Чтение онлайн

Через несколько секунд д'Марья тоже различил слабый голубоватый отблеск, даже не отблеск, а тень — только более светлую, чем окружившая аэрогардов тьма.

Стало еще светлее — Ямада вышел за угол.

— Там еще поворот, — прокомментировал майор, осторожно продвигаясь вперед: плавно, аккуратно, скользящим шагом, так что картинка с его датчика совершенно не дергалась.

Становилось все светлее. Еще поворот. Что у них там за фортификационные зигзаги?..

Внезапно д'Марья почувствовал, что ему стало душно, как будто он сам шел по узкому коридору навстречу неизвестному источнику света, и потолок становится все ниже, а воздух — все плотнее, и ветер усиливается, он толкает в спину и гонит вперед…

После очередного поворота стало совсем светло. Коридор, против ожидания, не сузился, а наоборот, расширился. Стали видны горевшие в потолке плоские плафоны, дающие странный, какой-то призрачный сине-серый свет, при котором не бывает теней и прекрасно заметна структура самого воздуха.

Аэрогарды остановились — видимо, сейчас Ямада командовал жестами. Майор стал поворачивать голову, давая командиру «Ред Алерта» возможность рассмотреть все в деталях.

Д'Марья бросил беглый взгляд на индикатор записи — тот горел ровно — и стал рассматривать коридор.

Ага — вот и двери. Обычные, легкие, но расстояния между ними были значительными, как будто те помещения, куда вели двери, размер имели очень большой.

Чертов коридор впереди снова сворачивал — метров через тридцать.

Аэрогарды остановились возле первой двери. После секундной паузы к ней подошел Зоммер и осторожно приоткрыл.

Д'Марья быстро нажал на сенсор, увеличив картинку с датчика обер-лейтенанта, которая теперь заполнила весь экран.

Светло. В помещении горел свет — такой же, как и в коридоре. Д'Марья различил легкое потрескивание, которое он сначала принял за помехи, но потом увидел, что один из прямоугольных плафонов, треснувший пополам, искрит и мигает, и понял, что треск производится именно им — и треск довольно сильный, раз он слышен через внутренний микрофон бронесферы.

Вопреки ожиданию, помещение оказалось не таким уж большим. Почти целиком оно было заставлено всякой аппаратурой очень архаичного вида — какие-то циферблаты, окошечки со стрелочками, тумблеры, ручки… верньеры, вспомнил д'Марья; несколько могучих зеленых шкафов, на которых в ряд были укреплены бобины с чем-то похожим на древнюю магнитную ленту… стены выкрашены желтой, похоже, масляной краской, на одной из них, аккурат между двумя мощными шкафами нарисован… да, нарисован красный человек, руки подняты к небу, глаза лезут из орбит, на шее — верёвка… неприятно даже смотреть… деревянные стулья и столы, квадратные серые ящики с экранами — телевизоры? — потом ящики без экранов, но с клавиатурами — старыми, не сенсорными и даже не с запрещенными теперь виртуальными, — Зоммер медленно двигался по комнате, на пороге уже стоял Игнатьев… ровные пачки плотных листков бумаги бежевого цвета, еще что-то…

Ага. На облупившейся зеленой краске толстого шкафа большой темно-красный мазок — будто кто-то взял здоровенную малярную кисть, окунул ее в ведро с суриком и маханул по шкафу, приподнявшись на цыпочки: основная часть кровавого пятна находилась метрах в двух с половиной над полом.

Зоммер резко вскинул руку, потом присел, осматриваясь.

Между двумя столами, очевидно, выплеснули остатки сурика из ведра — там виднелась здоровенная засохшая лужа, которая казалась почти черной на белом полу, а брызги заляпали буквально все кругом, и куда-то в сторону идет грязная дорожка, словно проведенная половой тряпкой.

Зоммер приложил автомат к плечу, и теперь д'Марья видел все буквально на мушке. Стол, еще стол… за ним до стены — пустое пространство, что-то торчит… ножки перевернутого стула… осторожно, не спеши… куда это ведут капли?., обойди стол, а что это?

Зоммер опустил автомат и эамер, видимо, рассматривая этот брошенный в углу помещения грязный узел с тряпьем. Д'Марья прищурился, пытаясь разобрать детали картинки, но мешал помаргивающий свет и неприятный, какой-то химический запах.

Д'Марья дернул головой — какой запах? Даже Зоммер не может ничего почувствовать. Вот уж игра воображения.

Д'Марья криво усмехнулся и снова стал смотреть.

Ничего не разобрать. Какое-то тряпье, свернутое и небрежно брошенное… но из-под него торчат ботинки, высокие ботинки, военного образца… но ногам там все-таки поместиться негде.

Изображение ушло в сторону — Зоммер огляделся, кругом ничего примечательного или опасного больше не было, разве что кто-то спрятался в шкафу: обер-лейтенант сделал жест — все чисто — и, повернувшись к куче тряпья, стал осторожно к ней приближаться.

Подойдя поближе, он снова остановился. Нет, это не может быть человек, узелок слишком мал… и даже не узелок, а нечто вроде скрученного грязного гражданского плаща или пальто… а ботинки — что ботинки? Лежат себе.

Зоммер стволом автомата осторожно ткнул в узел. Ничего не произошло. Тогда он еще более осторожно приподнял край тряпки, напоминавшей одежду.

Сначала д'Марья ничего не разобрал. Ботинки оказались на ногах, но дальше ничего не было видно, только какие-то засохшие ошметки, похожие на старую резиновую игрушку-осьминога, которая у капитан-полковника была в детстве и которую бабушка выбросила на ломойку, когда осьминога почти сожрал, а потом чуть не сдох сам, ее любимец питбуль Арсений… да, эти ошметки тоже выглядели так, будто это остатки чьей-то неудавшейся трапезы.

Зоммер наклонился пониже, и д'Марья понял, что ноги в ботинках просто отгрызены или оторваны — в пальто были завернуты только части от ступни до колена. Ошметки… да, наверное, внутренности, это мы уже видели… а вот и рука, и она сжимает приборчик со светящимся зеленым шкалой и кнопкой.

— Обер-лейтенант, не трогать! — крикнул д'Марья. — Позовите майора, дайте ему посмотреть.

Он не сразу сообразил, что Ямада его слышит.

Майор отстранил Игнатьева, быстро подошел к Зоммеру, наклонился над останками — изображение с его датчика стало крупным.

— Конечности не отрезаны, — наконец негромко произнес Ямада. — Я бы сказал, что их оторвали — видите, как измочалены волокна?.. Прибор… да, такой же. И кнопка, кажется, утоплена. Ботинки американские, но давнишнего, прошлой войны, образца. На рукаве полевого комбинезона старой… похоже, русской… формы шеврон, таких я не видел. Все это лежит здесь, очевидно, день, много — два… А вот внутренности, между прочим, не принадлежат человеку, — неожиданно добавил он.

— А кому? — попытался удивиться д'Марья.