Аберрация
Шрифт:
— Нет, — Береснев решил не посвящать заместителя директора в текущие события, справедливо рассудив, что это прерогатива начальства. — Просто я отвечаю за безопасность сегодняшнего эксперимента.
— Ага. — Костецки повеселел. — Это хорошо! Тогда встречаемся через час в зоне X.
— Профессор будет присутствовать?
— Нет, он вернется только завтра. У него сегодня заседание в Научном совете ООН!
— Хорошо. Do spotkania, Jerzy! [43] — Виктор кивнул и переключил связь. — Митхун, ты готов?
43
До встречи, Ежи! (польск.).
— Всегда, брат. — Длиннолицый и горбоносый пенджабец на экране сделал приветственный жест. — Мы снова работаем на двоих? — Он выговаривал слова по-русски очень тщательно, однако путал значения.
Виктор из вежливости не поправлял его, полагая, что это сделает кто-нибудь другой.
— Мы сегодня дежурим в зале «Хроноса». Жду тебя через час, брат. Полная экипировка и оружие.
— Я понял, брат.
Береснев с минуту задумчиво смотрел на погасший экран, прокручивая в уме схему зоны X и намечая векторы внимания. Нет, не получится у двоих перекрыть всю зону! Придется ограничиться активным пространством самого эксперимента, а на внешний периметр выставить биотехов.
Затем его мысли переключились на сообщение Зарембы. Кто же все-таки такой, этот чужой? Биотех?.. Антон утверждает, что трекеры определили чужого как человека. Но как мог обычный человек незаметно преодолеть четыре уровня охраны «Хроноса»? Значит, он не обычный. Как «гекконы»?.. Но ведь других «разбуженных» вроде бы не существует. Официально «эффект сурка» запретили к использованию, а технологию забрала себе СКБ. Впрочем, это ничего не значит. Кто-то мог скопировать процесс еще до того, как наложили запрет. Но если это так, сюрприз для «Геккона» может оказаться весьма неприятным. Одно дело бороться с людьми и совсем другое — с себе подобными.
Береснев решил поделиться догадкой с Зарембой, но тот не ответил на вызов интера, а на мысленный запрос «отмахнулся», мол, некогда сейчас. Немного удрученный и встревоженный Виктор поплелся в ближайшее кафе, как по старинке здесь называли пункты питания, расположенные по несколько штук на каждом уровне комплекса.
В круглом помещении было пусто и тихо. Техперсонал комплекса уже успел позавтракать, а научная часть сотрудников, похоже, еще не проснулась. Береснев заказал биотеху-официантке — весьма миловидной, но совершенно холодной, как Снежная королева, девушке — свою любимую яичницу с луком и помидорами, стакан грейпфрутового фрэша и уселся за столик лицом к входу. Он всегда садился так — с детства терпеть не мог находиться спиной к двери, казалось, что тогда кто-нибудь обязательно подкрадется и сделает нечто неприятное. Но едва Береснев принялся за яичницу, в кафе ввалился свежий и бодрый Счастливчик. В помещении сразу стало шумно и весело, будто зашел не один человек, а дружная жизнерадостная компания.
— Витька, здорово! — Бурков обрушился на соседний стул и энергично потряс протянутую Бересневым руку. — Лопаешь уже?.. Эй, красавица, — обернулся он к Снежной королеве за стойкой, — принеси-ка мне жареной картошки с малосольными огурчиками и стакан чаю, да покрепче!
— Ты чего в такую рань поднялся? — поинтересовался Виктор, уплетая завтрак. — Неужто снова в хронавты нацелился?
— Нет уж, спасибо, — мгновенно посерьезнел Бурков. — Пусть теперь кто-нибудь другой… путешествует.
— И кто же пойдет сегодня?
— Никто. Сегодня мы запустим «туда» биотеха в полной экипировке, как космонавта.
— А зачем? Они же…
— Вот именно! — Анатолий сделал страшные глаза. — Только биотех способен оценить ситуацию «там» беспристрастно и прийти к правильным выводам.
— Да что же «там» такого происходит? — не выдержал Виктор. — Можешь ты объяснить? Чего вы все боитесь?
— Объяснить, увы, не могу. Амнезия, — вздохнул Бурков. Потом, оглянувшись для чего-то, словно желая убедиться, что за ними никто не следит, тихо добавил: — Это надо увидеть и… прочувствовать самому. «Там» всё — другое… И у нас очень мало времени, чтобы понять, что произойдет, когда состоится Большой Прыжок.
— Ну, хоть намекни, кого или что ты там увидел?
— Себя, солдат, себя родимого! Кого же еще?.. — уже громко хохотнул Анатолий, подцепил на вилку огурчик и громко захрустел.
У Береснева враз пропало желание продолжать разговор, он уже жалел, что начал его. Некоторое время оба молча и сосредоточенно расправлялись со своим завтраком. Виктор закончил раньше и, торопливо поднявшись, извиняющимся тоном сказал:
— Увидимся в зале «Хроноса», Счастливчик. Не опаздывай.
Вызов Зарембы настиг его в лифте.
«Виктор, ты на месте?»
«Нет, в пути…»
«Поторопись! Трекеры зафиксировали еще трех чужих. Похоже на вторжение!»
«Вдвоем нам не перекрыть все векторы внимания в зоне X. Нужен еще один „геккон“…»
«Свободных нет — ты знаешь. Надеюсь, до настоящего боя не дойдет. Конец связи!»
Береснев вышел из лифта на «нулевом» этаже, где располагался вход в зал «Хроноса», и нос к носу столкнулся с Митхуном. Пенджабец в точности выполнил указания Виктора и выглядел теперь как боевой киборг из древних фантастических фильмов — пластинчатый доспех, шлем HMD*, плоский ранец компьютерного комплекса и турель страйкера на правом плече.
— Я готов, брат, — Митхун поднял руку в традиционном сикхском приветствии.
— Хорошо, брат, идем.
Зал «Хроноса» кипел жизнью. Дежурные техники и операторы в защитных скафах сновали по всему гигантскому пространству вокруг циклопических колонн генератора риманова пространства. Команда Ежи Костецки почти в полном составе толпилась за подковой пульта управления. Не было только самого заместителя директора и Счастливчика Буркова. У самого входа, заложив руки за спину и покачиваясь с пяток на носки, стоял Викк Ван Дамм и наблюдал за происходящим со своим излюбленным мрачным выражением на обрюзгшем лице.
Береснев вежливо поздоровался с главным инженером и поинтересовался:
— А вы что же, не участвуете в эксперименте?
— Я не участвую в авантюрах, молодой человек! — Голландец гордо выпрямился, и от этого его объемистый живот стал еще больше.
— Но ведь профессор одобрил…
— Ничего подобного! Это все — инициатива его безответственного зама. И я обязательно отмечу сей факт в своем отчете!
— Ну, почему же «безответственного»? — невольно вступился Виктор за друга. — Ведь именно пан Костецки, насколько я знаю, решил проблему энергообеспечения «Хроноса» и успешно провел эксперимент по заброске человека в другое пространство.