Чтение онлайн

Желаю присутствующим не хворать. А что насчет нимфетки, так представляю, сколько бы сил я потратил, доказывая компетентным органам адекватность моего воздействия на убегающего дядю, особенно при условии возникновения у него инвалидности, наличия влюбленной в него деточки и полного отсутствия сопротивления с его стороны. А слова подруги… Так ведь окажется, что она темноты боялась и ей просто скучно было своей очереди ждать, вот она и пошутила, а я, идиот, — хотя вот это фигушки, к этим-то уж точно никак не отношусь! — вписался… Так обычно бывает, когда гордые сыны гор приносят в суд купюры, произрастающие на деревьях в их благодатном крае, и правда тут же становится никому не нужна.

Но все эти доводы рождены холодной головой. Если когда-нибудь ко мне вновь выбежит девочка и скажет, что ее подругу утащили дефлорацией заниматься, то знакомый до боли лысый человек зальет глаза кровью и вновь начнет нюхать воздух и вытаптывать зеленые насаждения в поисках врага. Беда, одним словом.

А вот вам еще один любопытный случай.

Находясь за городом, зашел я поутру к товарищу. Он приехал с супругой и маленькой дочкой, у которой резались зубки. Товарищ мелкий, жена его тоже обезжиренная. Постучал я к ним, приятеля нет, а дама мне и говорит:

— Дочка ночь плохо спала, пару раз плакала. Так неловко… У нас за стеной прокурор живет, а он такой крикливый и постоянно пьяный, уже пару раз орал, чтобы мы тут заткнулись.

— А какой он из себя?

— Выше тебя почти на голову, зализанный весь, с цепурой в палец толщиной и ездит на «ландкрузер-Лексусе».

— Опаньки… Это ж надо так много работать…

Вдруг ребенок всхлипнул, сразу, впрочем, замолчав, а из-за двери тут же донесся рык:

— Вы чего там, животные траханые, быстро заткнули своего выблядка и…

Далее последовал крепкий пинок в дверь. Меня словно крыса за член укусила! Вылетаю в коридор, а там стоит рыхлый долговязый детина с похмельным лицом. Увидеть именно меня он явно не планировал.

— Что ты тут шамкаешь? — спрашиваю я этак вежливенько. — У тебя что, детей не было, у которых зубы режутся?

— А ты кто, а что за дела?.. Нет, давай поговорим! Ты чего на меня орешь, давай поговорим.

— А о чем мне с тобой, с пидором, говорить, если ты чужого ребенка таким словами называешь?

Я повернулся и зашел в комнату. Минуты через три стук в дверь.

— Что тебе? — спрашиваю.

— Выйди — поговорим.

Выхожу, и тут прямо мне в табло летит приклад карабина.

Я благополучно ушел от удара, чем очень расстроил дядю. Этого-то он уж точно не ожидал.

Он отскакивает от меня, передергивает затвор, из него выпадает полноразмерный винтовочный патрон.

— Убью, так-перетак, на колени, мля, фля, хрю!..

Прикинул: до него более трех метров. Если ринуться — прострелит этот мразеныш навылет, причем ровно с перепугу. Да, дистанция была выбрана безукоризненно, здесь он молодца, будь он хоть на метр ближе, писал бы я вам уже из «Крестов», а его, сердешного, потрошил бы патологоанатом.

— Стреляй, сука, если уж достал волыну, но вот с коленями ты погорячился. Короче, стреляй быстрее, или я тебя просто… ну, употреблю неоднократно и в крайне извращенных формах, если культурно сказать.

Стоит он, трясется, целится. У меня даже точка на груди зачесалась — та самая, куда пуля должна была влететь.

Но тут бежит его баба и верещит, как пилорама поутру. Он жопой-жопой — и к себе в номер.

— Лады, — говорю, — товарищ ответственный работник. Сейчас мы проверим наши с тобой возможности.

Набираю номерок коллеги из компетентного органа и прошу:

— Привет. Тут один представитель прокуратуры пытается в меня стрельнуть. Вам из Питера не доехать, дерни-ка ментов из областников. Просто мечтаю ему карьеру подпортить.

— Сейчас дам команду — жди.

А в это самое время похмельный дядя вместе со своей сисястой кобылой прыгал с балкона, благо первый этаж, и крался к своему «лексусу», побросав вещи. В итоге он сбежал, менты были развернуты с полдороги, а данные его паспорта попали на стол к кому следует.

Никакого заявления я, конечно же, писать не стал, но мне был обещан контроль разбора.

И самое главное с радостью заметил, что не испытывал никакого мандража, ни страха, ни сомнений, кроме холодной ярости, — ничего! А ведь это был реальный ствол, направленный реально в табло.

А теперь вспомните, как моргается с перепугу, когда долго не спарринговал, если, конечно, вы знаете, что это за штука такая — спарринг.

Так что наш подход в психической подготовке реально работает.

Схватка происходит лишь тогда, когда она неизбежна в силу ваших этических и нравственных представлений о жизни.

А насчет того, что на вас покажут и вас поймают… Совершенно верно: вас и поймают, и посадят, и сидеть будете. Вот это и есть ответственность за содеянное. А теперь представьте, насколько вескими должны быть аргументы в пользу драки. Но как только вы их, аргументы эти самые, прочувствуете — прочь досужие сомнения, переживания и прочие бабские прокладки с крылышками! Будет ровно то, что будет, а дерзким дебилам перманентно везет. Я тому пример.