Абатта
Шрифт:
Труп едва заметно дернулся: наступили на очень нежное место. Другой бы зверь не заметил, но это порождение леса было слишком уж чутким. Страшный визг, как показалось Райдо, перебудил всех, кто умудрился заснуть. Конечно, судьба этой «собачки» была не слишком завидной: Вечный Странник порой отличался полным отсутствием сострадания. Но ситуацию это не спасло: его заметили!
Дальше Райдо действовал инстинктивно, на раздумья времени ему никто не дал. Откуда-то возникли другие монстры, довольно страшные на вид, поэтому пришлось как можно скорее делать ноги. К несчастью двоих разговаривавших, путь Вечного Странника прошел именно через них. И, разумеется, Райдо не преминул воспользоваться данным фактом.
– Всем стоять! – грозно крикнул он, держа перед собой, словно щит, одного из жрецов. – Останови зверей!
Но звери и сами сначала застыли, потом начали окружать Райдо с пленником, утробно рыча и очень недобро поглядывая. Мысли Вечного Странника метались, и лишь одна была ясной и четкой: «Так я еще никогда не вляпывался…»
– Отпусти, – требовательно и на удивление спокойно произнес пленник.
– Мне удобней так, – вежливо ответил Райдо. – Я человек простой, мне нужно немного…
– На убийцу, как и на самоубийцу, ты не похож.
Несмотря на спокойный голос, Райдо прекрасно ощущал тщательно подавляемый страх. А значит, у него были шансы убраться из этого места живым и, возможно, даже невредимым…
– Я думаю, мы сможем договориться, – мирно сказал Райдо. – Я человек не местный, к Радории тоже отношения не имею – просто мимо проходил. Так что надеюсь на скорейшее разрешение нашей маленькой проблемы!
Три Страны. Летос. Дворец
Кирану потом много раз снилась эта бойня. Кровь, трупы, свои и чужие. Кхае постарались на славу: они помогли пробраться во дворец, отводили до поры до времени глаза. Но как только пролилась первая кровь, они исчезли, будто их и не было.
– Роберт, спали ты уже того гада! – проревел Киран, когда его меч в очередной раз пронзил несуществующий мираж.
Полыхнуло, огонь радостно заплясал вдоль всей стены – маг наемников решил не рисковать: наверняка иллюзионист противника не забыл прикрыть и себя очередной подделкой реальности. Роберт не ошибся. Неприятный крик, разнесшийся по залу, подтвердил это.
Ширра был молчалив и сосредоточен. Его ладони меняли знаки один за другим, но сил и умения не хватало даже на то, чтобы развеять иллюзии врага. Их всех послали на бойню. Да, именно так обмолвился во сне командир. Но не захотел сказать это наяву. Может быть, это и правильно: зачем лишний раз пугать свой отряд, – но…
– Ширра! – крикнул Иниго. – Кто из этих трех на…
Договорить он не успел, равно как не успел и иллюзионист наемников сделать ни одного знака. Было слишком поздно: вражеский воин кривым мечом крепко зацепил парня.
– Иниго! – Ирвин, казалось, обезумел, когда увидел, что лучшему другу грозит смерть.
Месть свершилась очень быстро, но силы наемников таяли на глазах, а воины юга все не кончались и не кончались. Смерть собирала хорошую жатву в этот день. Но Серая стая не сдавалась, да и люди княжеств были сделаны, казалось, из стали.
– Духи предков порадуются этой бойне! Он умер хорошей смертью! – то и дело слышалось из их уст.
«Дураки, – думал Киран, уже не ощущая не только боли, но и усталости. – Не бывает хороших смертей. Хотя мне ли об этом рассуждать, капитану отряда наемников, который убивает за деньги!»
– Тифа, сюда! Иниго ранен! – Ирвин умудрялся отбиваться от двух воинов, таща при этом за собой друга. – Ребята, прикройте, помогите!
– Все ранены! – сердито и беспомощно воскликнула Тифа. Столько смертей она еще никогда не видела.
Девушка и сама не подозревала, что когда-нибудь сможет стоять посреди такого боя, где столько смертей, и не бледнеть при этом, не падать в обморок, а делать свою работу. Через усталость, страх и злость пробивалась гордость за себя. За себя и за Ширру: иллюзионист давно выбился из магических сил, вышел за свой предел, но продолжал сражаться. Маг, сражающийся сталью, – это живо напомнило девушке Каэхона.
Роберт пытался экономить силы и только поэтому все еще был на ногах и точными уколами атаковал магией. Его враги загорались, замораживались, просто падали на землю, зачастую мертвые раньше, чем успевали это осознать. Позже он не сможет вспомнить половины из тех заклинаний, что использовал, но в этом бою никаких глупых вопросов в его голове не было.
Стрела, простая стрела, белым цветком расцветшая в боку мага, прервала череду заклинаний. Роберт сначала почувствовал лишь удивление, но потом пришла боль. Соратники тут же прикрыли его, позволив бессильно опуститься на пол, позвали Тифу, но целительнице и в других местах хватало работы.
– Только не здесь, только не здесь, – неверяще пробормотал Роберт. – Оторо!
Голос его был тих, но камню Жизни этого было достаточно, чтобы дать о себе знать привычным теплом. Нужно поддерживать в себе жизнь, еще хотя бы немного.
Но молодой маг не видел, что в другом конце зала обезумевший воин, скрывающийся за многими иллюзиями, прорвался прямо к целительнице и нанес ей сильный удар по голове. Девушка упала как подкошенная: она никогда не была воительницей.
– Тифа! – заорал Ширра. – Тифа, Тифа!
Может, иллюзионист и не был воином, но месть свершилась в мгновение ока: иллюзии разлетелись, словно их и не было, а меч пронзил горло веросского воина. А потом Ширра упал рядом с любимой.
– Ширра, бой продолжается, встать! – приказал Киран, обламывая очередную стрелу, торчащую из тела. – Она жива, ничего не случится! Сотрясение мозга! Оттащи ее в центр, к раненым… О, проклятье, Роберт тоже вышел из игры! Все в круг! Раненых тоже в круг, кто при смерти – бросаем сразу! Готовиться к прорыву!