Чтение онлайн

Алвар послушно прекратил и опустился на землю: он уже сильно устал. Не так, как при больших битвах, конечно, до потери сознания было далеко, но двигаться совершенно не хотелось. Монстр заметил это, несмотря на боль. Взревев и сильным ударом лапы откинув копье Каэхона, он кинулся на Искру.

– А, бестолковый! – крикнула Тайсама. Одним красивым ударом разрезав своему монстру морду так, что кровь залила чудом оставшиеся целыми глаза, она сорвала с пояса какой-то мешочек и кинула прямо в медведя. – Кай, стой! Это Слезы Жара!

– Плевать! – коротко огрызнулся Каэхон.

Ему на самом деле было все равно: этот порошок слепой кхае прекрасно знал. И действовал он в основном на глаза, разъедая их и причиняя жгучую боль. Для кожи он был безопасен, если вовремя смыть.

Медведь вновь заревел, на этот раз от боли, и безумно бросился вперед, будто на что-то надеясь. К счастью Искры, он немного промахнулся и пронесся мимо… Каэхон, что-то задумав, побежал за ним, неслышный для обезумевшего от боли и гнева монстра. Догнав, кхае быстро приложил руки к шкуре и резко отпрыгнул, едва не попав под удар. Но после этого чудовище застыло и опустилось на землю, безвольное. Маг быстро нащупал под собой камень и, вспотев от усилий, вложил в него необычную душу.

– Тай! Разберешься со своим – добьешь, – чуть дрожащим голосом произнес Каэхон и мотнул головой: простые и привычные заклятия отняли неожиданно много сил.

Через некоторое время Тайсама озабоченно склонилась над Алваром и Каэхоном. Осмотрев огненного кхае, она молча вручила ему лепешку и вино, что они купили в последней таверне. Затем воительница с некоторым злорадством вправила плечо слепому другу, которое он все же умудрился вывихнуть.

– Да, надо бы найти наш отряд Волчьих голов, а то ты совсем драться разучился, – сообщила с невинным видом девушка. – Ну что, ребята, идти-то вы сможете? А то я здесь оставаться не желаю! – обвела она рукой окрестности постоялого двора, превратившегося в настоящую бойню.

– Найди выживших, – тихо произнес Каэхон. – Я скоро отойду. Хотя, если честно, сильно жалею, что мой камень Жизни сейчас неизвестно где. Ты, конечно, плечо вправила хорошо…

– Будешь много болтать – выправлю обратно, – отрезала Тайсама. – Я не лекарь. Так, кажется, живых я чувствую. Отдыхайте пока.

После этих слов воительница немного сердито покачала головой и быстрым шагом, прислушиваясь к своим чувствам, пошла в сторону полуразрушенного постоялого двора. С Каэхоном она сравниться пока не могла, однако ощутить двух человек, так ярко излучающих боль и страх, было легко. Первого, точнее, первую Тайсама нашла на втором этаже. Это была юная леди, еще ребенок, одетая в богатое в недавнем прошлом платье. Девушку просто трясло – и лишь при виде воительницы, живого человека, ее страх начал немного отходить.

– Кто… ты? – тихо, с надеждой спросила молоденькая девушка.

– Не чудовище, – лаконично ответила Тайсама. – Я из Обители Тумана, – чуть подумав, добавила она, чтобы окончательно успокоить эту жертву обстоятельств.

Однако девушка затряслась еще сильнее, заставив Тай нахмуриться: чего такого может быть в Обители, способного напугать простого обывателя? Магов уважали, про них ходили слухи, но принимали, по большей части, везде и всегда с миром.

– Шучу, – внезапно улыбнулась воительница. – Мы простые наемники. Там, внизу, были монстры…

– У вас такой большой отряд? – снова чуть успокоившись, сделала круглые глаза девушка. – Моя охрана не смогла многого сделать против этих… Этих…

– Да, просто гигантский, – серьезно кивнула Тайсама. Она не слишком шутила: и как воины Обители, и как кхае, они с Каем могли заменить не одного простого воина. – Здесь кто-то еще живой. Ты можешь двигаться? И, кстати, как тебя зовут?

– Катерина Шатторд, – ответила молодая леди. – Могу.

– Спустись вниз, там отдыхает остальной мой отряд, все товарищи… Оба.

– Оба? – удивилась Катерина.

– Иди, – отмахнулась Тайсама.

Эта хрупкая, молодая девушка, почти девочка, трогательно и доверчиво кивнула и, держась за бок, осторожно двинулась на улицу. Тайсама покачала головой и, отмахнувшись, побрела искать второго выжившего. Далеко идти не пришлось – буквально через комнату ее фиолетовым глазам предстала настоящая батальная сцена: перевернутый шкаф, разбитый в хлам тяжелый дубовый стол, огромная туша еще одного монстра, вся раскромсанная и порезанная… и пять тел павших воинов.

– Кто здесь? – Одно из тел слабо пошевелилось. – Катерина, это ты? Уходи…

– Катерина – это не я, – покачала головой Тайсама. – Если это твоя госпожа, то она в безопасности.

– Но монстры… Неужели люди короля? Рыцари?..

– На рыцарей мы не слишком похожи. Остальные мертвы. Как тебе удалось… Впрочем, это не столь важно. Двигаться можешь?

– С трудом: у меня, кажется, сломана нога.

Воительница заковыристо ругнулась, подошла к раненому воину и внимательно его осмотрела. На счастье, нога сломана не была, просто сильно растянута и ушиблена. Без лишних слов, охнув от натуги, девушка взвалила выжившего на плечи и, покачиваясь, пошла на улицу: в таком хаосе можно было и не пытаться оказать первую помощь. Темновато, повсюду обломки мебели, трупы…

– Эй! Куда ты меня тащишь! – Голос воина был больше удивленным.

– На улицу, – тяжело дыша, пробормотала Тайсама. – Отъел брюхо… Это ж надо столько есть! Тебя легче выбросить в окно…

Когда воительница появилась из дверей таверны, таща тело немаленького воина, Каэхон и Искра молча и с любопытством наблюдали за отчаянно трусящей Катериной: молодая леди не решалась к ним подойти, но и бежать подальше опасалась. Тут Тайсама поняла и хлопнула себя по лбу, чуть не уронив свою ношу: фиолетовые глаза! Действия капель у Искры, должно быть, давно уже закончились, и взор его был взором настоящего кхае…

– Шепард! – вскрикнула Катерина, увидев своего охранника.

– Кто эта девочка? – поинтересовался Каэхон. – И с чего она так боится? Я что, сильно измазался в крови этих рысей?

– Видимо, на Искру посмотрела, на его живописные глаза, – проворчала Тайсама. – Странно, что моих сразу не заметила: я же давно не ношу вуаль.

– Глаза? – Катерина внезапно остановилась и заинтересовалась: – А что у вас с глазами?

Тайсама пригляделась к Искре: действительно, с виду глаза его были вполне черными, хотя истинный цвет уже начал понемногу проступать. Аккуратно положив раненого на землю, она осторожно поинтересовалась: