Шрифт:
Из окна наблюдала старуха,
как он дал от души по газам,
как скатилась до самого брюха
вниз по парню скупая слеза.
И когда он, качаясь нетрезво,
вышел – в голову стукнула блажь,
и в отчаянье тут же полез он
жизнь закончить на чей-то гараж.
Удержали, скрутили, не дали,
отпоили плохим коньяком.
И с тех пор давит он на педали
и, как все, целый день за рулём.
(2012)
ПОСЛЕДНЯЯ СТЕНА
Печально падала стена
Пизанской башни...
Стояла ранняя весна.
По голой пашне
неспешно в поисках еды
грачи бродили
да тучи, полные воды,
по небу плыли.
Текли, как бурная река,
тысячелетья –
и стёрла времени рука
дворцы и клети,
и раскидала по векам
стекло и камни,
как будто била по щекам
с обидой давней.
Так всё ушло на дно земли,
под дёрн с травою –
и страны, и Шекспир с Дали,
и мы с тобою.
Спокойно стало в стороне,
где выжил охлос:
вернулись к плугу, к бороне,
забыв про космос.
Но странной тенью прежних дней,
чужой и редкой,
пугая тайною людей
забывших предков,
поднявшись из земли, со дна,
средь новой пашни
всё также падала стена
Пизанской башни...
(2014)
ПОТЕРЯННАЯ ТЕНЬ
Мелькают люди, но не те
на перекрёстке шумных улиц,
а я – потерянная тень,
бреду за ними как безумец.
Держу оторванную нить,
дрожу – свободы наглотался:
ну, где же, Бог её храни,
та, от которой оторвался?
Как отыскать между людьми
её одну себе в итоге,
и как же, чёрт меня возьми,
мне различить её средь многих?
Ногами талый снег меся,
бреду – и вдруг мне озаренье!
Она ведь без меня – не вся
и не отбрасывает тени!
(2011)
ПРИХОДИЛ КО МНЕ ПУШКИН
Приходил ко мне Пушкин,
грозился убить на дуэли,
неприлично ругался,
размахивал тростью,
орал:
– Как же, сволочи, все вы
за пару веков надоели,
кто хоть раз в своей жизни
бумагу
стихами марал!
Что ж ты с Музой творишь,
что ты делаешь с Музой, двуличный?!
Ох, пора тебе пулю,
давно тебе пулю пора...
Ты опять против воли
и в форме особо циничной
к неестественной связи
склонил её позавчера.
Что сказать мне в ответ?
Да, деянья мои некрасивы.
И стихи средь грехов этих
мелкий невзрачный пустяк.
Я и прозу пишу, и фантастику,
и детективы.
Я – маньяк, Александр,
я – опасный серийный маньяк...
(2011)
ПРОШЛА НАД ГОРОДОМ ГРОЗА
Шумела первая гроза.
Почти сухая.
И от простуды небеса
освобождая
надсадный кашель громовой
над голым парком,
над скамьёй
катился хриплою волной,
не утихая.
Скрипя, качались тополя
карандашами –
зашевелился великан
под их корнями,
своей могучею рукой
схватил за корни под землёй,
под этим парком и скамьёй,
где спал веками.
В бою с титанами во мгле
веков контужен,
он лишь теперь грозой и громом
был разбужен.
Его засыпали землёй
и вырос город над горой
и спал сто тысяч лет герой –
забыт,
не нужен.
Срывал с прохожих ветер злой
платки и кепки,
трещали громко тополя,
ломались ветки,
и чуждый городу людей,
из-под земли, из-под корней
лез великан на свет огней
из тёмной клетки.
Прошла над городом гроза,
а с нею ветер.
И великан закрыл глаза,
оставшись в клети.
Уснул, не поняв почему,
мы вдруг привиделись ему
за мутной пеленой в дыму
иных столетий.
(2014)
ПРОЩЕНИЕ
Среди миров твоих и вотчин
нет без раскаянья спасенья.
Даруй мне искренности, Отче,
чтоб в нужный час просить прощенья.
За показное равнодушье
к страданьям и слезам другого,
за моё ленное бездушье
и неисполненное слово.
За все дела мои лихие,
за ложь и мелкие обиды,
за обещания пустые,
что были сказаны для вида.
За то, что жить хочу полегче,
лишь своей маленькой судьбою,
за всё моё черствосердечье,
да и за многое иное.
Среди миров твоих и вотчин
нет без раскаянья спасенья.
Даруй мне искренности, Отче,
чтоб и другим дарить прощенье.
(2011)