Адамант Хенны
Шрифт:
Увы, дальше пройти они не смогли. Жар стоял такой, что не приблизиться и на сотню шагов. Пламя пело победную песнь – нескончаемую, глумливую… Оно наступало. Что будет, когда оно доберётся до леса?
– Надо уходить, Фолко! – воскликнул Торин. – Мы исполнили один наш долг! Теперь время подумать и о другом!
Фолко со сдавленным криком метнулся было вперёд – однако Маленький Гном ловко повис у него на плечах, мигом придавив к земле.
– Да опомнись же ты наконец! – рявкнул Строри в самое ухо хоббиту.
Гномам пришлось силой тащить Фолко прочь со смертного поля. Сперва Фолко молча пытался вырваться, затем внезапно обмяк, позволяя вести себя куда угодно. Торин тревожно глядел на друга: уж не повредился ли рассудком?
Фолко едва мог видеть что-либо вокруг себя. Глаза застилала чёрная пелена отчаяния. Эовин больше нет… в таком пламени ничто не уцелеет… она погибла… погибла из-за него…
Его второе зрение отказало сразу и напрочь, едва только повозка пересекла границы огненной дуги. Значило это всё, что угодно: девушка мертва, и пламя сейчас глодает её кости… или в огненной стене скрыто некое чародейство…
Ни харадримы, ни перьерукие не преследовали четвёрку, по горло занятые истреблением друг друга.
Давно остались позади истерлингские степи и голубые леса Прирунья. Перед Санделло лежал восточный Мордор – заброшенная, опустевшая земля. И без того скудная, она хоть и плохо, но кормила осевших на ней после падения Барад-Дура мордорских орков, сменивших меч воина на плуг пахаря или кельму строителя. Десять лет назад все здешние племена, вспомнив былое, дружно поднялись, встав под знамёна вождя Эарнила. С ним они шли от победы к победе, покорив Запад, дойдя до последней эльфийской крепости – где и нашли свою гибель. Выведенные Олмером из боя истерлинги наслаждались плодами долгожданной победы в каменных городах Арнора, а орки… орки двинулись за своим вождём на решающий приступ и оказались в самом сердце чудовищного взрыва, когда Серые Гавани погибли вместе с торжествующими победителями.
Земля Мордора после этого совсем опустела. И если в истерлингских степях оставшиеся знали, что их сыновья, братья или просто родовичи живы-здоровы в новой могучей державе – королевстве Терлинга (каковой уже успел объявить себя законным наследником короля Элессара), то обитатели Мордора так же твёрдо знали, что их близкие стали кормом для рыб…
Горбун въехал в приграничную деревушку. Орки, как и хоббиты, неохотно расставались с многолетней привычкой жить под землёй и дома строили лишь в силу необходимости. В северо-восточном Мордоре – пустынной, всхолмлённой земле – было мало лесов, и дома поневоле возводили из камня.
Санделло спешился. Деревенька ему встретилась крошечная – лишь десяток домов, из которых три явно заброшены. А в остальном… селение «кровожадных» орков, столь долго наводивших ужас на всё Средиземье, ничем особенным не отличалось, скажем, от дальних выселок истерлингов-пахарей. Те же дети, играющие по краям единственной улочки, те же старики, греющиеся на солнце…
Сидевший возле крайнего домишки старый орк, подслеповато щурясь, вгляделся в застывшего пришельца, окутанного чёрным как ночь плащом. Вгляделся – и внезапно дёрнулся, как от удара, сделав попытку вскочить и поклониться. Правая нога не гнулась, рассечённая клинком, – орк пошатнулся, нелепо взмахнул руками, пытаясь удержать равновесие, и…
Твёрдая рука Санделло поддержала старика.
– Господин… господин… – прохрипел орк, с ужасом глядя в лицо горбуна.
– Времена изменились, Горбаг, – спокойно заметил старый мечник. – Тебе не следует называть меня «господином».
Орк оскорблённо выпрямился, глаза блеснули гневом.
– Я служил великому вождю Эарнилу. Я знаю, кто был его правой рукой! И до смерти своей не забуду этого! И я помню, как надлежит обращаться к командиру!
– Тогда я приказываю тебе забыть об этом, – вздохнул Санделло…
– …Так вот мы и живём с тех пор. Ни один из парней с войны не вернулся. Один я, калека, которого не взяли в последнюю атаку! – Горбаг опустил голову, чёрные волосы упали на плоское, иссечённое рубцами лицо. Санделло знал, что на этом лице оставили свои метки и стрелы роханцев, и копья гондорцев, и мечи Арнора…
Они сидели в небольшом домишке старого орка, за древним, потемневшим от времени дощатым столом. Невольно горбун подумал, что точь-в-точь такой же стол, покрытый царапинами, изрезанный ножом, никогда не знавший скатерти, был у него самого в брошенном на произвол судьбы доме – там, на северо-востоке, в цитадели Олмера…
– Ты знаешь что-нибудь о дороге на юг? – Санделло расстелил на столешнице карту. – Мы проходили этими краями, но сильно восточнее… Мне не хотелось бы делать крюк.
– Было дело – заратились с Кхандом, – прокряхтел Горбаг. – Теперь никто и не упомнит из-за чего. Кто-то на кого-то набегом пошёл, другие – в ответ… Порубили друг друга, да при своих остались…
Санделло терпеливо слушал.
– Это я к тому, что до Южной Стены дорога чистая, а вот дальше, через Кханд, можно и не проехать. А у нас запросто… Вот только надо западнее взять. Здесь деревень наших мало.
Они замолчали. Старый орк опустил глаза – тяжёлый, пронзающий взгляд Санделло, казалось, проникал в самую глубь мыслей. Гость как будто хотел что-то спросить, уже и рот открыл – но отчего-то одёрнул себя, недовольно скривил тонкие бледные губы и промолчал.
– На ночлег-то… – заговорил было Горбаг, но мечник уже поднялся:
– Благодарю. Мне пора.
Слегка кивнув в ответ на низкий поклон, Санделло шагнул за порог.
Опытный взгляд бывалого воина вновь обежал деревню. Да… С такими сейчас много не навоюешь. Мальчишки! Учить их ещё и учить…
Появление горбуна в деревне, разумеется, не осталось незамеченным. У жилища Горбага собрались остальные обитатели – женщины средних лет да старухи. Орки помоложе теснились в задних рядах.
– Ты что же это, бурцгул, опять к нам притащился?
Страшная на вид седая старуха вышла вперёд. Иссечённые морщинами руки, скрюченные от непосильной работы пальцы, ввалившиеся щёки… Но осанка оставалась гордой.
Санделло молча смотрел на говорившую. Десять лет назад он бы… а впрочем, зачем вспоминать, сейчас не то время. С какой стати она должна приветствовать его, уведшего на смерть всех до единого воинов её народа…