек.

— Ну да. Его дед научил, а он — меня. Мы с ним вдвоем ходили. У него охотничий домик в горах есть, там и рыбачить можно, но я не люблю. Рыбу люблю, а рыбачить — нет. Там красиво, я бы тебе показал наши места, — он улыбнулся. — Ты не был никогда на охоте?

Майкл покачал головой.

— Нет. Но я бы попробовал.

— Тебе понравится, — убежденно заявил Питер. И оглянулся на оленя, явно оценивая, сколько мяса можно было бы снять с этой туши, так что Майклу стало слегка не по себе.

Оленя пытались отпугнуть — хлопали, топали, кричали на него, сигналили — он не реагировал. Только тянул носом в сторону конюшни и пытался подобраться к ней поближе.

— Наверняка он голодный, — со знанием дела сказал Питер. — А ему здесь пахнет лучше, чем в ресторане. Надо его отогнать, иначе он сам придет и друзей приведет. Олени — хуже енотов, те хоть миленькие, а эти — тупые, все ломают, жрут из мусорных баков, и если не отогнать — толпой ломятся.

— И как их отгонять? — спросил Майкл. — Какая-то служба эвакуации должна быть? Кто ими занимается? Не в полицию же звонить.

Он был равнодушен к живой природе, но смотреть, как другие с ней взаимодействуют, было увлекательно.

— Его можно выманить и увести отсюда подальше, — предложил Питер.

— А если ему в жопу из рогатки пальнуть — не поможет?

— Они собак не любят, громких звуков. Главное — отвадить, чтобы понял, что есть здесь нечего. Иначе они сюда постоянно приходить будут всей компанией.

— Слушай, — спохватился Майкл. — Я совсем забыл, столько всего навалилось… прости, что накричал на тебя тогда. Еще перед аварией с Шеймусом. Я не должен был.

Питер удивленно посмотрел на него, будто не сразу понял, о чем он — а потом махнул рукой.

— А! Да, хорошо, что ты вспомнил! Все нормально, я тогда думал, ты просто вролился, Эрик — он же такой, резкий. Я как раз хотел поблагодарить.

— За что? — в свою очередь удивился Майкл.

— Я, понимаешь, тогда так хорошо почувствовал, каково было Терренсу, когда Эрик на него срывался на пустом месте, — с радостным оживлением сказал Питер. — Я сделал все, как ты учил — пошел, попереживал как следует, яблони попинал, повозмущался, поплакал даже — и ты знаешь, потом получилось вот так, — он показал Майклу большой палец. — Так что это тебе спасибо за опыт, мне очень помогло!

Питер сбежал по ступеням крыльца, не обращая больше внимания на дикую природу, отправился за завтраком. Майкл поглазел, как оленя наконец прогнали с площадки, подогнав к нему автомобиль поближе и врубив сигнализацию. Потом сунулся проверить телефон. В сообщениях было пусто.

Майкл не думал, что с Браном могло что-то стрястись — тот был мужиком разумным и к импульсивности не склонным. Но волноваться все-таки волновался. Наговорил короткое сообщение на голосовую почту Дакоты (ее телефон тоже не отвечал, так что совершенно точно им было не до него).