Адвокат СЕКСа

После полудня солнце нещадно палило. Несмотря на разгар рабочего дня, в долине Сан-Фернандо всё замерло. Особенно сильно это чувствовалось в северо-восточном пригороде Лос-Анджелеса – старой доброй Пасадене. Обычно сонный городок сегодня как будто бы и не просыпался. На его улицах не было ни души. Вдоль бордюров безупречно стройными рядами припарковались автомобили. Кажется, за руль этих машин никто не садился ещё со вчерашнего вечера. Куда-то разом исчезли копы, разносчики газет и пиццы.

При желании в Пасадене июльским днём 1998 года можно было бы смело снимать фильм под названием «Город-призрак». Правда, всё, что связано с необыкновенными явлениями, и, в частности, с призраками, как правило, ассоциируется с сумерками, но тут уж ничего не поделаешь. Над Пасаденой вовсю светило солнце.

От жары не спасала даже роскошная крона пальмовой аллеи, высаженная во внутреннем дворе добротного двухэтажного особняка на бульваре Оранж Грув (Апельсиновая роща), который был построен в начале 20-го века. Знойный воздух затруднял дыхание, вынуждая бедных жителей Пасадены искать себе укрытие в достаточно необычных местах.

Энтони Брукс – высокий худощавый подросток с серыми глазами, откинул с лица прядь длинных тёмных волос и одним рывком поднялся на ноги. Всё сегодняшнее утро он провёл на уютной чудесной лужайке, которая служила предметом особенной гордости его матери – домохозяйки Розмари Брукс. Миссис Брукс всё своё время полностью посвящала семье. Вот и сейчас, судя по шуму из кухни, мать не сидела без дела, а, очевидно, готовила обед.

Нет, у них, как у всех жителей их улицы, конечно же, есть прислуга, но Мари предпочитала собственноручно готовить мужу обеды и ужины. Вынув из ушей наушники, с CD-плеером в руках Тони не спеша направился к задней двери дома. Но вместо того, чтобы подняться на второй этаж, где находилась его спальня, юноша свернул в кабинет отца. Расположенный в правом крыле старого особняка, кабинет выходил окнами в сад и в летнее время являлся самым прохладным местом в их доме.

Оказавшись внутри просторного помещения, которое выглядело немного мрачным из-за плотно задёрнутых тёмных штор, Энтони направился к стене, занятой книжными шкафами. Эти массивные дубовые шкафы с застеклёнными дверцами семейству Брукс достались от прежнего владельца дома – некоего мистера Чарльза Бейли. Тот по совету докторов решил на старости лет сменить климат и переехал на Кипр, уступив свой особняк по приемлемой цене адвокату Бенджамину Бруксу – отцу Энтони. Часть мебели мистер Бейли великодушно оставил новым хозяевам.

К подобным вещам в кабинете, помимо книжных шкафов и старинных напольных часов, относились большой письменный стол, изготовленный из дуба; кожаное кресло, вплотную придвинутое к столу; и уже другое, широкое кресло с высокой спинкой. Оно было накрыто пледом в коричнево-зелёную клетку со свисавшей по краям бахромой. Все вещи не только придавали помещению уют, но также служили напоминанием о бренности человеческого бытия: люди уходят, а вещи, сделанные их руками, остаются на своих местах. Старинные часы тикают: тик-так, тик-так.

Следует заметить, что Розмари Брукс с глубоким почтением относилась к работе своего супруга, поэтому, увидев, что Бенджамин в восторге от нового кабинета, она оставила в нём всё, как есть, включая старый плед на кресле. В этом кресле в отсутствие отца любил сидеть Энтони, когда приходил в кабинет за новой книгой. Ведь в комнате Тони на полках стояли в основном книжки о приключениях пиратов, из которых он уже вырос. Бенджамин давно обещал сыну купить для него отдельный шкаф, в котором Тони мог бы хранить интересные ему книги, но пока юноше приходилось пользоваться отцовской библиотекой.

Правда, два шкафа, стоявшие поближе к окну, Тони всегда обходил стороной, так как они сверху донизу были заполнены профессиональной литературой отца, а в двух следующих он с интересом копался, выискивая романы, написанные в жанре фантастики и детектива. В самом конце комнаты стоял ещё один, но уже более узкий шкаф, однако он был вечно заперт на ключ, и Энтони не очень интересовался, что в нём может находиться. В конце концов, ему вполне хватало содержимого двух шкафов с художественной литературой.

Сегодня Энтони повезло. Он с первой попытки обнаружил на полке занятную книгу. Взяв её в руки, юноша не устроился, как обычно, в кресле, а сел позади него на паркетный пол, прислонив голову к обратной стороне спинки и вытянув длинные ноги. Сбоку от последнего шкафа находилось узкое продолговатое окно, задёрнутое узорчатым тюлем. Падавшего из окна света вполне хватало для чтения, и, разморенный жарой Тони, решил не вставать, чтоб раздвинуть шторы на двух других окнах, которые располагались напротив двери. Главное – на полу было достаточно прохладно. А в жару комфорт не имеет большого значения.

Очень скоро Энтони так увлёкся чтением, что вздрогнул от неожиданности, вдруг услышав шум перед дверью. Затем раздался голос отца. Мистер Брукс нетерпеливым тоном сказал, обращаясь к жене:

– Нет, Мари, я пока не хочу ничего пить. Нам с мисс Хейз нужно немного поработать. А ты иди, займись чем-нибудь. Я позову тебя, когда мы освободимся.

– Чёрт, как я мог позабыть, что отец сегодня собирался приехать на обед? – с сожалением захлопнув книгу и разминая свои затёкшие конечности, подумал Энтони.

Уходить из кабинета к себе наверх юноше совсем не хотелось. Но, если отец собрался тут поработать, ему придётся уйти.

– Бен, ты так много работаешь, что временами я боюсь за тебя, – прозвучал умоляющий голос матери. – Чашка кофе позволила б тебе прийти в себя и лучше настроиться на работу.

– Чашка кофе и хороший обед мне понадобятся через полчаса, не раньше. Не отвлекай меня, Мари! – в голосе мистера Брукса послышались явные нотки недовольства.

– Да-да, конечно, – поспешно ответила Розмари, и через секунду послышался негромкий стук её каблуков. Судя по звуку удалявшихся шагов, миссис Брукс направилась на кухню.