Агент Тартара
Шрифт:
— Они отправили проводников, — перевел Киму Фор. — Они отведут людей Поселения к Заброшенным колодцам... Там есть запасы пищи и топлива... Но идти придется пешком — здесь плохо с транспортом...
— А о каком расстоянии идет речь? — спросил агент.
— Примерно полторы сотни километров, — пояснил Фор. — Это недалеко по здешним понятиям.
— Но там будут и дети, и, возможно, больные...
— Если все обойдется, то можно будет использовать транспорт из Поселения, — заметил Ган.
Фор бросил в микрофон еще пару слов и отключил передатчик.
— Все, — решительно сказал он. — Теперь...
И тут же тихонько запел сигнал вызова. На этот раз — из карманного блока связи. Ким включил прием и поднес трубку к уху.
— Это Валентин, — со вздохом облегчения ответил он на немой вопрос устремленных на него трех пар глаз. — Нам пора прощаться, Кэн.
— Наши потери — двое раненых, — доложил Таннер. — Оба из той тройки, что была блокирована вместе с заложниками. Они прекрасно справились с заданием, и я буду ходатайствовать о награждении всех троих. Среди заложников потерь нет. Террористы уничтожены полностью. Потери экипажа лайнера — двое: капитан и офицер. Погибла одна пассажирка — Крамер. Глубокая гипотермия... Реанимация не удалась. Пятеро пассажиров... Их, я думаю, следует считать пропавшими без вести.
Манцев смотрел куда-то сквозь командира десантников. Лицо его не выражало ничего.
— Ну что же, — подытожил он наконец. — На войне как на войне...
Снег был плотным, и ноги почти не проваливались в нем. Да и было этого снега не так уж много — то тут, то там из-под белого, искрящегося покрова проглядывал темный камень.
Гильде сверился с компасом и, сделав в уме поправку — магнитное поле Чура было блуждающим, — стал забирать чуть восточнее. Вдали снова послышалась тяжелая, содрогающая почву поступь. Клаус поморщился, вспоминая свою первую встречу с Големом часов пять назад.
«Ладно, — сказал он себе. — Не так страшен черт, как его малюют...»
И тут другой звук донесся до него — характерный гром планетарных двигателей космического корабля. Никто из тех, кому приходилось его слышать, уже не мог спутать его ни с чем другим. Не мог спутать и Клаус.
«А ведь это, пожалуй, „Саратога“, — прикинул он. — Прямо по курсу. Значит, они приземлились где-то совсем рядом с Поселением. Не то что мой бот... Точно — „Саратога“... И она стартует... Значит, произошло у них там что-то...»
Он чуть не проморгал ловушку — за маячившими впереди скалами обозначило себя какое-то призрачное движение.
Гильде нырнул за ближний валун, украшенный снеговой шапкой. Но через секунду понял, что причиной этого движения был не он сам, а реактивный гул над головой. Рев двигателя «Саратоги». Из скал рвануло светлое, почти невидимое пламя, и ввысь торопливо ушла пара зенитных ракет.
«Это уже Поселение, — прикинул Клаус. — Дальние рубежи...»
Вдали в высоте прогремели два разрыва.
— Нет, они не могли сбить корабль, — успокоил Ким Гана и Фора. — Он идет под защитой силового поля...
Некоторое время люди и Псы смотрели в небо — вслед ушедшему на более безопасную стоянку лайнеру.
«Интересно, — подумал Ким. — Будет Кукан дожидаться нас или сразу даст тягу — просить убежища у Людей Чура?»
Впрочем, это уже не имело особого значения. Надо было идти по следам Валентина. Время не ждет...
Мальчишки заскользили на самодельных — из подручных листов пластика, взятых в ремонтном блоке «Саратоги», — лыжах. Ким поразился тому, как легко это им удавалось. Впрочем, и сам он довольно быстро освоил технику скольжения по здешним снегам.
След они увидели, когда спустились в лощину, — полузанесенный снегом, но все-таки отчетливый след. А потом появились и те знаки, о которых Валька уже предупреждал: отметины на торчащих из снега скалах и причудливые, давным-давно неживые деревья.
Клаус не прятался. Наоборот, он хотел, чтобы его заметили. Но все словно вымерло вокруг. А Поселение-то было уже совсем близко: над невысокими, заснеженными холмами уже странными всполохами вставало слегка призрачное гол о графическое видение другой, не существующей на самом деле, гряды холмов. Должно быть, такая маскировка была почти идеальной на большом расстоянии. Но вблизи от нее слегка рябило в глазах.
Гильде еще раз окинул взглядом окружающее пространство. Никого и ничего не было видно окрест.
«Дальше идти нельзя, — сказал он сам себе. — В лучшем случае нарвусь на минное поле. Попробуем потревожить здешний эфир...»
Он отцепил от пояса универсальный блок связи и принялся мудрить с настройкой. Но в эфире Чура преобладали только помехи.
«Живут в режиме радимолчания, — констатировал он. — Но на прием-то они работают?»
И тут его окликнули.
Валентин заметил Кима и ребят раньше, чем они его. Дал о себе знать тихим свистом. Ким с облегчением увидел, что он не один. Неподалеку от его угловатой фигурки, почти незаметный на фоне снежной насыпи, притаился флаер. Обычный, несколько устаревший флаер. А рядом стояли три фигуры ростом повыше — двое мужчин в боевой экипировке и при оружии и робот-андроид — давно устаревшая модель, из тех, что можно увидеть теперь только в кино.
Ожидавшие их люди Поселения ничем не отличались от солдат любого другого из Обитаемых Миров. Оба были молчаливы и хмуры. Оба не сочли нужным представиться, когда Валентин назвал им имена пришедших с «Саратоги». Тот, что был ростом и, наверное, званием повыше, довольно недружелюбно буркнул: «Сдайте оружие» и, когда Ким и Фор с Ганом исполнили приказ («малые мечи», впрочем, остались при своих хозяевах — должно быть, встречающие были предупреждены на этот счет), отворил люк флаера.
«Господи, — подумал Ким. — Как это похоже на арест...»
— Как вы узнали про существование Поселения? — в пятый раз спросил Клауса человек в черной форме.
Его напарник расхаживал у него за спиной и, казалось, занят был только разглядыванием цементного пола под ногами.
Гильде окинул взглядом хмурые стены и потолок комнаты, в которой происходил допрос, и в пятый раз коротко и точно стал объяснять, что знает о Поселении не только он, но и разведслужбы Федерации Тридцати Трех Миров. А он — Клаус Гильде имеет доступ к информации, циркулирующей по каналам этих служб.