Чтение онлайн

– Глупо, Роман, – прошептала она Роме на ухо. – Глупо. А главное, бесполезно.

Вот эти слова тронули Корецкого. Права была Валентина. Но воробей уже вылетел. Роман уволен. А Либерман через какое-то время напишет следующий «шедевр».

Неделю Корецкий просидел дома. Злость на себя сменилась жалостью, жалость безразличием, безразличие хандрой.

– Выпей водки, – как-то вечером за ужином предложил отец. – Много выпей.

– Ты думаешь, это спасёт? – спросил Рома.

– Не спасёт. Но отвлечёт.

– Нет, папа, спасибо. Перетерплю. А водки я выпью в пятницу.

– Почему в пятницу? – спросила мама.

– Пригласили в ресторан. У друга, у Кости, тридцатилетие. Сказал, если я не приду, пришлёт наряд полиции. Зачем судьбу испытывать? Схожу, развеюсь.

На самом деле Костя Пугачёв не шутил. Он работал в прокуратуре и вполне мог устроить другу принудительное прибытие в ресторан. (Шучу). Да и Роману надоело сидеть дома. Надо было возвращаться к жизни и что-то делать. Искать работу надо, вот что делать.

Константин собрал друзей в ресторане на Охотном ряду. Пугачёв тащится по итальянской кухне. Вот я лично понять не могу, почему люди любят есть итальянскую, японскую или китайскую еду за тысячи километров от той же Италии или Японии. Козе понятно, что не будет здесь того же изумительного вкуса как в маленьких уютных ресторанчиках на Пиренеях. Продукты другие, атмосфера другая, обслуга, в конце концов. Паппарделле качо-э-пепе (паста с сыром и перцем) из шебекинских макарон вам не приготовят. Анну Каренину не может сыграть чернокожая актриса по определению. А если уж кто-нибудь решит выпендриться, то будет это совсем не Анна, и, тем более, не Каренина. Не играет же Мартина Лютера Кинга Алексей Панин. В Москве я предпочитаю нашу русскую кухню. Это вкусно и честно. Но Пугачёв думал иначе.

Роман приехал последним. Компания была уже за столом. Из всех своих друзей только Корецкий пришёл один. Остальные были парами, даже Тимофей, который ценил и оберегал свою свободу как Кощей бессмертный яйцо. Все знали, что Роман расстался со своей звёздной Еленой, и никто не задавал лишних вопросов.

Вечер шёл своим чередом. Друзьям было весело и уютно. В какой-то момент Роман обратил внимание на парочку за соседним столиком. Они сидели очень близко, и Роман слышал обрывки фраз. Из того что долетало до ушей он понял, что мужчина, скорее всего, иностранец. Он говорил с ярким акцентом. А девушка русская. В какой-то момент Корецкий всё своё внимание переместил за соседний столик. Иностранец и девушка ссорились. Роману, как специалисту в отношениях полов, стало интересно. Он даже подвинулся от своего стола к соседнему, чтобы лучше слышать.

– Люси, – говорил мужчина, – тебе надо быть современным. Так не можно, как ты поступать.

Роман слегка развернулся и взглянул на мужчину. По внешности европеец. Умеренно-смуглое, скорее, загорелое лицо. Короткая стрижка. Волосы тронуты сединой на висках. Итальянец или испанец, решил для себя Роман. По акценту, скорее итальянец.

– Баста, – итальянец протянул девушке салфетку. – Убирай слёзы.

Но девушка Люси и не собиралась успокаиваться. Иностранец заметно нервничал. Он начал оглядываться по сторонам и наткнулся на любопытный взгляд Романа.

– Что?! – развёл он руками, осуждающе посмотрев на Корецкого. – Non c'e' niente da vedere.

Роман не знал итальянского и не разобрал этой фразы, но по звуку «нон», понял, что смотреть не надо. Рома отвернулся. Итальянец стал говорить ещё тише. Он говорил долго и с каждым словом всё более нервно. А девушка продолжала плакать. В какой-то момент иностранец громко отодвинул свой стул и встал.

– Пауло, – услышал Роман возглас Люси, – не надо. Не уходи!

Пауло что-то громко сказал по-итальянски, Рома не мог не обернуться. Люси резко встала и влепила мужчине пощёчину. Итальянец бросил на стол салфетку, выругался на непонятном языке и быстрым шагом удалился. Люси рухнула на стул и зарыдала.

Теперь уже кроме Романа эту драматическую развязку наблюдали все за столом. Повисла тишина. Слышна была лишь негромкая музыка и всхлипывание Люси.

– Девушка, вам помочь? – громко спросил Тимофей.

Люси отмахнулась. Тимофей наклонился к Роману и прошептал:

– Ну чего ты завис? Ты же психолог, блин! Успокой девочку.

Рома и сам хотел это сделать, но он не был уверен, что в этот момент не вернётся итальянец и не устроит ещё больший скандал. Наконец, Роман решился. Он подошёл к столу, за которым рыдала Люси, налил в бокал воды и протянул девушке. Она подняла на Корецкого заплаканные глаза. Несколько секунд смотрела и только потом взяла бокал и залпом выпила воду. Роман опустился на стул рядом.

– Я всё слышал. Не подумайте, не подслушивал, но сидел очень близко и слышал. И вы знаете, Люси, я на вашей стороне.

– Откуда вы знаете моё имя? – всхлипывая, спросила девушка.

– Я всё слышал.

– Ах! Да. А вы что, понимаете по-итальянски?

– Я понимаю не только по-итальянски, – Роман говорил достаточно тихо и вкрадчиво. Это должно было внушить Люси доверие. – Я понимаю на всех языках. Потому что я не слушаю слова, я слушаю эмоции.

Девушка с удивлением посмотрела на Романа.

– Я психолог. И вот этот случай, ваш случай, как раз моя сфера. Хотите, я помогу вам справиться с этой проблемой?

– Вы вернёте мне Пауло?

– Я верну вам интерес к жизни и хорошее настроение. А Пауло ваша проблема. Вам нужна проблема?

– Нет.

– Вот вы и ответили на свой вопрос.

– Но я его люблю. Я хочу быть с ним. Он такой…

– Какой?

– Он… – как и ожидал Роман, Люси сразу не смогла ответить на этот вопрос.

Это мне кажется, знает любой взрослый человек. Не обязательно быть психологом. Разве когда мы любим человека, мы задаём себе вопрос за что? Никогда. Как только мы начнём задумываться над этим вопросом, будьте уверены – любовь угасает. Люди любят друг друга просто потому что им хорошо вместе. Хочется видеть любимого человека, слышать его, ощущать. Никто не задумывается почему. А зачем? Если ты дышишь этим воздухом, а без него умрёшь, ты не задаёшь себе вопрос почему. Ты просто знаешь, он тебе нужен.

Люси задумалась и поняла, что не знает, как ответить. Роман тут же воспользовался.

– Он красивый, правда?

– Да, – отвечала Люси, словно под гипнозом.

– Он хорошо ухаживал.

– Да.

– Дарил вам подарки.

– Дарил.

– Пауло добрый?

И тут девушка не ответила.

– Добрый? – подталкивал Роман.

– Не знаю.

Первое сомнение. Этого Рома и ждал.

– Он любит вас?

– Не знаю.

– Он звал вас замуж?

– Нет.

А это уже отрицание. Роман не думал, что он так быстро справится. Как только Люси сказала «нет», она перестала лить слёзы. Самое время было перейти к следующей стадии. К убеждению.