Чтение онлайн

В темноте большая теплая рука накрыла ее ладонь.

— Не сердитесь, дорогая. Я знаю, что сегодняшний вечер не задался.

К собственному ее сожалению, Стеллу это тронуло.

— Все в порядке. Это не ваша вина. Просто у меня плохое настроение.

— Боюсь, это я вас довел.

Она не возразила, и Мэтью замолк на все время, пока они добирались до ее квартиры.

— Вы согласитесь позавтракать со мной завтра?

— Я занята, — солгала она.

— Пожалуйста, Стелла. Не отказывайте мне.

Ее решение избавиться от него ослабло.

— Ну хорошо. Где мы встретимся?

На лице Мэтью появилась тень улыбки.

— На этот раз мы, пожалуй, назовем Дорчестер.

Она протянула руку:

— Доброй ночи. Завтра увидимся.

Оставшись в темном такси один, Мэтью достал из кармана небольшую черную коробочку. Он открыл ее и мрачно уставился на большой алмаз. Потом сердито хмыкнул, закрыл крышку и убрал футляр обратно.

Когда на следующее утро Стелла вышла в кухня к завтраку, Адриан приветствовал ее поклоном:

— Доброе утро, девочка. Мэтью Армстронг — грандиозный парень. В самом деле, грандиозный!

— Это вовсе не смешно, — ледяным тоном отчеканила она.

— Я только пытаюсь вернуть романтическое представление о тебе. — Он ухмыльнулся. — Фактически он вовсе не так уж плох. И у него такой счет, не так ли? Прекрасные деньги.

Стелла налила себе кофе:

— Тебя очень задевает, что он мог бы мне нравиться?

— Нет.

— Довольно, Адриан, — вмешалась миссис Перси и взглянула на дочь: — У меня ленч с Джоан Кроули. Пойдешь со мной?

— У меня свидание.

— С грандиозным парнем, который останется безымянным? — спросил Адриан и, засмеявшись, выскочил из кухни прежде, чем Стелла успела его поймать.

Миссис Перси подождала, пока он удалится на достаточное расстояние:

— Я думала, ты больше не собираешься выходить в свет с этим невыносимым человеком.

— Сегодня последнее, после него я больше не собираюсь с ним встречаться, так что тебе нет нужды беспокоиться.

— И за это спасибо. Я имею в виду, Стелла, что беспокоюсь о тебе, не о себе.

Но, сидя за ленчем рядом с Мэтью, Стелла вдруг осознала, как трудно сказать ему, что она не намерена встречаться с ним снова. Сегодня на нем был светло-серый костюм, который молодил его и делал более привлекательным. Казалось, Мэтью был в особенно приподнятом настроении. Вопреки логике Стелла вдруг подумала, что сегодня Мэтью выглядит лучше, чем когда-либо. Вдали от него она вспоминала только то, что ей не нравилось, сейчас же видела прекрасную львиную голову с копной темных, седоватых волос, добрые голубые глаза, такие искренние и решительные, широкий рот и твердые скулы.

Он опустил меню и поймал ее взгляд:

— Я прошлую ночь почти не спал, все думал о вас.

— Какая потеря времени, — небрежно отозвалась она.

— Ну, об этом скорее мне судить. Вы очень привлекательны.

— Я нисколько не привлекательна. Не надо приписывать мне то, чего у меня нет. — Она посмотрела на свою тарелку. — Еда остыла.

— Я в состоянии понять намек! Но есть кое-что, о чем Я хочу сказать, и вы не можете оставить меня в неопределенности.

Покончив с, едой, они пошли прогуляться по Гайд-парку. Мэтью спрятал ее руку в своей. Бледное зимнее солнце освещало водянистое небо, а голые деревья не задерживали ветра. Мэтью прибавил шаг, и на ходу щеки Стеллы разрумянились. Мэтью почувствовал удовлетворение оттого, что она рядом с ним на воздухе, а не в душном зале ресторана. Ей следовало бы почаще бывать на природе и питаться простой, здоровой пищей, чтобы нагулять немного жирка на свои кости. Его Стелла выглядела слишком хрупкой, едва ли не прозрачной. Он протянул руку, чтобы убрать выбившуюся прядь, которая трепетала на ее щеке. Стелла быстро взглянула на него, и ее лицо зарумянилось еще больше от его горячего взгляда.

— Мы уже согрелись, давайте посидим. — Мэтью повел ее по дорожке к скамейке и неторопливо уселся. — Вы знаете, что я приехал в Лондон, чтобы увидеть вас, и я намерен выложить карты на стол. Я вел не святую жизнь. Я — мужчина, и больше говорить не о чем, но наступает время, и появляется желание иметь одну женщину, которая стала бы твоей женой и матерью твоих детей, и я хочу, чтобы этой женщиной стали вы. Я люблю вас, Стелла, и хочу жениться на вас.

А Стелле хотелось, чтобы разверзлась земля и поглотила ее. Почему, ох, ну почему она не послушалась матери и давным-давно не остановилась! Отказать теперь было гораздо большей жестокостью, чем если бы она с первой же встречи не позволила ему влюбиться в нее. А вообще он не имел права толковать подобным образом эти (всего-то) несколько встреч.

— Да, любимая? — Он протянул к ней руки, но Стелла отшатнулась.

— Нет, Мэтью, нет! Я… мне очень жаль, что вы сказали то, что сказали. Вы мне нравитесь, я рада бывать с вами… но я не могу выйти за вас замуж.

— Если вы думаете, что прошлый вечер…

— Прошлый вечер ничего не значит. Просто я не люблю вас.

— Вы в кого-то влюблены? В Чарльза?

— Он не в состоянии жениться, — уклонилась от прямого ответа она.

— Вы его любите? — повторил он.

Стелла замялась. Если она твердо скажет «да», Мэтью не повторит своего предложения. Но он был честен с ней, слишком честен, чтобы лгать ему.

— Я его очень люблю, — призналась она наконец. — Наши семьи дружат много лет, но в наших чувствах друг к другу никогда не было страсти.

— Я не смог бы знать вас долгое время и не загореться страстью, — сухо произнес Мэтью.

Она вспыхнула:

— Я не знала, что вы так впечатлительны.

— Я — нет. За исключением тех случаев, когда вы огорчены. — Он схватил ее за плечи. — Ох, Стелла, разве вы не знаете, как вы прекрасны? Эти темные глаза и мягкие волосы и эти холодные, упрямо сжатые губы, которые вовсе не становятся холоднее, когда их целуют.