Чтение онлайн

Ашот отвел свои маленькие глазки в сторону и как-то сразу потух.

– Я думаю, лучше тебе узнать об этом самой… в свое время…

– Что-то нехорошее, да?

Девушку передернуло от необъяснимого мерзкого предощущения.

– М-м-м… как посмотреть….

Диана поняла, что больше от коллеги ничего не добьется.

Мы не забыли о следователе, о Павле Борисовиче Катаеве, и его работе. Нет! Просто все это время ничего не происходило. Никаких ярких оперативных мероприятий, никакой разработки, вообще никаких заслуживающих внимания версий убийства не находилось.

Правда, выяснилось, почти случайно, что на вечеринке «А. Д.» была некто Лилия Сафонова. Гражданка Сафонова в «А.Д.» никогда не работала. Кажется, только пыталась устроиться – ее увидела и запомнила HR-менеджер. Кроме того, Лилию несколько раз видели с Дианой Захаровой. Той самой, которая первой обнаружила труп. Об этом сообщила Анна Розенталь, офис-менеджер регионального отдела продаж, которая тоже вспомнила, что видела на вечеринке Сафонову. Вернее, Розенталь первая рассказала о том, что видела девушку, которая знакома с Захаровой. А персональщица потом сообщила ее анкетные данные.

Катаев чувствовал, что каким-то образом Сафонова замешана во всю эту историю. Может, сама о том не подозревая.

Следователь вызвал Сафонову для беседы. Она явилась. Сильно нервничала. На вопрос Катаева, какими судьбами ее занесло на чужой корпоратив, сбивчиво излагала, видимо, заранее продуманную легенду: хотела устроится в «А.Д.», прошла уже два собеседования, но взяла тайм-аут, чтобы подумать, воспользовалась случаем получше узнать коллектив компании.

– Вы были знакомы с Мандельштейном?

– Нет.

– А с кем из «А.Д.» вы знакомы?

– Н-н-н… ни с кем…

– Повторяю вопрос: «С кем из сотрудников „А.Д.“ вы знакомы»?

– Так, кого-то знаю, не очень близко…

– Диана Захарова?..

– А?

– Вы знакомы с Дианой Захаровой?

– Какое это имеет значение?!

Катаев не выдержал и взорвался. Эта дамочка его бесила.

– Такое, дорогая моя! Такое значение! Вы приходите на вечеринку чужой компании, где у вас только одна, но достаточно близкая, по моим сведениям, знакомая, Диана Захарова, и на этой вечеринке убивают босса компании, причем труп обнаруживает кто? Правильно, наша знакомая Захарова.

– И… что?

– Нет, это вы мне объясните, что, как и почему!

Лилия заплакала.

И Катаеву стало стыдно за свою грубость, несдержанность.

– Я… хотела с ней… помириться. Вот… а она… даже разговаривать со мной не стала! Увидела меня, развернулась и… ну, я тогда побежала вниз по лестнице и на улицу.

– Извините меня, пожалуйста. Во сколько это было?

Со слов Лилии выходило, что она покинула мероприятие задолго до предполагаемой гибели Мандельштейна. Она поехала в спортбар, там работает знакомый, он может подтвердить. Смотрели футбол, «Зенит» играл с москвичами.

– И какой счет?

– Один-ноль в нашу пользу.

– А кто забил гол?

– Аршавин.

«Похоже, не врет», – подумал Катаев и Лилию отпустил.

Странно только, что Захарова ничего не рассказала про Сафонову. Хотя следователь спрашивал – были ли посторонние на вечеринке?

Или не странно. Странно было бы, если бы рассказала.

Катаев сидел за своим столом, обхватив голову руками, и пытался думать. Женщины, женщины… cherchez la femme, так говорят французы. Ищите женщину. За каждым преступлением стоит женщина. Редко сама, чаще в роли леди Макбет, но тем не менее.

Сафонова… Кто рассказал о том, что Захарова знакома с Сафоновой?.. Какая-то… секретарша?.. Да, точно, секретарша, Юлечка… нет, Анечка! И как-то даже навязчиво рассказала… я ведь и не спрашивал… Надо, пожалуй, еще раз с этой Анечкой поговорить.

Павел Борисович набрал телефон «А.Д.». Он уже выучил его наизусть. Попросил региональный отдел, секретаря Анну. Его соединили. Когда Катаев представился, голос девушки дрогнул.

– Вам прислать официальную повестку?

– Нет… не надо… я сама приду…

Рынок арендного жилья в Санкт-Петербурге весьма обширен. В городе постоянно проживают около двух миллионов приезжих. Они снимают квартиры, комнаты, ютятся в вагончиках, бытовках, некоторые живут прямо в цехах заводов или в складских помещениях. Здесь мы поговорим о квартирах и комнатах. Про пролетарский интернационал, занимающий не приспособленные для жилья помещения, будет совсем другая книга.

Сдают квартиры и комнаты, как правило, коренные петербуржцы. Коренные – значит, те, кто успели получить квартиру от советской власти. Даже если приехали в город на Неве всего за несколько лет до развала СССР. Коренные вымирают, у них больше жилплощади, чем они родили детей, а зарабатывать деньги они не умеют, потому излишки площади сдают. Тем и живут.

В последнее время стало больше арендодателей и другого типа: новых петербуржцев. Они свои квартиры, включая лишние, купили за деньги. На будущее или в инвестиционных целях. Это сейчас так говорят: «в инвестиционных целях». Раньше это называлось спекуляцией, и за нее давали срок. В общем, купили, чтобы потом продать подороже. А пока ждут повышения стоимости – сдают в аренду.

Но кто же арендаторы? О, это весьма разнообразные категории населения! Офисные клерки, студенты, торговцы, воры, проститутки, бездельники, командированные специалисты, иностранные шпионы. И не только приезжие, но и местные. Например, пары и семьи, решившие жить отдельно от родителей.

Нас особенно интересует одна категория, весьма между прочими распространенная.

Две девушки. Очень часто квартиру или комнату в городе Санкт-Петербурге снимают две девушки.

Не то чтобы они пара. Во всяком случае, не сразу, не с самого начала. Просто подруги. Они объясняют это тем, что они подруги, иногда лучшие подруги.