Абортарий
Шрифт:
Цивилизация не пришла в упадок. Женщины очень быстро сообразили, что отныне задаривать и покупать их некому. Вместо оружия, машин и техники мировое производство переориентировалось на совершенно другие потребности. Магазины битком набили всякой дрянью – косметикой, парфюмерией, шмотками и бижутерией. На поверку – Золотой век феминизма оказался возможен только после практически полного истребления мужчин. И слово «практически» здесь очень важно, потому что крайне показательно, чтобы один да остался.
Смотрел, обалдевал и просил пощады.
Под чутким руководством женщин и мнимым командованием деда город Киев стал закрытым. Сегодня в нем проживает около пяти миллионов населения, а ежедневные утраты рожениц восполняются с остальных городов планеты.
В радиусе пятисот километров от Киева нет ни одного завода, фабрики или дымящей трубы. Снабжается город извне, по электрическим магистралям, пронизывающим окрестности во всех направлениях. Огромный гипермаркет, в котором я чешу загривок – заброшен, полуразвален и находится на отшибе городской черты. Сколько горючего хватило, туда и доплелся.
Впрочем, об этом тоже позже.
Ну как, тушки, снова заинтригованы?
***
Еще до того, как усесться своим калорифером за письмо, я решил следующим образом: первая тетрадь – это описание причин, по которым мне наследственно предначертано поселиться в холодильнике и зажить беспечной отшельнической жизнью; а вторая – рассказ, почему я наконец-то сделал это. Рассказ о том, что стало последней каплей.
Третья – теперешний быт. Мое заслуженное заточение и наказание.
Ну, туши, смею надеяться, по ходу дела вы втемяшите. Хоть и слишком уж выпотрошено вы выглядите, не в упрек будь сказано.
***
К тому же, от вас не убудет, если я буду повторяться или забываться, перескакивая с темы на тему, как резвящийся горный козлик.
***
В непосредственной близости от «Пенисного кольца» находится Дом Матери. Главное акушерское, гинекологическое, неонаталогическое и фетологическое учреждение страны. Много умных слов, но, по сути, там занимаются женским здоровьем в связи с беременностью и родами.
Папа и тут едко пошутил, окрестив Дом «Патан-кабаком».
– Ничего не скажешь, зданьице масштабное, – насмешливо замечал папа. – Так и давит своей монументальностью. Все, что есть новейшего для сохранности бабьего передка – собрано здесь. Не удивлюсь, если штатом числится треть Киева.
К слову, Иена тоже там работала. Вылавливала моих прихвостней и сортировала по степени полноценности.
Еще когда дед был жив и заправлял «батончики нугой», стали ходить слухи, что в Доме изобрели некую сыворотку вечной молодости и красоты.
Папа долгое время пытался выудить информацию об этой сказочной сыворотки. Но так ничего и не узнал. Чему я ни капельки не удивлен, учитывая его методику расспросов и общение с женщинами в целом.
– Ладно, пес с ними, – заявил он однажды, махнув рукой в сторону Дома. – Все равно половина обрюхаченного состава до сих пор мрут, как мухи.
***
Папа часто любил повторять, что в мире нет абсолютных бездельников. Потому что само безделье – тоже немалый труд. Особенно, если находишься в постоянном окружении женщин. Пардон, баб.
– И тем более, – добавлял он, – если нет даже надежды, что, кроме баб, может появиться кто-нибудь еще. Мужчина, например.
Наше с папой относительное ничегонеделание использовалось на воспитание и болтовню. По известным причинам я не учился в школе, репетитором и наставником числился отец. Отчего я и ходил постоянно в синяках и ушибах. И нахватался всяких гадких словечек.
Но вот уже более пяти лет, как папы нет. А мертвые, как известно – не словоохотливы. Впрочем, я чувствую, что многое из наших бесед отлично отложилось в моей памяти, и вам, туши, это будет не безынтересно.
Вот, например, что он сказал незадолго до кончины:
– Сынок, ведь поверь мне, веселого мало. Когда я дам дуба, ты останешься единственным мужчиной на планете. Подумай об этом…
Я и думаю. Думаю, думаю, думаю.
И пришел я пока лишь к одному выводу – веселого и вправду мало.
***
Что случилось с мужским населением, доподлинно неизвестно. Есть множество теорий, домыслов, слухов. Все они скудны, мутны, противоречивы и, разумеется, не дают развернутой картины. Так всегда, когда информация исходит от любителей сплетен и пустопорожней трепотни.
Непреложным фактом остается землетрясение, которое затронуло все уголки планеты. Одни заявляли, что его спровоцировала диковинная комета. После нее в небе несколько дней мерцало зловещее зеленоватое свечение. Оно и послужило причиной демографической катастрофы.
Другие же доказывали, что комета приплетена необоснованно. Будто именно землетрясение спровоцировало катастрофу на секретном объекте, и оттуда ядовитые испарения распространились в воздухе по всему миру.
Но, так или иначе, спустя неделю вся компания фертильных мужчин, населявших Землю, стала удобрением для почвы.
***
Тем, что человеческий вид не стал последователем дронтов и маврикийских чубатых попугаев, мы обязаны моему прадеду. Хотя для этого ничего героического, на первый взгляд, он не совершал. Наоборот, думаю, будь у него возможность выбора – он сто раз подумал бы.
А вышло так. Мой прадед выпал с вертолета, пока фотографировал разрушения саркофага на Чернобыльской АЭС.
***
Когда колебания земли утихли, прадед вместе с группой специально обученных самцов отправился исследовать степень разрушений. Он был кем-то наподобие штатного фотографа.