Адаптация
Шрифт:
лес, на вид вполне безопасный. Главное, карту местности отыскать. Вот сейчас как возьму - и
уйду! И будут они все локти кусать, жалеючи и слзы горькие проливаючи, что меня потеря-
ли.
Ну, хотя бы кто-нибудь. Может, Парфен пожалеет? Хотя… Что мне от мысли, что он по-
жалеет, если я его даже узнать не могу!
Мда.
Еще немного я поболталась по территории без дела и почитала книгу этикета. Так гля-
дишь, не успеют кисейцы вернуться, как стану образованной по их понятиям девушкой. Это
мысль прямо греет.
Не знаю, чем бы закончилось мо безделье, но тут совершенно неожиданно из ближай-
ших кустов выпрыгнули трое игроков, судя по всему из команды псевдо-хомеров, потому как
всех остальных я уже успела повидать, и бросились к лагерю. На границе остановились, та-
раща на меня глаза.
– Это точно кисейский лагерь? – спросил один из них двух других.
– Да, точно, - подтвердила я. Вместо благодарности на меня наставили дуло игрового ав-
томата – толстое и короткое, в общем, мало приятного.
– Чего же вы хотите, уважаемые гости?
– Где склад?
Так, так, они хотят ограбить кисейцев. А я тут при чм? Кстати, а действительно, где
склад?
Пока я смотрела по сторонам и думала, грабители устали ждать и попытались пробежать
вперд, к палатке. И – какая неожиданность, не смогли, рыча от напряжения, повисели в воз-
духе и мягко спружинили обратно.
– Чрт. У них тут силовая защита, - простонал один из них. Второй плюнул на землю, а
третий уставился на меня.
– Ты, кстати, кто такая и чего тут делаешь?
Даже не знаю, стоит ли отвечать на такой нескромный вопрос от не пойми кого. Я кри-
минальный элемент не уважаю, грабителей не поощряю, хотя отомстить кисейцам, выдав их
припасы, идея как раз в рамках моей мстительности.
Не знаю, хватило бы мне совести их предать, но я вовремя (или не вовремя, смотря с ка-
кой стороны смотреть) подумала, что если я выдам сейчас этим молодчикам кисейский склад,
то как тогда Зеленец оплатит мою аренду? Унция радия, как ни крути, на дороге не валяется,
так что, по сути, эти бравые бандиты - мои конкуренты.
А конкуренции никто не любит.
– Сколько стена продержится? – спросил один из них. Как я поняла, спросил не меня.
– Раз активировалась, почти час.
– Не успеваем.
Третий, с автоматом, видимо, главный, снова внимательно уставился на меня и вдруг вы-
палил:
– Семьдесят на тридцать.
Я опешила:
– Что?
– Тебе тридцать процентов припасов, если отключишь защиту и покажешь склад.
Я подумала и помотала головой. Неизвестно, что выгоднее – тридцать процентов име-
ющегося у кисейцев запаса сейчас – или радий в будущем. Да и не верила я отчего-то этим
молодцам. Бывает так – глаза честные-честные, а веры нету.
Главарь прищурился. На его лбу прорезался белый шрам.
– С нами лучше дружить, - с угрозой заявил он.
Я развела руками.
– Не могу же я дружить со всеми?
Он чертыхнулся и дал команду отходить. Я помахала им на прощание рукой и вздохнула,
признавая свою несостоятельность в делах торговых. Вс я врала. Дело совсем не в выгоде,
просто я не могла предать кисейцев ещ раз. Его не могла предать, неизвестного мне Парфена.
Может, для остальных игроков это было бы не предательство, но по моим меркам – очень да-
же.
Чрт! Неприятно, когда цель не соответствует данным личности, в частности, совести, не
желающей закрывать глаза по дороге к цели. Да, мне нужны деньги, но так я тоже не могу.
О, а нотации от самой себя вообще слушать не желаю!
Прошло больше часа, а ни один из кисейцев так и не появился. Тогда я отправилась на
кухню за напитком. Классная штука, кстати, оказалась, похожая цветом и консистенцией на
густой черничный сок, только освежающий и бодрящий. В общем, приятный напиток.
И вот, сижу я, значит, наслаждаясь очередной порцией, покачиваю лениво ногой и ни о
чм не думаю, как из лесу выносится длинная воздушная машина, белоснежная, с черными па-
нелями, похожая формой на катер, и опускается аккурат на площадке перед палаткой.
Я, конечно, подскочила и насторожилась, потому что машина явно не из тех, которые вы-
давали игрокам. Явно частная. Да и разнообразные нежданные гости, внезапно выскакива-
ющие из лесу, начинают надоедать.
Силовой щит, судя по моим подсчтам, уже перестал действовать.
И точно – на землю из кабинки легко спрыгнула и спокойно прошла границу, которую не
смогли переступить грабители, тонкая девушка в тщательно отутюженном платье, покрытом,
наверное, миллионом аккуратных складочек и с раскраской на лице. Кисейка.
То есть точно я не уверена. Ну а кто еще? Раскраска такая же, только более тонкая, изящ-
ная, более гладко вписанная в мягкий женский образ. Гибкие движения, гордо вскинутая го-
лова с яркими светло-карими глазами, оглядывающими меня с ленивым прищуром.
Молча обойдя меня стороной, кисейка присела под навес на краешек стула и лениво зас-
тучала пальчиками по своему браслету. Кого-то вызывает на связь. Е руки были затянуты в
тончайшие перчатки, сквозь плетение нитей которых даже можно было разглядеть маникюр.