А теперь Горбатый!
Шрифт:
– Астма, дискинезия... – начал жаловаться Роберт.
– Может, хватит? – поморщился Павел Трофимович. – Мужик ты или не мужик...
Роберт подавленно молчал.
– Я тебе вот что скажу. Не надо делать из себя инвалида. Нужно забыть о своих болячках. Как будто их и нет...
Легко ему говорить. Сам вон какой – молодой, здоровый, сильный. А Роберт... Ему только четырнадцать лет, а жизнь уже, можно сказать, закончилась.
– Ты заживо себя не хорони. Жизнь только начинается! – физкультурник, казалось, прочел его мысли. – Ты телом слабый, это да. Но тело можно укрепить.
Роберт не собирался просить его об этом. А Павел Трофимович не собирался его ни о чем спрашивать.
Он жил неподалеку от Роберта. И каждое утро бегал на речку купаться и делать зарядку. Бегал бы себе и бегал. Но после этого разговора он стал брать с собой и Роберта. Первое время он просто заходил к нему домой, сдергивал с него одеяло и тащил за собой. И плевать ему, лежит у Роберта душа к насилию над собственным организмом или нет.
Скоро Роберт втянулся в этот сумасшедший режим. И с радостью встречал Павла Трофимовича у ворот его дома, вместе с ним бежал к реке. Они купались при любой погоде – в слякоть, в мороз...
Молодой организм принимал нагрузки, справлялся с ними. Роберт закалился. И со временем забыл про свои болячки. А Павел Трофимович продолжал нагружать его. Правда, прежде чем допустить его к силовым упражнениям, он посоветовался с врачами. Получил «добро», и Роберт застонал под тяжестью гантелей, гирь и штанги.
* * *Весь класс был под впечатлением от вчерашнего культпохода в Дом культуры. Выступал иллюзионист из Москвы. Что он вытворял! Под его магическим взглядом люди забывали обо всем на свете – читали стихи, песни, сломя голову пускались в пляс. А потом никто ничего не помнил.
Роберт не любил выставляться напоказ, всегда держался в тени. Поэтому на сцену не поднялся. Хотя жалел об этом. Ему казалось, что гипнотизер ничего не сможет с ним поделать.
Но ведь и Аньке так тоже казалось.
– А я еще думаю, чего он на меня так смотрит! – взбудораженно, с выпученными глазами рассказывала она. – Ну, думаю, смотри, смотри, все равно ничего не будет...
– Тю! А разве что-то было? – хохотнул Вадька. – Подумаешь, по сцене как дура прыгала. Птичку ловила! Ой не могу!
– Ага, а сам зайцем, сам зайцем скакал! А морковки-то нигде не было...
– В штанах у меня морковка! – спохабил Вадька. – Только я не доставал. Хочешь, сейчас достану?
– Дурак! – покраснела Анька.
И треснула его учебником по голове.
– Ребята, а представляете, если бы там наша Варвара-краса была! – интригующе протянула Ленка. – Гипнотизер бы в нее влюбился...
Варвара Ильинична стала предметом всеобщего обожания с самого первого дня своего появления в школе. Красивая, высокая, с точеной фигуркой. Она никогда не унывала и всегда всем улыбалась. Старшеклассники влюблялись в нее и забывали о своих школьных подругах. Конечно же, девчонкам это не нравилось. И многие из них думали о молоденькой учительнице с затаенной ненавистью.
– Ну и влюбился бы, и что? – заерзал на своем стуле Генка.
– А то!.. Представляете, что было бы!.. Он бы смотрел на нее, а она бы начала раздеваться...
– Чего? – ошалело уставился на Ленку Митька.
– Кофточку бы сняла, – подливала масла в огонь Ленка. – Потом юбку... А потом... Потом...
– Что – потом? Что!!!
Ленка заинтриговала всех. И сейчас явно наслаждалась всеобщим вниманием. И пока что не торопилась живописать дальше.
Варвара Ильинична нравилась и Роберту. Он же мужчина как-никак. Но в отличие от некоторых он совершенно не желал слышать гадости в адрес учительницы. Зато был бы не против, если бы сейчас стала раздеваться сама Ленка. Вот бы попасть ей в ту же яму, которую она сама же и рыла.
Роберт и сам не понял, как все произошло. Он просто смотрел на Ленку. Просто желал ей оказаться на сцене перед развратным гипнотизером...
Ленка посмотрела на него.
– Роба, ты чего на меня так смотришь? – слегка удивилась она.
Роберт пожал плечами. Но взгляд не отвел. Напротив, только усилил напряжение.
– Ну, смотри, – немеющим голосом разрешила она.
И отрешенно улыбнулась. В глазах образовалась пустота.
Сначала она просто плавно дирижировала руками. Затем сняла с себя школьный фартук. Забросила руки за спину, нащупала и расстегнула пуговицы на платье. В замедленном движении стянула его через себя. И осталась перед всем классом в трусах и бюстгальтере...
Она потянулась руками к застежке, когда до Роберта наконец дошло, что это его взгляд и его воля управляют ею.
Он закрыл глаза. И тут же голова загудела от напряжения. К горлу подступил ком тошноты. Но это не смертельно...
Когда он открыл глаза, Ленка лихорадочно одевалась. А весь класс очумело и завороженно смотрел на него.
Все поняли, кто заставил Ленку раздеваться. И она сама это поняла.
– Скотина! – бросила она ему в лицо.
Но приблизиться к нему не решилась. Испугалась.
– Роба! Ну ты дал!!! – восхищению Генки не было предела.
– А с Варварой так сможешь? – спросил Митька.
– Смогу, – кивнул Роба. – Но сначала ты!
– Эй, а чего сразу я? – ошалел Митька.
И стал пятиться от него. Страшно... Это хорошо, что страшно.
В тот день из школы он возвращался поздно вечером. Тягал железо, затем убирался в спортзале. Потому и задержался.
– Эй! – услышал он чей-то голос.
Из темноты выплыли чьи-то тени. Перегородили ему путь. В свете луны среди темных личностей он узнал Валерку Плюева.
После восьмого класса он ушел из школы. И сейчас протирал штаны в профтехучилище. Но со школой связь он поддерживает. Через Ленку. У них с ней шашни. А Роберт ее обидел. Вот Валерка и заступается. В принципе, правильно делает.
– Ты, гипнотизер хренов! – выступил вперед Плюев. – Ты че с Ленкой сделал?
– Так получилось, – пожал плечами Роберт. – Я хотел извиниться...
– А передо мной извинишься. На коленях... Я тоже гипнотизировать умею...
Кулак из темноты вылетел быстро и внезапно. Даже если б Роберт мог, он бы не успел уклониться. Удар страшной силы швырнул его на землю.