Чтение онлайн

Дама с рогами кивнула.

— Значит, вы с нами. Уже хорошо. Николь, время?

— Тринадцать минут на эвакуацию персонала в земли Дворца Голд, — отозвалась девушка с тремя глазами. — Еще минут десять на сбор маны для транзитного телепортационного тоннеля в Титардо.

— Что же, сира Сохо, — Фелисити кивнула, ощутив хоть какой-то контроль над ситуацией. — У вас есть двадцать три минуты на принятие решения.

После слов главной экс-супруги Аида в рубке управления резко изменилась атмосфера. Напряженное молчание сменилось деловой суетой, в которой каждая из жен знала, чем заняться.

— Что вы сейчас вообще делаете?

— Зарабатываем на жизнь, — у целительницы от нервов дернулась щека. — Покажем всему миру, каков наш старый козел на самом деле! Пусть все знают, почему мы от него уходим. А уж за прямую трансляцию боя с Джоном Голдом медиахолдинги Великих Домов нам уже по несколько миллиардов предлагают.

Вдоль стен загорелись экраны внешней системы наблюдения клановой крепости. Сидящие в креслах операторов контроля пространства экс-супруги Аида с нескрываемым удовольствием комментировали бой Джона Голда против их бывшего мужа.

Женская месть страшна. А уж если обиженные представительницы прекрасного пола добрались до прямого эфира в сети вещания Титардо, то репутацию мужчины уже ничто не спасет.

На безжизненной равнине, находящейся за пределами локации “Города Мертвых”, разошедшийся не на шутку Император сражался с Джоном Голдом. Старик имел три класса: дуэлянт, стрелок и оборотень-хаосит — превращающие лучшего Императора поддержки во всем Титардо в бойца-универсала средней руки. Шестирукая краснокожая образина с рогами на голове и клыками во рту с трудом соотносилась с повседневным скромным образом Аида.

Бой шел уже минут десять. В одной из рук уже раненный Император держал шпагу-реликвию, способную за долю секунды удлиняться до сотни метров. Старик орудовал ею как сверхскоростным копьем. Еще одна рука держала пистолет-мортиру, непрерывно стреляя из него разрывными снарядами. Вторая пара конечностей плела заклинания с немыслимой скоростью, пока оставшаяся пара рук прикрыла владельца артефактными щитами.

С выбитым в ходе боя глазом Аид сражался на предельной скорости. Стрельба Императора разрывными снарядами походила на ковровую бомбардировку. А шпага-копье мелькала с немыслимой скоростью, выглядя как блик на кадрах. Землю, камни, деревья — это грозное оружие прошивало насквозь любое препятствие. Заклинания срывались с крючковатых пальцев старика, летя в Джона по невероятным траекториям. Они то замедлялись, то ускорялись. Темп боя нарастал!

Сильнейший Ратник сражался с величайшим Императором поддержки за всё время существования Титардо. И чем дальше, тем более диковинным казался их бой.

Залитый кровью Аид иссушил атакой рукотворное озеро, а Джон в следующий миг мимоходом его восстановил. Да так, что даже сдутый ударной волной песчаный пляж вернулся на место! Взорванный холм, поднявший в небо фонтан из камней и мертвой почвы, прямо на глазах собрался в единое целое, приняв свою прежнюю форму. Мертвое становилось вновь живым. Воплощение разрушения в лице легендарного Императора столкнулось с силой рекурсии Джона Голда.

“Самый нечестный бой в истории миров Титардо!” Именно под таким заголовком Фелисити с довольной ухмылкой запустила трансляцию в медийную сеть Титардо. Великие Дома в финансовом плане оказались крайне сговорчивыми, когда речь зашла о бое сира “Царство Мертвых” с “Убийцей Императоров”. Это фактически первый настоящий бой между Джоном Голдом и Императором.

Всему миру Титардо интересно, сможет ли Джон оправдать свое прозвище.

* * *

Нечестность…

Джон “рекурсировал” свои собственные раны.

Аннулировал свой расход ауры и маны.

Сводил на нет атаки по местности, восстанавливая ландшафт за считанные доли секунды.

Забытый богом Император сражался с человеком, чьи действия отрицали всякую логику.

— У меня нет времени! — Джон орал на Аида, не прекращая атаки. — Прямо в эту секунду новая Воля Мира Земли объединяет свои силы с мироправителями Зараженных. И те и другие теперь в курсе, что существует синк, оружие массового поражения против Зараженных, созданное в Иштаре. Мироправители собираются окружить и уничтожить мой город, мой клан и Дворец одной мощной атакой сверхсуществ, собранных со всех уголков мира Земли!

С камер внешнего наблюдения было прекрасно видно, что, приковав к себе внимание Аида, “Убийца Императоров” намеренно тянет время. У старика от застилавшего взор гнева аж глаза налились кровью!

— Да услышь ты меня наконец! — Джон отразил мечом атаку шпагой.

Сейчас он делал всё от него зависящее, дабы у людей, запертых в клановой крепости неподалеку, появился шанс убраться отсюда подальше. Телепортационная установка ежеминутно отправляла десятки людей в Иштар.

— Я чувствую, как сотни природных порталов открываются на границе территорий Дворца Голд и Воля Мира перебрасывает армии Зараженных на территорию России.

— Плевал я на твой мир, Джон Голд! Плевал на твой вшивый Дворец и Зараженных! — Император направил остриё лезвия на грудь противника. — Пока ты жив, Нуминор не возьмет себе нового эмиссара. А им могу быть только Я! И никто другой! Величайший в истории властитель царства мертвых.

— Гордыня, значит, — Джон отбил выстрел из пистолета-мортиры, направив его в воздух с помощью искривления пространства. — Ты не слышишь голоса чужой души… Да и не слышал никогда. Эгоизм не дружит с честностью, а значит, и с древней магией.

После этих слов атмосфера на поле боя резко изменилась. Это почувствовали и жены Аида, издали следившие за сражением. Старику наступили на настолько больную мозоль, что и представить страшно. Легендарный Император, проживший в пятьдесят раз дольше обычного Пробужденного, так и не владел ни древней магией, ни “душевным диалогом”, ни сверхнавыком “Властителя Слова”.

От переизбытка чувств Аид не мог вымолвить ни слова. Эманации в его ауре сменились с клокочущей жажды крови на чистую, ничем не замутненную ненависть. Здесь, во всеми богами забытой Антарктиде, в захудалом мирке, находящемся на обочине цивилизации, Аид встретил во плоти “несправедливость судьбы”. Гремучая смесь из ранее неосознаваемых чувств, уже давно обитавших в сердце старика, наконец приобрела форму….