Чтение онлайн

Умей презреть и ты златую,

Злословну, площадную чернь...

Он же:

Умолкни, чернь непросвещённа,

Слепые света мудрецы!..

Он же:

Прочь, буйна чернь непросвещённа

И презираемая мной!..

Дмитриев:

Будь равнодушен к осужденью

Толпы зоилов и глупцов...

Жуковский:

Не слушай вопли черни дикой...

Можно привести ещё десяток таких выкриков, но я вообще сомневаюсь в том, что эти выкрики относятся к народной толпе, к народу.

Причины сомнения следующие: поэты до Пушкина совершенно не знали народа, не интересовались его судьбой, редко писали о нём. Это придворные люди, вельможи, они всю жизнь проводили в столице и даже свои деревни посещали очень редко и на краткий срок. Когда же они изображали в своих стихах мужика, деревню - они рисовали людей кротких, верующих, послушных барину, любящих его, добродушно подчинявшихся рабству; деревенская жизнь рисовалась ими как сплошной праздник, как мирная поэзия труда. О Разине, Пугачёве - не вспоминали, это не сливалось с установленным представлением о деревне, о мужике.

Пушкин тоже начал с романтизма. Вот как он определяет свою позицию поэта:

[Поэт, не дорожи любовию народной!

Восторженных похвал пройдёт минутный шум,

Услышишь шум глупца и смех толпы холодной;

Но ты останься твёрд, спокоен и угрюм.

Ты царь: живи один. Дорогою свободной

Иди, куда влечёт тебя свободный ум,

Усовершенствуя плоды любимых дум,

Не требуя наград за подвиг благородный.

Они в самом тебе. Ты сам свой высший суд;

Всех строже оценить умеешь ты свой труд.

Ты им доволен ли, взыскательный художник?

Доволен? Так пускай толпа его бранит,

И плюет на алтарь, где твой огонь горит,

И в детской резвости колеблет твой треножник.

"Поэту (Сонет)".]

[Не дорого ценю я громкие права,

От коих не одна кружится голова.

Я не ропщу о том, что отказали боги

Мне в сладкой участи оспаривать налоги

Или мешать царям друг с другом воевать;

И мало горя мне - свободно ли печать

Морочит олухов, иль чуткая цензура

В журнальных замыслах стесняет балагура.

Всё это, видите ль, слова, слова, слова! (Hamlet.
– прим. А.С.Пушкина)

Иные, лучшие мне дороги права,

Иная, лучшая потребна мне свобода...

Зависеть от властей, зависеть от народа

Не всё ли нам равно? Бог с ними!.. Никому

Отчёта не давать; себе лишь самому

Служить и угождать; для власти, для ливреи

Не гнуть ни совести, ни помыслов, ни шеи;

По прихоти своей скитаться здесь и там,

Дивясь божественным природы красотам,

И пред созданьями искусств и вдохновенья

Безмолвно утопать в восторгах умиленья

Вот счастье! вот права!..

"Из VI Пиндемонте".]

Наконец, у него есть ещё более резкое определение своего отношения к "черни".

[.................................

Подите прочь, - какое дело

Поэту мирному до вас?

В разврате каменейте смело;

Не оживит вас лиры глас!

Душе противны вы, как гробы;

Для вашей глупости и злобы

Имели вы до сей поры

Бичи, темницы, топоры,

Довольно с вас, рабов безумных!

Во градах ваших с улиц шумных

Сметают сор - полезный труд!

Но, позабыв своё служенье,

Алтарь и жертвоприношенье,

Жрецы ль у вас метлу берут?

Не для житейского волненья,

Не для корысти, не для битв,

Мы рождены для вдохновенья,

Для звуков сладких и молитв.

"Чернь".]

Но - кто эта чернь? Подразумевал ли под нею Пушкин именно народ?

Рассмотрим вопрос.

Прежде всего Пушкин был первым русским писателем, который обратил внимание на народное творчество и ввёл его в литературу, не искажая в угоду государственной идее "народности" и лицемерным тенденциям придворных поэтов. Он украсил народную песню и сказку блеском своего таланта, но оставил не изменёнными их смысл и силу.

Возьмите сказку "О попе и работнике Балде", "О золотом петушке", "О царе Салтане" и так далее. Во всех этих сказках насмешливое, отрицательное отношение народа к попам и царям Пушкин не скрыл, не затушевал, а, напротив, оттенил ещё более резко.

Он перевёл с сербского несколько народных легенд из сборника Караджича; когда вышли подделанные французским писателем Проспером Мериме "Песни западных славян" - Пушкин немедленно переводит их на русский язык. Он записывал во время своих путешествий сказки и песни и более пятидесяти штук передал Киреевскому для его знаменитого сборника. Ом собрал целый цикл песен о Стеньке Разине, которого называл "единственным поэтическим лицом в России", - заметьте, что Разин по своим намерениям и по духу был несравнимо демократичнее Пугача, с грустью осмеянного Пушкиным.

Бенкендорф сказал Пушкину: "Песни о Стеньке Разине, при всём поэтическом своём достоинстве, по содержанию своему не приличны к напечатанию. Сверх того, проклинает Разина, равно как и Пугачёва".

Пушкин непосредственно сталкивался с народом, расспрашивал мужиков о жизни и - вот какие записи делал в своих путевых тетрадях...

Пушкин знал жизнь крестьян: возьмите из "Хроники села Горюхина" отрывок "Правление приказчика" - это типичнейшая для того времени картина разорения деревни.