Чтение онлайн

Я шагнул к двери, ведущей из кухни, и на глазах у изумленной Юлии склонился к косяку.

— Вы что-то нашли, Валерий Борисович?

— Нашел… — не поворачивая головы, ответил я. — Юля, вы давно открывали окна?

— Нет, недавно. Когда Стасика… провожали. Готовили, плита не выключалась полдня, да еще на улице жара стояла. И мы все настежь пораскрывали. А что там? Я как-то не замечала раньше этой дырки.

— Сейчас посмотрим, — отрываясь от глубокого аккуратного отверстия у самого косяка, сказал я. — Юленька, у вас фонарика не найдется? И какого-то инструмента, если можно.

— Подождите, пожалуйста, я сейчас, — нахмурила брови хозяйка и шустро выскользнула из кухни, бедром чуть задев меня, сидевшего на корточках прямо у нее на пути.

Не успел я пожалеть об оставленных дома «спецсредствах», как молодая вдова вернулась с маленьким фонариком и чемоданчиком инструментов.

— Вот, — выдохнула она. — Еле нашла. Стасик никогда на место не кладет.

«И теперь уже не положит», — подумал я, прилаживаясь так, чтобы в отверстие одновременно с лучом фонарика проникал и мой взгляд.

Наконец это удалось, и в глубине пещерки что-то тускло блеснуло. Впрочем, почему «что-то»? Уже все ясно, по-моему.

— Там пуля, Валерий Борисович?

Я оторвался от своей скважины и с уважением посмотрел на молодую женщину. Юля сидела за кухонным столом, подперев ладонью щеку, и смотрела на меня спокойно, внимательно и серьезно.

— Выстрела не слышали?

— Нет. А в кого стреляли, когда?

— Видимо, в вас, Юленька. Почти наверняка — в день поминок. И почти наверняка — вон из того дома. — Я показал фонариком за окно.

Метрах в ста пятидесяти от дома Судаковых, за хоккейно-футбольной площадкой и маленьким садиком, едва слышно гудели, проносясь мимо, автомобили, а еще дальше, на противоположной стороне улицы, возвышалась длиннющая шестнадцатиэтажка.

— Сейчас мы ее попробуем достать, — снова заговорил я. — Только, с вашего разрешения, придется еще немного подпортить вам стенку. — Хозяйка кивнула. — А вы пока найдите, пожалуйста, новый полиэтиленовый пакетик, хорошо?

Юля опять кивнула, я раскрыл чемоданчик и начал отбирать нужное.

Пока я рассверливал дырку и пинцетом извлекал засевшую в стене пулю, мы успели договориться о расценках, а проворная русалочка даже разлила по фирменным стаканам «Туборг».

Наконец пуля была водворена в прозрачный смирительный костюм. Юля шагнула ко мне поближе и молча разглядывала кусочек металла пару минут. Я не мешал ей.

— Странно, — сказала она, беря в руки поднос и направляясь в зал. — Эта дрянь летела, чтобы убить меня… Не по себе, конечно, и все-таки… обычно как-то…

— Страсти-мордасти — только в боевиках да сериалах, — отозвался я, пряча вещдок в карман и следуя за ней. — А на самом деле убивают нас уныло и буднично, Юля.

Пока она расставляла на столе бокалы и блюдечки с орешками, я начал осматриваться. На окне, как и в кухне, — решетка. Балкона нет.

Диван, кресла, стенка. Книги. Много.

А вот, кажется, и фото хозяина стоит за створкой книжной полки: веселые глаза, черные длинные волосы стянуты в пучок, реденькая бородка, в руках — афиша: «Валерий Меладзе. Билеты… Начало…».

— Мне тоже этот снимок нравится. Весной Стасик эти концерты организовывал. Больше я его вот так, крупным планом, и не фотографировала…

— Тогда одолжите мне это фото, Юля.

— Да берите, я много заказала… Ой, Валерий Борисович, пиво греется, садитесь! Включить что-нибудь? — Она взяла в руки пульт.

— Включите. — Я улыбнулся, подсаживаясь к маленькому столику — Только негромко.

Рыбка вновь удивила меня. Музыкальный центр в углу ожил, и зазвучала виолончель… потом альт…

— Постойте, это… Чайковский?

— Да, — уютно сказала она. — Вариации на тему рококо. Ростропович играет, старая запись. Вам нравится?

— Приятно. Я в детстве классику не очень-то уважал: «Хоть сломай о спину палку, не пойду я в музыкалку!» — Юля рассмеялась. — Теперь вот ностальгирую… или к истокам возвращаюсь.

Но как следует окунуться в истоки не удалось: надо работать. Клиент платит повременно, а халтурить я не люблю.

Через десять минут, поблагодарив хозяйку за кофе и настоятельно порекомендовав пореже бывать (и, боже упаси, не ночевать) дома в ближайшие дни, я уже шагал в сторону ближайшего сквера.

Довольно скоро мне попалась практически нетронутая уличными вандалами более-менее уединенная скамейка, я присел и достал свой сотовый талисман.

Нужный мне знакомый ответил сразу же:

— Маликов слушает.

— Саша, привет!

— Валера, это ты?

— Н-ну… практически я.

— Ха-ха! Силен. Как жив?

— Пригласи — расскажу…

— Опять по нужде звонишь? — как всегда, немного растягивая слова, промолвил Александр.

— Александр Сергеевич, ваша интуиция неподражаема. Так я зайду?

— Заходи. У меня как раз обед через двадцать минут, так и быть, беру тебя на хвост.

— Все, еду.

Сашка ждал меня у ворот своего Управления, и мы потопали в ближайшую кафешку с подходящим названием «Встреча».

По дороге я в двух словах упомянул о новом деле, а затем изложил свою просьбу насчет пули:

— Саш, меня бы очень устроило, если бы ты по этому кусочку металла рассказал побольше не только об оружии, но и о его хозяине.

— Х-хе! — криво усмехнулся Сашка в черные усы. — А от кого беременна его дочка, узнать не надо?

— Не помешает, — кивнул я, вместе с Маликовым подходя к стойке.

— Ладно, попробуем. Только тогда рассиживаться нам здесь некогда: пять минут — и назад… Девушка, — обратился он к торчавшей за стойкой лупоглазке, — нам по порции сосисок, один кофе и… — Он повернулся ко мне: — Тебе какого пива?